Научтруд
Войти
Категория: Литература

ИДЕОЛОГИЧЕСКИЙ ЯЗЫК СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ СОЦИАЛЬНОЙ ГРУППЫ (НА ПРИМЕРЕ ГРУППЫ РИТМОЛОГОВ)

Автор: Шеляпин Николай Викторович

Я Я V www

Идеологическим язык современной российской социальной группы (на примере группы ритмологов)

Шеляпин Николай Викторович

к.соц.н., доцент, кафедра связей с общественностью, Российский государственный гидрометеорологический университет, nikol-pr@mail.ru

В данной статье анализируются причины и способы формирования идеологического языка на примере одной современной российской социальной группы в контексте общественно-политических трансформаций последних десятилетий. Ключевые термины: идеология, идеологическое время, идеологическое пространство, миф, идеологический язык, социолект, идеологема, ритмология

0
01

После распада некогда относительно монолитной советской социальной системы в обществе достаточно быстро сформировались новые классы и социальные группы. Современное российское общество характеризуется высоким уровнем социальной дифференциации. Новые социальные общности, появившиеся в конце ХХ-начале XXI веков, в своей основе имеют разные базисные признаки. Так, в современной России существуют социальные группы, являющиеся составляющими элементами общественных классов, выкристаллизованные из социальной совокупности на основе материально-имущественных факторов. Вместе с тем, в основе существования других социальных групп лежат прежде всего общие духовные ценности. С точки зрения социальной науки, в широком смысле группа - это некая общность индивидов, связанных определенными отношениями. В узком смысле группа - это совокупность людей, которые: а) взаимодействуют друг с другом на регулярной основе; б) проявляют сплоченность, б) ожидают друг от друга форм поведения, не требуемых от других. Р. Мертон определял социальную группу как совокупность людей, которые определенным образом взаимодействуют друг с другом, осознают свою принадлежность к данной группе и считаются членами этой группы с точки зрения других. От массовых общностей группы отличают более устойчивое взаимодействие и более высокая степень интеграции [Мертон Р. К. Социальная теория и социальная структура. — М.: Издательская группа НОРМА — ИНФРА М, 1998, с. 54]. Ценность социальной группы, как для целой социальной системы, так и для отдельных членов данной группы, во многом определяется набором социально значимых функций, которые способна выполнить эта группа. Важнейшая функция, которую выполняет социальная группа - это функция социализации. Помимо социализации, группы выполняют множество других функций, важнейшими из которых являются инструментальная (осуществление замыслов, с которыми не способен справиться один человек) и экспрессивная (удовлетворение потребности членов групп в одобрении, уважении, доверии). Важнейшим признаком социальной группы, способной выполнять ряд общественно важных функций, является наличие частной групповой идеологии. Идеология - это теоретически сформулированное и систематизированное мировоззрение, отражающее экономические, политические, культурные, национальные и другие интересы. Идеология имеет свою структуру, в состав которой

входят определенные идеи, объединенные в особую доктрину, а также символы, социальные мифы, ритуалы, стереотипы, утопии и другие составляющие компоненты общественной психологии и духовной культуры.

Идеологическая система содержит частично объективное описание окружающей действительности и некоторые научные знания, идеология взаимосвязана с другими формами духовной культуры и духовной деятельности, в том числе, как с научными, так и с религиозными картинами мира, но остаётся самостоятельной формой духовной культуры и духовной деятельности общества. При этом, идеология выступает неотъемлемым компонентом социальной системы и фактором её формирования. В том или ином виде, идеологические доктрины как религиозные и моральные установки в любой период истории человечества всегда были присущи каким-либо социальным группам и общностям. С начала Нового Времени и до сего дня идеология остаётся универсальной формой мировоззрения, способной ответить на любые вопросы бытия и снять на уровне обыденной психологии все противоречия между научно-рациональным мышлением и иррационально-мифическими конструктами, изначально присущими человеческому сознанию. На рациональном уровне человеческого сознания идеологическая система выражает реальные интересы широких масс, собирая адептов под свои знамена и направляя их на достижение конкретных целей.

Одним из важных элементов любой идеологической системы являются идеи. По словам Ю. Ко-чешкова: «Идея выступает одним из внутpенних источников самоpазвития идеологии, она выступает своеобpазным гносеологическим идеалом, к котоpому сфемится идеология, отpажая действительность, т.е. духовным (моpальным) интеpесом. ^ идея не может существовать как некая апpиоpная фоpма, она всегда имеет под собой опpеделенный «матеpиальный» носитель, она в чем-то и как-то опpедмечена. Таким общим и постоянным носителем идеи в стpуктуpе идеологии выступает интеpес. Идея в этом смысле - идеальное отpажение интеpеса, pаспpедмеченный ин-теpес» [Кочешков Ю. Идеология как средство сознания и реализации интересов. Казань, 1992.-а8].

Именно интересы способствуют формированию рационального компонента теоретического мировоззрения, превращая его в важнейший фактор и в двигающую силу социальных процессов. Как отмечали К. Маpкс и Ф. Энгельс, «Интеpес существует не только в пpедставлении как всеобщее, но и пpежде всего он существует в действительности в качестве взаимной зависимости индивидов, между котоpыми pазделен тpуд» [ Маркс К., Энгельс Ф. Полное собрание сочинений. Т.19. С.20 - 31]. Так, непосpедственная взаимосвязь идей с pеальными интеpесами пpедставителей тех или иных социальных слоев делает идеологию более рациональной формой сознания по сравнению с общественной психологией (обыденным сознанием) и

религией. Также К. Маркс и Ф. Энгельс отмечали: "Идея неизменно посрамляла себя, как только она отделялась от интереса" [Маркс К., Энгельс Ф. Святое семейство.— Соч., т. 2, с. 89]. Интерес -это рациональное осознание своих потребностей, желаний, формулировка ориентиров для отдельных индивидов и широких масс, а также предмет заинтересованности, желания и побудительные мотивы действий экономических субъектов.

Принято выделять материальные, духовные, денежные, имущественные интересы, а также интересы человека, семьи, фирмы, отрасли, социальной группы. Таким образом, в современной социальной науке особое значение приобретает понятие "частные идеологии". Частные идеологии -это термин философа Н. Пуланзаса. По мнению Пуланзаса, такие идеологии функционируют на психологическом уровне, они акцентируют внимание на насущных интересах отдельных социальных групп. Такие идеологии в своей совокупности отражают весь спектр частных интересов социальных групп и слоев отдельного общества. В данном случае речь идет об идеологии классовой, корпоративной, групповой, партийной и т.п. Институциональным проявлением наличия частных политических идеологий является многопартийность, а также существование различных общественных формирований по интересам граждан (групп интересов). [Poulantzas N. State Power and Socialism. London, 1978. P. 12.].

Об особом значении идеологии для жизни любого сообщества писал русский философ А. Ф. Лосев. Он отмечал, что возникновение любого ци-вилизационно оформленного социума начинается с возникновения идеологии, способной объединить людей в определенную социальную общность. Если «логика в обычном смысле этого слова» может быть определена как «логос о логосе» [Лосев А.Ф. Античный космос и современная наука // М.: Мысль, 1993. - с.69], то идеологию можно определить как логос идеи, то есть словесным образом оформленную идею. Идея понимается нами, вслед за А.Ф. Лосевым, как «арена формирования смысла в слове» [Лосев А.Ф. Философия имени // Лосев А.Ф. Бытие—имя—космос. — М.: Мысль, 1993., с.644]. В свою очередь, воплощение этого смысла, его окончательное оформление происходит в языке. Для фоpмиpования идеологической системы необходимо логически согласовать и объединить теоpетическую долину, напpавленную на достижение pациональных целей, а также дополнить ее компонентами общественной психологии (социальными мифами, pитуалами, утопиями и стеpеотипами) для пpивле-чения шиpоких наpодных масс.

Таким образом, идеология, представляющая собою синтез идеи и логоса, является наиболее четким выражением и проявлением смысла, формирующегося в идее и оформленного в языке. Под я з ы к о м понимается «исторически возникший и развивающийся сложный знаковый механизм, работающий в единстве и взаимодействии с сознанием и мышлением человека [Головин Б.Н. ВвеП m

0
01

дение в языкознание. 4-е изд. М., 1983., с. 10]. Язык выполняет три фундаментальные функции: 1) коммуникативную (является средством человеческого общения), 2) познавательную - совместно с мышлением, 3) «мыслевыражающую» (служит орудием выражения мысли). [Сергеев Ф. П. Из истории взаимоотношений идеологии и языка. https://cyberleninka.ru/article/n/iz-istorii-vzaimootnosheniy-ideologii-i-yazyka .

Выше указанное определение дополняет положение исследователей Е. С. Хиневич и О. А. Волковой: "Язык — знаковая система, используемая для передачи, принятия, сохранения информации в определенном территориальном и социальном пространстве и в определенное время. [Е. С. Хи-невич, О. А. Волкова. Социальные проблемы: логика конструкционистского анализа. Проблемы теоретической социологии/ С.-Петерб. гос. ун-т ; Под ред. А.О. Бороноева. - Санкт-Петербург : Петрополис, 1994 с. 140]. Институционализация и пропаганда различных идей осуществляется с помощью языка. Любая идеология создает свой особый идеологический язык, где любое слово и понятие имеет особое значение, причем идеологический язык формируется тогда, когда происходит слияние идеологических терминов с обыденной речью. По мнению К. Маркса и Ф. Энгельса, «Идеи не существуют оторвано от языка» [Маркс К., Энгельс Ф. Архив К.Маркса и Ф.Энгельса. М., 1935. С.99. - с.99], и сам язык становится мощным орудием идеологической пропаганды.

Согласно М. Эпштейну, изучавшему различные способы идеологического высказывания, существуют 3 класса слов: 1) слова, предметно-понятийные значения которых ничего не предопределяют в отношении говорящих к обозначаемым ими явлениям (такие слова, как «дом», «лес», «ходить», «востоковед» и др.), 2) слова, значение которых содержит оценку («хороший», «плохой», «вредный», «добрый» и т.д.), 3) третий класс слов указывает на определённое явление и одновременно выражает его оценку, предметное и оценочное значения предстают в них как бы склеенными, жестко связанными и потому уже независимыми от контекста («заклеймить», «отшельмо-вать» и т.д.). Эти слова наиболее идеологически значимы и их обычно называют прагмемами [Эпштейн М. Способы воздействия идеологического высказывания // Образ человека XX век. М., 1988. С.176-177]. Далее, продолжает М. Эпштейн, между прагмемами устанавливаются особые типы отношений.

Первый тип отношений - полная антиномия, противопоставленность как предметных, так и оценочных значений понятий. Примером такой противоположности могут быть такие пары слов, как «миролюбие - агрессивность», «коллективизм -индивидуализм», «интернационализм - национализм». По замечанию Л. Альтюссера, положительное или отрицательное значение того или иного понятия определяет сама идеологическая система, причем в то время, когда на смену прежней идеологической доктрине приходит новая, происходит так называемая «перестановка», т.е. перемена ролей у противоположностей. В новых условиях слово с некогда позитивным значением приобретает негативный смысл [Альтюссер Л. За Маркса // Диалектика Гегеля в оценке современных западных философов. М., 1974. Ч. 2. - с.94]. Так, если еще совсем недавно термин «коллективизм» имел ярко выраженное положительное значение как синоним советского образа жизни, то в российской публицистике в начале 90-х годов «коллективизм» начал ассоциироваться с устройством тоталитарного общества.

Второй тип - предметная синонимия при оценочной антиномии. К этому типу относятся понятия, обозначающие сходные явления, но при этом им присваивают противоположные или резко различные значения: «миролюбие - примиренчество», «свобода - вседозволенность», «хозяйствовать -хозяйничать», «сподвижник - приспешник» и др.

Третий тип отношений - предметная антиномия при оценочной синонимии. Например, такие слова, как «объективизм - субъективизм», «новаторство -преемственность» имеют противоположные значения, но предполагают равно положительную оценку обозначаемых качеств. Между такими словами устанавливается коррелятивная связь и в идеологической речи они часто дополняют друг друга (например, «Новации и традиции - основа искусства»).

И, наконец, четвертый тип отношений - полная синонимия. К этому типу относятся взаимно заменяемые слова, такие, как «организованность - сознательность» [Эпштейн М. Способы воздействия идеологического высказывания // Образ человека XX век. М., 1988- с.177].

Таким образом, при помощи приведенных типов отношений между прагмемами выстраивается особая логика идеологической речи. Для пропаганды своих принципов идеологическая речь использует метафоры, гиперболы, слова-символы, сарказмы и комизмы и наукообразные формулы. Так, по уточнению В. Ерофеева, для каждой идеологии характерны особые понятия. Если либерализм заимствует термины из математики и механики («равенство», «единство», «закон»), то ультраправые берут на вооружение биологические термины («семья», «раса», «организм», «почва», «кровь», «предки») [Ерофеев В. Идеологический язык и формирование сознания // Образ человека XX века. М., 1988. С.134-136.- с.134-136]. Слова, несущие идеологические нагрузки (идеологемы) постоянно вторгаются в обыденную речь и постепенно становятся составляющими элементами обыденной психологии, закрепляясь в общественном сознании на уровне «здравого смысла». В этих условиях идеология выступает реальной силой, рычагом управления обществом. Причем после утверждения (институционализации) данной идеологии в общественной психологии, «здравый смысл» людей тяготеет к тому, что любой новый вопрос ставится, оценивается и решается по аналогии с уже имеющимся в прежнем опыте человечества, что обуславливает определенную традицию.

Таким образом, стремление следовать определенным клише и стереотипам закрепляет идеологические установки в сознании. При этом идеология выполняет так называемую педагогическую функцию, «воспитывая людей в духе своих ценностей» [Прохоров М. Мировоззрение как самоидентификация человека. Н. Новгород, 1998. С.66.-с.66]. Например, для самосохранения идеология господствующего режима, отстаивая стабильность в обществе, опирается на банальные словесные клише и утвердившуюся риторику, но в противовес ей любая идеология, оппозиционная к существующему режиму и стремящаяся стать господствующей, выдвигает новые лозунги, поэтому язык становится полем идеологической борьбы, в которой каждая сторона с помощью своих идеологем стремится подчинить себе общественное сознание [Ерофеев В. Идеологический язык и формирование сознания // Образ человека XX века. М., 1988. - с.146-150].Таким образом, утверждение (институ-ционализация) какой-либо идеологии в сознании современных людей осуществляется преимущественно при помощи идеологической речи, укореняющейся в обыденном языке. Именно язык превращает идеологическую доктрину в реальную силу, способную управлять обществом. Социальная общность формируется, интегрируется и самосохраняется во многом при помощи особого языка, который в любом случае будет выполнять некоторые идеологические функции. Идеологический язык представляет собой сложную вербальную и невербальную знаковую систему, которая способна отображать и транслировать основные смыслы, ценности и установки поведения данной социальной общности. Носители одного и того же идеологического языка мыслят стандартными схемами, понятиями и стереотипами. Если данные схемы рассматривать на уровне формы, то, как известно, форма - это «переход содержания в форму», а содержание представляет собой «переход формы в содержание» [Гегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук. Т.1. Наука логики. - М.: Мысль, 1975., с.298].

Следовательно, языком задается стереотипность, формульность мышления и поведения. Идеологический язык создаёт, формирует и поддерживает особый тип мышления, а также систему поведения его носителя, что свойственно в той или иной степени любой языковой конструкции. «Язык, - как замечал Э. Сепир, - это путеводитель в «социальной действительности»... Люди живут не только в материальном мире и не только в мире социальном, как это принято думать: в значительной степени они все находятся во власти того конкретного языка, который стал средством выражения в данном обществе. В действительности «реальность мира» в значительной мере неосознанно строится на основе языковых привычек той или иной социальной группы» [Сепир Э. Статус лингвистики как науки // Языки как образ мира. -М.: ООО «Издательство АСТ»; СПб.: Terra

Fantastica, 2003, с.130-131]. По словам же Б.Л. Уо-рфа, «мы должны признать влияние языка на различные виды деятельности людей не столько в особых случаях употребления языка, сколько в его постоянно действующих общих законах и в повседневной оценке им тех или иных явлений» [Уорф Б. Отношение норм поведения и мышления к языку //Языки как образ мира. - М.: ООО «Издательство АСТ»; СПб.: Terra Fantastica, 2003., с.158].

Следовательно, структура языка во многом является определяющей по отношению к структуре мышления. Из этого следует, что язык продуцирует закономерности мышления, что, в свою очередь, делает процесс мышления стандартизированным, то есть подверженным идеологическому влиянию. По мнению М. Хайдегера, язык по отношению к человеку выступает именно как «дом бытия» [Хайдеггер М. Письмо о гуманизме // Хайдеггер М. Время и бытие: Статьи и выступления. — М.: Республика, 1993 -с. 192 - 220.], определяет его структуру мышления и тип поведения, оказывая серьёзное влияние на него и его формирование. Таким образом, именно язык функционально определяет собою все социальное бытие человека. Как говорил У. Эко, «рождается подозрение, что мир sub specie communications это не весь мир, что это только хрупкая надстройка над чем-то, что подспудно коммуникации. При этом, социальная коммуникация охватывает всю сферу практической деятельности человека в существующей системе общественных отношений. Именно человек осваивает мир, и именно благодаря ему природа непрестанно превращается в культуру» [Эко У. Отсутствующая структура. Введение в семиологию. - СПб.: «Симпозиум», 2004, с.530].

Определяя социальное бытие человека, язык определяет и формирует и ту социально-идеологическую реальность, в которой существует человек как существо социальное. По утверждению Г.-Г. Гадамера, язык «есть всеобъемлющая предвосхищающая истолкованность мира и в этом смысле ничем не заменим. Прежде всякой философски нацеленной критической мысли мир есть для нас всегда уже мир, истолкованный в языке. С изучением языка, с нашим врастанием в родной язык мир становится для нас членораздельным» [Гадамер Г.-Г. История понятий как философия // Гадамер Г.-Г. Актуальность прекрасного — М., 1991., с. 29]. Отметим при этом, что, будучи реальностью языковой, социально-идеологическая реальность в то же самое время оказывается реальностью мифической. Миф также осуществляется именно через язык. По словам А.Ф. Лосева, миф «есть в словах данная чудесная личностная история» [Лосев А.Ф. Философия имени // Лосев А.Ф. Бытие—имя—космос. — М.: Мысль, 1993., с.169], сама же мифология - это «наука и знание о мире как личности и личностях и об его истории как личной судьбе одной определенной или многих личностей» [Лосев А.Ф. Философия имени // Лосев А.Ф. Бытие—имя—космос. — М.: Мысль, 1993. с.774]. При помощи языка миф превращается в правдоподобную псевдореальность. Способом выражения и реализации мифа является особый ритуП m

0
01

ал, который в силу своей ритмичности лег в основание социокультурной деятельности человека.

Социальная идеология в современном обществе является своего рода гражданской религией и социальной магией, реализующей социальные мифы в социальном сознании при помощи специальных языковых конструктов. В последние десятилетия наблюдается усиление мифологической и частично религиозной составляющей в гражданских идеологиях. Люди, лишённые духовного и трансцендентного составляющего, в эпоху расцвета научно-технического прогресса стихийно создают новые мифы и ритуалы, которые объединяют их в группы, помогают сформировать самоидентификацию современной личности, найти ответы на смысложизненные вопросы и защитить человеческую психику от негативных воздействий технократической цивилизации. Политические и гражданские идеологии, по выражению Р. Беллы, трансформируются в гражданские религии, основанные на принципах новой псевдосакрализации, новых мифологемах и ритуалах, а также на иррациональной вере в новые мировоззренческие конструкты. [ Robert N. Bellah. Civil Religion in America //Religion American Style, Harper Row, NY, 1974, p.75.]

Итак, идеология и язык коррелируют друг с другом с помощью мифа, создавая и формируя социальную действительность, то есть на первом этапе формируется метафизическая реальность, существующая в сознании людей, а на втором уровне идёт строительство реальности по идеологическим образцам. Язык и идеология являются своего рода социальным кодом, который дает возможность сформировать и интегрировать данную группу. Поэтому для обретения своего бытия любая общность нуждается в создании единого лек-сико-семантического поля, в котором он мог бы существовать. Это возможно осуществить с помощью особого языка как четкой системы смыслов. Идеологический язык группы способствует формированию особых языковых конструктов у членов данной группы, которые называются социолектами и идеологемами. Социолект (англ. sociolect, от лат. societas — общество, и диалект), социальный диалект — групповые речевые (в первую очередь лексические и стилистические) особенности, характерные для какой-либо социальной группы — профессиональной, возрастной, субкультуры. [httpV/wordhelp.ru/word/социолект] Важнейшим составляющим элементом идеологического языка являются идеологемы. Идеологемы - это составляющие элементы идеологии, представляющие собой языковые конструкты, выражающие какие-либо взгляды на существующую социальную реальность и специфические оценки данной реальности. Данные вербальные конструкты представляют собой понятия, которые чётко отображают отношение данной идеологической доктрины к каким-либо субъектам, явлениям, событиям и процессам общественной жизни.

Идеологема - это устойчивое словосочетание, фразеологизм, имеющий определенную идеологическую нагрузку, окраску, например, известные идеологические клише из советской и постсоветской истории: "общечеловеческие ценности", "демократический выбор", "права потребителей", раньше - "коммунистическое строительство", "права трудящихся", "социалистический выбор", "социалистическое соревнование" и др. Важнейшим элементом идеологического языка являются лозунги. Лозунг — призыв или обращение в лаконичной форме, выражающее руководящую идею, требование — краткая формула, содержащая в себе одну-две фразы и выражающая содержание тех или иных задач и целей различных борющихся между собой классов в политике, экономике, философии, литературе и т. д. Слово «лозунг» пришло в русский язык из немецкого (die Losung). Изначальное значение слова — пароль или опознавательный знак. Немецкое слово происходит от глагола losen — бросать жребий, решать что-либо с помощью жеребьёвки (ср. нем. das Los — жребий). [Литературная энциклопедия. — В 11 т.; М.: издательство Коммунистической академии, Советская энциклопедия, Художественная литература. Под редакцией В. М. Фриче, А. В. Луначарского. 1929—1939.] В СССР лозунги имели особое значение, по сути, лозунгами регулировалась вся человеческая жизнь и вся социальная деятельность.

После крушения советской социальной системы многие бывшие советские граждане фактически потеряли ориентацию в социальном времени и в социальном пространстве, частично утратив личную самоидентификацию, сформировавшуюся в условиях господства единой идеологии. Поэтому многие индивиды стали находить для себя различные группы и сообщества, которые давали им возможность найти жизненные ориентиры, настроиться на достижение важных экономических и социальных целей, а также помочь найти своё "Я" в новых политических реалиях.

Исходя из вышесказанного, особый интерес представляет доктрина российской исследовательницы Е. Д. Лучезарновой-Марченко — ритмо-логия. Именно при помощи ритмологии в современной России сформировалась особое субкультурное сообщесто с собственным идеологическим языком. Эта концепция оформилась в 80-е годы XX века, когда ценности советского образа жизни в нашей стране уже утратили прежнюю популярность в массовом сознании. В условиях потенциального идейного и духовного кризиса автор сформулировала острый вопрос о необходимости создания ценностей и ориентиров для раскрытия человеческого потенциала, с учётом необходимости приобретения актуальных знаний для полноценной человеческой жизни и удовлетворения базисных потребностей человека, без которых невозможно его всестороннее гармоничное развитие. В сложившихся общественных условиях по-новому был сформулирован вопрос о роли и месте фактора времени в человеческой жизни. [Шеляпин Н. Баллада о времени (о футурологическом и социально-философском ресурсе концепции ритмо-логии)

http://www.rim.inion.ru/ras/view/publication/general.ht т^=100035895В] Е. Д. Лучезарнова-Марченко, утверждая, что время есть объективная реальность, которую можно передавать и получать, менять, перебрасывать, останавливать, ускорять, замедлять, фиксировать, предложила способ познания этой субстанции. Данная работа началась в 1983 году. Проведённая работа по изучению феномена времени была систематизирована в новое учение - ритмологию, представляющую собой групповую идеологическую доктрину, аккумулировавшую как некоторые научные знания, так и мифологические конструкты, при этом, ориентирующую представителей данного сообщества на достижения ряда социально значимых целей. Исходя из своих исследований, Е.Д. Луче-зарнова-Марченко приходит к следующим выводам: «Человек пользуется временем, живет во времени, живет за счет времени, мозг человека постоянно хронометрирует время. Время - субстанция надмыслия. Через определенный звуко-буквенный ряд время можно перевести в пространство, в информацию, в энергию. Время хранится в изысканной речи, хранится в информозо-нах, в которых собраны слова. Человек способен думать за счет времени, переводить через язык свои мысли, передавать через слова время другим людям... [Марченко Е. Д. Освобождение от информации. — СПб., 2001. - 632 с.;]. Основательница ритмологии Е.Д. Лучезарнова-Марченко подчёркивает, что именно особый язык даёт возможность усвоить и транслировать идеи данной концепции: "...Я пытаюсь передать и сообщить свои знания, люди понимают, что это единый информо-энергетический язык. Пользуясь этим языком, человек способен выйти в вечность и бесконечность на свою личную траекторию, встретиться со своим личным временем, личным пространством, личным светом, дающим возможность перемещаться». [Лучезарнова Е. Живой ритм СПб. Ритмо-взлёт. 2016. с.63].

Как мы видим, автор ритмологии определяет главную цель представителей данной группы - это развите и реализация личности. Этот факт подтверждают данные социологического опроса, проведённого ООО "Гортис-инфо" в 2017 году. Так, большинство участников опроса, входящих в группу сторонников ритмологии (62% из 702 опрошенных в разных регионах страны), считают самой важной ценностью развитие и самовыражение. 70% участников опроса являются работающими, экономически активными гражданами, доход которых колеблется в размере от 15 до 30 тысяч рублей в месяц (хотя присутствуют и более состоятельные люди). 60% активных последователей идей ритмологии - это женщины в возрасте от 40 до 64 лет. Согласно типологии американского социолога Л. Уорнера, данная группа относится скорее всего к группе "низшего среднего класса". Представители этой группы обычно занимаются умственным трудом, стремятся к комфорту и самовыражению, ориентируются на некоторые модные тенденции, умеренно консервативны, нацелены на социальную стабильность и, как правило, лояльны к действующей власти и, конечно, используют в речи характерные для своего социального статуса, языковые конструкты [Warner W. L. Социальный класс и социальная структура //Рубеж (альманах социальных исследований) 1997. № 1011 С. 42-57]. Поэтому с марксистской точки зрения, такую группу было принято называть "мелкобуржуазной".

В сознании данной группы существуют некие схожие и характерные для этого социума представления о жизненном укладе, уюте, досуге, культурных установках и о ценности тех или иных произведений искусства. Всё это в совокупности создаёт относительно цельную духовную культуру данного сообщества, которая включает в себя важные идеологические установки. Также в недрах данной общности формируются собственные языковые символы и конструкты, которые часто не только выражают определённые идеологические установки, но и являются особыми символами (паролями) самоидентификации, которые говорят о принадлежности к данной группе и выполняют функцию «отстройки» от представителей других групп и классов. Рассмотрим некоторые ритмоло-гические идеологемы, ориентирующие представителей данной группы на достижение социально значимых целей: "Я обыкновенное, Я простое, Я Высшее, Я Великое" - описание состояний (стадий) эволюции (развития) личности. «Я» Обыкновенное становится разумным — оно уже не просто общается с едой, одеждой и предметами, а на самом деле что-то понимает, заведомо готовится куда-то идти, у него появляется цель. Второй «бунт» нашего «Я» называется выход из «Я» Простого. Здесь мы понимаем, что каждый пришёл на Землю со своей задачей, каждый пришёл с какой-то целью, но пока эту цель не может ни произнести, ни осознать, ни опознать. Информация выделяется, как-то складывается, но сначала очень слабо, и существо начинает много говорить — это называется стадия Свободного Философа; наверное, каждый в нее попадал. Начинают говорить как будто о Вселенском Начале, а на самом деле избитые фразы звучат вокруг. Третий «бунт» — это «бунт» «Я» Высшего. Этот «бунт» весьма особенный. Это третий «бунт», его достигают немногие, но если они его достигают, у них начинает выделяться Свет. И четвертый «бунт», который ожидает наше «Я» — это освобождение всех Великих, бывших на этой планете, когда вы понимаете, что должны оказаться Величественнее самого Великого, а иначе не было смысла так долго здесь находиться [Мезенцев С.Д. http://www.sclj.ru/reference/expert/detail.php?ELEME NT_ID=3119].

Как мы видим, описываемый "бунт" направлен не на общественно-политическую борьбу, а на саморазвитие и на самореализацию каждого члена группы. Для контакта с окружающим миром, влияния на временные потоки и для самореализации представители ритмологического сообщества используют особый идеологический язык - хладаП m

0
01

стеи. Понятие "хладастея" в ритмологии - это частица языка, которая связана с возможностью понимания феномена времени и прогнозирования будущего. Сторонники ритмологии полагают, что вполне реально не только осознать время (настоящее, прошлое и будущее), но и управлять временем в процессе своей жизнедеятельности. Действительно, осознание и интерпретация феномена времени занимает значительное место в различных духовных культурах мира. По мнению российского исследователя И. Чубайса, у любой идеологии важнейшую роль играет идеологическое время. «. [И. Б. Чубайс http://prosvetitel. blagorus-sia.ru/prosvetiteli/razgadannaa-rossia---igor-cubajs/ideologiceskoe-vrema]. В чём же особенность «идеологического» времени? Данное время без открытого будущего. Для идеологии никакой принципиальной неизвестности не существует, т. к. любая идеология в том или ином виде содержит образ будущего. По мнению И. Чубайса, «В контексте советской идеологии, заранее было ясно, что «силы мира победят», что «планы партии будут выполнены», что «победа коммунизма неизбежна». Все советские люди обязаны были жить «с верой в светлое будущее». Такое замкнуто-остановившееся время, когда «и дольше века длится день», а действительно новый день не может наступить в принципе, наносило страшный удар по изначальному смыслу человеческого существования. Поскольку реальное будущее всегда отличалось от идеологически предсказанного, идеологам постоянно приходилось отыскивать причины и находить объяснение несвершившему-ся. Решение этого парадокса, в условиях сохранения идеологии, состояло как в постоянном поиске врагов, так и в непрерывном пересмотре и переинтерпретации прошлого, в пересмотре «исходных позиций»...[И.Б. Чубайс http://prosvetitel. blagorussia.ru/prosvetiteli/razgadannaa-rossia---igor-cubajs/ideologiceskoe-vrema]. В этой системе человек не мог самостоятельно выйти за пределы заранее начертанных временных рамок и фактически плыл по течению ранее известной и запрограммированной исторической реальности, что, с одной стороны, давало уверенность в завтрашнем дне, а, с другой стороны, лишало его самостоятельности и творческой активности.

Утратив после крушения советской идеологии прежнее ощущение времени и пространства, в новых условиях человек был вынужден самостоятельно осмысливать время, а, следовательно, и свою связь с прошлым, место в современном мире и самостоятельно выстраивать ориентиры, ведущие к будущему. В новой реальности бывшие советские люди, прежде всего бывшие представители советской интеллигенции были вынуждены стать новым креативным классом, чтобы найти своё место в новой жизни, а порою - чтобы выжить в сложных экономических условиях. Следовательно, надо было научиться по-новому осмысливать себя в сложившемся пространственно-временном континууме. Поэтому концепция рит-мология стала важнейшим идейно-теоретическим

орудием для целой социальной группы. Именно ритмология чётко прослеживает взаимосвязь между осознанием времени, языковыми конструктами, выражающими особые идейно-теоретические понятия и смыслы, и способом мышления.

Автор концепции ритмология Е. Д. Лучезарно-ва-Марченко вводит в обиход понятие «солитон». Согласно Лучезарновой-Марченко, «Солитон - это слова, это возможность постоянной работы через слово, а также особое состояние развития индивида, поиск своего «Я». Как поясняет автор этой концепции: «Когда мы становимся солитоном, мы говорим: «Нет, я не желаю знать всё, что происходит в этой Вселенной. Зачем мне знать её аномалии? Зачем мне знать её несовершенства?.. И мы начинаем бросать вызов этой среде и начинаем двигаться «поперёк течения». В этот момент и формируется наш солитон, мы начинаем формировать себя. Первые попытки быть не таким, как все, ярко выражены у детей и подростков: «Я никогда не надену комбинезон или форму в школу, потому что я личность и мне сегодня надо идти в синем, а в школе все ходят в коричневом». Это первый пример... Но здесь идёт отличие: когда идёт ненормальный протест, глухой протест, который тебя только топит, и ты даже из голограммы, в которой был целостный, пусть каплей в океане, но ты знал всё обо всём, становишься размытой точкой, такой микротуманностью, которой больше никто интересоваться не собирается. .Когда у нас формируется солитон: мы никому не доставляем боли. И если хоть одному человеку доставляем боль, то мы с вами опять под планкой. Если мы, оформляя себя, идём без боли, то всё замечательно: мы формируем солитон. Человек с оформленным солитоном свободен. И только в состоянии сформированного солитона человек доходит к трещине времени. Когда человек сформировал свой солитон полностью, он через слово уже может управлять средой. Появляется дополнительная мерность свободы» [Лучезарнова (Марченко) Е.Д. Бестселлер. - Санкт-Петербург: Авторский центр «Радатс», 2008. - 304 с., (фрагменты)]. Как мы видим, ритмология предлагает человеку обрести свободу и самостоятельно управлять своей жизнью, что особенно важно для формирующе?

ИДЕОЛОГИЯ ИДЕОЛОГИЧЕСКОЕ ВРЕМЯ ИДЕОЛОГИЧЕСКОЕ ПРОСТРАНСТВО МИФ ИДЕОЛОГИЧЕСКИЙ ЯЗЫК СОЦИОЛЕКТ ИДЕОЛОГЕМА РИТМОЛОГИЯ
Другие работы в данной теме:
Научтруд |