Научтруд
Войти

Об этнокультурных взаимоотношениях чеченцев с народами Средней Азии (к постановке проблемы)

Научный труд разместил:
Zarad
30 мая 2020
Автор: указан в статье

НАРОДЫ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА В СОВЕТСКИЙ ПЕРИОД

УДК 94 (47+57)"1917/1991"

ОБ ЭТНОКУЛЬТУРНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЯХ ЧЕЧЕНЦЕВ С НАРОДАМИ СРЕДНЕЙ АЗИИ (К ПОСТАНОВКЕ ПРОБЛЕМЫ)

© 2009 г М.П. Ахмадова, Б.Б. Абдулвахабова

Чеченский государственный университет, Chechen State University,

ул. Шерипова, 32, г. Грозный, 364907, Sheripov St., 32, Grozny, 364907,

admin@chesu.ru admin@chesu.ru

Рассматриваются историко-культурная взаимосвязь народов Северного Кавказа и Средней Азии на примере чеченского традиционного костюма, а также следы более ранних контактов чеченцев с различными этнокультурными образованиями.

The historical and cultural interrelation of the people of the North Caucasus and Central Asia on an example of the Chechen traditional suit, and also traces of earlier contacts of Chechens with various ethnocultural formations are considered.

Историко-культурные связи народов Северного Кавказа с этнокультурным миром Средней Азии частично затрагивались в отдельных научных разработках [1]. Цель данной статьи подробно рассмотреть, насколько это возможно, данную проблему на материалах чеченского традиционного костюма, выявить объективно отраженные в этом источнике данные для периода XVI - начала XIX в. Показать также запечатленные в нем следы более ранних контактов чеченцев и их предков с различными этнокультурными образованиями этого региона.

Чеченцы - древний народ, имеющий богатейшую историю и культуру, ныне составляющий коренное население Северного Кавказа. Их этническая, социально-политическая, экономическая и культурная история чрезвычайно сложна и во многом еще не до конца разработана. Целые периоды культурной истории чеченского народа продолжают оставаться недостаточно освященными и понятыми, многие проблемы - нерешенными. К последним относится и проблема исторической роли и места традиционной чеченской народной культуры в системе взаимодействующих с ней иноэт-ничных культур.

Исчерпывающее решение этих проблем в настоящее время, безусловно, невозможно, поскольку большая часть источников еще не выявлена, но сконцентрировать внимание именно на них и сделать первые шаги к их разрешению представляется целесообразным, так как уже известные источники дают для этого необходимую основу.

Известно, что любой элемент традиционной культуры в той или иной степени связан с природно-климатическими условиями жизни ее носителей, зависит от этих условий, ими определяется. Такая зависимость нередко впрямую проявляется в некоторых свойствах и признаках этого элемента, но в то же время другие его черты могут оказаться присущими лишь какому-то одному этносу, т.е. выступать в качестве этнокультурных показателей. Последние могут осоз-

наваться или не осознаваться в этом качестве самими носителями культуры: более того, в разные периоды истории одни и те же элементы традиционной культуры могут приобретать или, напротив, терять свои эт-нодифференцирующие функции [2]. Поэтому следует подчеркнуть, что использование чеченского традиционного костюма как основы для разработки поставленной проблемы оказывается оправданным прежде всего применительно к обозначенным хронологическим рамкам (XVI - начало XIX в.). Именно в этот период у чеченцев в традиционном костюме (особенно в некоторых головных уборах, в специфике декора одежды, в ювелирных украшениях, в использовании тканей и т.д.) наиболее четко проявлялись такие присущие в принципе любой народной культуре черты, как локальные особенности и заимствования («инновации»).

Сходство многих проявлений в материальной культуре народов Кавказа и Средней Азии зафиксировано с глубокой древности и, несомненно, отражает существование реальных исторических связей и контактов между этими этнокультурными областями.

Именно через Кавказ, и в частности по территории средневековой Чечни, пролегал один из основных торговых путей - Великий шелковый путь, связывающий цивилизации Передней Азии и Юго-Восточной Европы. Хотя само понятие «шелковый путь» введено в науку лишь в XIX в. немецким ученым Ф. Рихтгофеном (1833-1905), автора трудов по геологии и физической географии Китая, оно отражает суть постоянно действовавшей в раннем средневековье торговой дороги мирового значения.

Наименование Великого шелкового пути было не случайным, так как шелк был одним из главных товаров, который купцы вывозили в западные страны. Эта удивительная ткань из природного сырья поступала также путем торгово-экономических связей к кавказцам, в том числе и к чеченцам. Наибольший интерес в этом плане представляют фрагменты шелковых тка-

ней, извлеченных нами во время полевых работ в горной Чечне в 1985 г. из средневековых полуподземных и наземных погребальных склепов [3]. Структурный анализ данных образцов тканей был произведен научным сотрудником отдела реставрации тканей Государственного Исторического музея М.А. Кузнецовой. Он дал возможность установить происхождение отдельных сортов тканей, определить направление торговых каналов, по которым они поступали к горцам. По данным структурного анализа, основная группа импортных тканей (шелк, полушелк, бархат, парча, атлас и др.) имеют восточное происхождение. Их объединяет способ переплетения (полотняное) и то, что основные нити слабокрученые (одна из особенностей шелковых тканей Ирана и остальных шелкоткацких мастерских Востока).

Среди перечисленных тканей особо выделяется удивительная ткань, называемая у народов Средней Азии хан-атласом, который вырабатывался в шелкоткацких мастерских Бухары, Самарканда, Хорезма и т.д. Секреты производства, приемы изготовления этих тканей, общее название которых «авровые», с глубокой древности донесли до наших дней среднеазиатские народные мастера. «Авровый» (от древнеперсид-ского «абр» - облако) шелк считался самым лучшим, дорогостоящим, доступным не для всех. У чеченцев он первоначально использовался в качестве декорирования, украшения отдельных элементов женской одежды. Им украшались и головные уборы ингушских женщин - «кур-харс», в частности самая заметная тыльная часть его [4].

Несмотря на то, что уже с XVI в. чеченцам было знакомо шелкопроизводство, они, как и другие народы Кавказа, испытывали дефицит в тканях для изготовления одежды, который покрывался за счет постоянных культурно-экономических контактов с соседними и более отдаленными народами. Горцы также получали ткани и готовую одежду в качестве даров или платы за разрешение на проезд по собственной территории и в обмен на продукты хозяйственной необходимости.

Шелковые привозные ткани использовались для шитья женской одежды, а полушелк - в основном для изготовления мужских бешметов (халатов) и праздничных накидок типа плаща.

Не только шелк, но и хлопчатобумажные ткани, узорчатая набойка, бархат и другие ткани поступали к горцам из Средней Азии [5, с. 219]. Здесь было два крупных центра по производству бархатных изделий -Бухара и Самарканд, которые славились выработкой бархата малинового цвета. Фрагменты женского верхнего одеяния (бешмет, платье?) из малинового бархата были обнаружены нами в надземном башнеобразном склепе аула Коротх (горная Чечня) [5, с. 219].

Путем взаимовыгодных торгово-экономических контактов к местному населению поступали не только среднеазиатские ткани, но и текстиль европейских и восточных стран. С юга, через персидскую и афганскую границы, на территорию Средней Азии караванами шли текстильные товары. Из Ирана туркмены-иомуты и хивинские купцы привозили персидскую

набойку. Из Ирана поступал английский ситец, употреблявшийся на женские и мужские рубахи, ситцевые набивные платки с растительным орнаментом. Из Индии транзитом через Афганистан в Коканд и Бухару привозились английские набивные ситцы и сукно [6, с. 249]. В XVIII в. Россия также выступала посредником в торговле тканями западноевропейских государств со среднеазиатскими ханствами.

Приобретая различные ткани, горцы заимствовали и некоторые их названия. К примеру, шерстяная ткань на чеченском языке обозначается так же, как на арабском и узбекском - шал, шол; белый холст - боз (чечен.), биз (туркм.), боз (узбек.). Сорт шелковой ткани - дари (чечен.), дераи (туркм.), дараи - (перс. и узб.); бархат - мах-мар (чечен.), макмал (узбек.). Историко-лингвистические исследования свидетельствуют об этнокультурных связях народов Средней Азии и Северного Кавказа [7, с. 89-97]. Любопытно, что в некоторых названиях орудий труда, связанных с изготовлением пряжи, тканей, одежды, наблюдаются языковые совпадения. Так, старинное название ткацкого станка у чеченцев «дахьар», но есть и другое название в современном чеченском языке «чарх» (механизм, швейная машинка, точильный станок) [8, с. 273; 9, с. 595]. Самопрялка у узбеков и туркмен тоже носит название «чарх» [6, с. 238]. Одно из названий веретена для прядения у чеченцев «ур-чакх» [8, с. 127]. И у некоторых народов Средней Азии обычное веретено называлось «уршык», «уршик» [6, с. 238, 244].

Совпадение одинаковых заимствований, на наш взгляд, достаточно убедительное свидетельство тесных межэтнических контактов и взаимодействий.

В материальной культуре народов Средней Азии и Северного Кавказа можно выявить много общего, что, несомненно, отражает характер реально существовавших контактов - прямых или косвенных. В частности, это касается отдельных форм, элементов традиционной одежды. Наибольшее сходство и вместе с тем длительное сохранение традиционных форм наблюдается в покрое одежды и обуви как мужской, так и женской.

«Покрой - это основа одежды, технологическое решение задачи, приспособления материала, прежде всего наиболее распространенного - ткани, к формам человеческого тела. В том, как решается эта задача, проявляется специфика культурных традиций каждого народа или нескольких народов одного региона, отражаются культурные связи между ними» [10, с. 77-78]. Одним из древних типов покроя одежды, шитой из ткани, является туникообразный, который был широко распространен в прошлом у народов Средней Азии, Кавказа, Поволжья и частично у славянских народов [11, с. 275]. При изготовлении туникообразных рубах древние чеченские мастерицы обходились без ножниц: ткань просто разрывали по прямой нитке. Такой архаичный способ кроения наблюдался у некоторых среднеазиатских народов даже в конце 20-х гг. прошлого столетия [10, с. 19].

Близость покроя туникообразных рубах северокавказских народов к одному из среднеазиатских типов отмечала знаток и исследователь традиционной одеж-

ды народов Северного Кавказа Е.Н. Студенецкая. Но, на наш взгляд, автор слишком категорична в утверждении, что на «северокавказских рубахах не встречался горизонтальный ворот, а для верхней одежды народов Северного Кавказа - бешмета, черкески, женского кафтанчика, платья, каптала характерен не прямой силуэт, как в одежде народов Средней Азии, а довольно сложный покрой, обеспечивающий плотное прилегание в верхней части от плеч до пояса» [11, с. 258]. Видимо, недоступность более ранних материалов из позднесредневековых склепов (в частности Чечни) привела этого автора к таким утверждениям. Она ограничила свой научный поиск в отношении вайнахов вглубь концом XVIII в. Тем не менее Е.Н. Студенецкая отмечала, что «ценный материал по истории одежды, начиная с XVI века, могут дать захоронения в наземных и полуподземных склепах, известных почти по всей территории горных районов Северного Кавказа» [11, с. 7]. Именно материалы из позднесредневековых склепов Чечни свидетельствуют о наличии в прошлом у чеченцев наряду с одеждой сложного покроя (черкеска, гМали и т.д.) более простых по покрою типов одежды: туникообразные нательные мужские и женские рубахи с горизонтальным воротом, мужские раскошенные книзу халаты [1].

Необходимо отметить и близость форм ворота в женских рубахах у народов Средней Азии и чеченцев. Ворот женских рубах старинного покроя был горизонтальный с вертикальным осевым разрезом от шеи до талии. У среднеазиатских народов такие рубахи назывались «открытые спереди» [10, с. 22]. Ворот застегивался на пуговку из крученых ниток, либо завязывался на тесемки. У кавказских и среднеазиатских народов форме ворота рубах придавали не только практическое, но и магическое значение: его «открытость» должна была вызывать «открытость» судьбы, перспективу счастья и рождения детей [10, с. 22].

Взаимовлияния прослеживаются в традиционной мужской и женской обуви. Народы Средней Азии носили сапоги на мягкой подошве - махси, которые вошли в русский язык как ичиги (от узб. итик). Любопытно, что до сих пор в обиходе у чеченцев название мужских сапог - итик, иэтка. Интересны и этнолингвистические данные по названиям обуви, приведенные А. Вагаповым: сапог (чеч. - иэтка), инг. «икк». Слово «иэтка» идет из тюрк. языков: кум. «этиклер» (сапоги), тат. «итек», узб., каз., ног., «этик» (сапог) [12, с. 31-34]. Мягкие сапоги называются «маьхьсеш» [9, с. 208]. Необходимо отметить, что мягкие сапоги из сафьяна с многослойным каблуком носили в прошлом у чеченцев и мужчины и женщины. Все это подтверждается археологическими материалами из позд-несредневековых склепов Чечни [8, с. 249]. У народов Средней Азии ичиги стойко сохраняли свои особенности вплоть до начала XX в. И чеченские мягкие сапоги прошли долгий путь эволюции.

Распространенным головным убором горцев была шапка из овчины. Среди традиционных мужских го-

Поступила в редакцию

ловных уборов можно выделить множество форм и типов как местных, так и заимствованных. Очень высоко ценилась шапка из мерлушек - элтар, которую с большим трудом и за большую цену доставляли в Чечню из Бухары. Особенно была в почете мерлушка с мелкими золотистыми завитушками [12, с. 31]. У чеченцев она получила название «бухарин куй» (букв. - бухарская шапка), или «сурам куй» (каракулевая шапка).

Данное название, по мнению языковеда А. Вагапо-ва, возможно, связано с таджикским «сур» - сорт каракуля коричневого цвета со светло-золотистыми концами волоса [12, с. 32].

В силу особых исторических условий, хозяйственно-экономических, культурных особенностей развития чеченского этноса, в их традиционных формах культуры переплелись различные иноэтничные, в том числе и среднеазиатские черты. Данный анализ этнокультурного взаимодействия чеченского народа со среднеазиатским миром указывает на то, что все элементы материальной культуры, их многообразное сочетание и проявления отражают, с одной стороны, уникальность многих явлений, присущих только чеченскому этносу, с другой - подтверждают то историческое общее, присущее всем народам Кавказа и Средней Азии.

Литература

1. Абдулвахабова Б.Б. Одежда чеченцев и ингушей XVI -

начала XIX в. : автореф. дис. ... канд. ист. наук. М., 1992.

2. Чистов К. Народные традиции и фольклор. Л., 1989. С. 23.
3. Абдулвахабова Б.Б. Структурный анализ тканей из наземных склепов Цой-Педе и Коротха (горная Чечня) // Университетская экспозиция результатов новостроечных и охранных археологических работ 1989-1990 гг.: аннотации сообщений. Грозный, 1991. С. 16.
4. «Солнечный гребень» ингушских женщин - о парадном головном уборе «кур-харс» / В.Б. Виноградов [и др.] // Советская этнография. 1985. № 5.
5. Абдулвахабова Б.Б. Динамика этнокультурных процессов на примере традиционного костюма чеченцев // Чеченская Республика и чеченцы. История и современность. М., 2006.
6. Томина Т.Н. Ткани в одежде кочевых и полукочевых народов Средней Азии // Традиционная одежда народов Средней Азии и Казахстана. М., 1989.
7. Алироев И.Ю. Нахские языки и культура. Грозный, 1978.
8. Алироев И.Ю. Язык, история и культура вайнахов. Грозный, 1990.
9. Карасаев А.Т., Мациев А.Г. Русско-чеченский словарь. М., 1978.
10. Сухарева О.А. История среднеазиатского костюма. Самарканд (2-я половина XIX - начало XX в.). М., 1982.
11. Студенецкая Е.Н. Одежда народов Северного Кавказа. М., 1989.
12. Вагапов А. Происхождение названий одежды в нахских языках // Вайнах. 2003. № 7.
14 мая 2009 г.
Научтруд |