Научтруд
Войти

ИНТЕГРАЦИЯ АРМЕНИИ В ТАМОЖЕННЫЙ СОЮЗ И ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ НА ЮЖНОМ КАВКАЗЕ

Научный труд разместил:
Yuriy
27 августа 2020
Автор: Арешев А.Г.

УДК 327.323.327 АРЕШЕВ А.Г.

эксперт Центра изучения Центральной Азии иКавказа

Института востоковедения РАН, главный редактор сайта Научного общества кавказоведов

e-mail: pravo5@zmail.ru

Armenia, Russia, Iran, South Caucasus, Eurasian Economic Union, Customs Union, economy, security, communications.

Армения, Россия, Иран, Таможенный союз, Южный Кавказ, Евразийский экономический союз, экономика, безопасность, коммуникации

A. ARESHEV

Еxpert of the Center for study of Central Asia and Caucasus of the Institute of Oriental Studies of the Russian Academy of Sciences, Chief editor of the site of the Scientific society of caucasus

ИНТЕГРАЦИЯ АРМЕНИИ В ТАМОЖЕННЫЙ СОЮЗ И ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ НА ЮЖНОМ КАВКАЗЕ

Курс на присоединение Армении к Евразийскому экономическому союзу является естественным продолжением внешней политики страны, ориентированной на тесное сотрудничество с Россией. Несмотря на объективные и субъективные сложности с вхождением Южно-Кавказской республики в Таможенный союз и приходом на армянский рынок крупных российских хозяйствующих субъектов, между Россией, Арменией и Ираном открываются дополнительные возможности. Не менее важное значение имеет укрепление коммуникационных связей по линии «Север - Юг», комплексное взаимодействие в военно-технической сфере и в сфере безопасности. Политика США в вопросе урегулирования нагорно-карабахского конфликта, а также активность западных экономических структур в Армении, имеют прежде всего геополитическую обусловленность. В статье предлагается рассмотреть шаги, направленные на активизацию политики России на Южном Кавказе, включая открытие генерального консульства в Мегри, и диверсификацию российско-армянского двустороннего сотрудничества с учетом специфики конкретных регионов.

INTEGRATION OF THE ARMENIA TO THE CUSTOMS UNION AND ECONOMIC INTERACTION ON THE SOUTH CAUCASUS

Armenia has always followed its foreign policy course in close cooperation with Russia. The decision to join the Eurasian Economic Union (EAEU) is the next step on the way. The following

coming of large Russian companies to the Armenian market may necessitate some adjustments, but the process as a whole will invigorate joint Russia-Armenia-Iran ventures. The North-South cooperation will receive a new impetus, including military ties and security arrangements. The US stance on the Nagorno-Karabakh smouldering conflict and economic activities of Western companies in Armenia put geopolitical goals at the top of the list. This article considers measures to facilitate Russia&s foreign policy efforts in the South Caucasus, including opening a Consulate General office in Meghri and diversification of bilateral cooperation taking into consideration the specific features of the situation in each and every region.

Курс на вступление в Таможенный союз (ТС), несмотря на возникающие на этом пути сложности, является вполне естественным продолжением внешней политики Армении, ориентированной на тесное сотрудничество с Россией. Как известно, переговоры Армении о заключении политической и экономической ассоциации с Европейским союзом, длившиеся около трех лет, показали свою полную несостоятельность. Сейчас 87% объема армянского экспорта составляют 20 основных товаров, причем половина из них — сырьевые товары, идущие в Евросоюз (в страны ТС экспорт меньше, но он представляет собой в основном готовые товары с хорошими шансами на рост сбыта). Подписание соглашений с Брюсселем усугубило бы колониальный характер экономических отношений Армении с европейскими странами. Участие в «Восточном партнерстве» обернулось бы развалом сельского хозяйства, малого и среднего бизнеса (например, в сфере текстильного производства).

В предшествующие годы, под воздействием ряда объективных и субъективных факторов, интересы крупных армянских экономических структур, связанных с властью, по большей части оказались ориентированными не на российский рынок. Речь идет о добыче и переработке горнорудной продукции, которую контролируют те же олигархические структуры в Армении, которые контролируют и важнейшие коммуникационные направления, завязанные на Грузию. Напомним, в ноябре прошлого года в Вильнюсе грузинская делегация парафировала с Европейским союзом (ЕС) Соглашение о политической ассоциации и расширенной зоне свободной торговли (DCFTA), а также стремилась получить План действий по членству в НАТО. Армения же остается членом Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), при этом продолжая ограниченное сотрудничество с НАТО в рамках Программы индивидуального партнерства (1РАР). Таким образом, налицо разновектор-ность внешней политики двух стран и одновременно стремление, несмотря на наличие ряда проблем, поддерживать добрососедские отношения [2].

Членство Армении в ТС позволит укрепить позиции Еревана в диалоге с Тбилиси, а тесные связи с Россией в сфере безопасности сделают Армению менее уязвимой к попыткам встраивания Грузии в турецко-азербайджанский альянс. Здесь нельзя не сказать об афганском транзите США через Кавказский регион в Турцию и Европу, который имеет место уже сегодня. Если поток грузов увеличится, то это может привести к усилению позиций США в Азербайджане и Грузии, где вслед за военными грузами могут появиться транзитные и временные (или постоянные) базы с западным военным персоналом. В свете разговоров о предоставлении Грузии так называемого MAP (плана по членству в НАТО) усиление военного сотрудничества США с кавказскими странами представляет угрозу интересам прежде всего России и Ирана.

Альтернативой коммуникационной оси «Восток — Запад» является укрепление связей по линии «Север — Юг».

Планируемая к заключению российско-иранская сделка «Нефть в обмен на товары» может создать дополнительные возможности для экономического развития государств, находящихся на коммуникационном пути «Север — Юг», в том числе для Армении. Активизация российско-иранского торгово-экономического сотрудничества может способствовать созданию в Армении ряда промышленных производств (в сфере энергетики, химической промышленности, производства отдельных видов машиностроительной продукции и т.д.).

«Армения для Евразийского экономического пространства является ключом к важному, хотя и нестабильному региону Ближнего Востока. Коридор, о котором мы постоянно говорили, — «Север — Юг», может заработать

именно с появлением Армении в составе нашего союза», — подчеркивает член коллегии (министр) Евразийской экономической комиссии Татьяна Валовая. Этот важный тезис имеет конкретное наполнение.

В настоящее время «Газпром» обладает исключительными правами на транспортировку газа в республику в сфере владения и эксплуатации местной ГТС. Вопрос о передаче оставшихся 20% акций «Армросгазп-рома» в ведение российского газового монополиста вызвал в свое время жаркие дискуссии, однако мало кто обратил внимание на то, что поставки в республику, в случае такой необходимости, дополнительных объемов газа из других внешних источников в сферу исключительной компетенции российской корпорации не попадают. Как известно, единственным на сегодня и в видимой перспективе источником поставки газа в Армению, помимо России, является Иран, что делает развитие связей Армении с Россией и Ираном фактически безальтернативным. Основная задача состоит в снижении издержек, связанных с полублокадным положением, и она может вполне эффективно решаться на путях новых направлений сотрудничества с Россией и Ираном. Тесная экономическая кооперация стран, имеющих сходные геополитические интересы в Кавказском регионе, будет содействовать укреплению безопасности, в том числе и там, где речь идет о неурегулированных этнополитичес-ких конфликтах. Ну а уж дело третьих стран — рассматривать возможный экономический альянс как некое

изначально враждебное их интересам образование или же работать над его трансформацией, стараясь создать иной формат отношений для решения проблемных вопросов [3].

С вхождением республики в ТС и приходом на армянский рынок крупных российских хозяйствующих субъектов между Россией, Арменией и Ираном открываются новые возможности. Например, действующие в Армении российские энергокорпорации («Газпром» и «Росатом») может пополнить компания «Роснефть». В повестке длящихся около полутора лет переговоров «Роснефти» с Правительством Армении — два основных направления: приобретение российской компанией доли в производственном комплексе «Наирит», а также поставка в Армению нефтепродуктов. По обоим этим направлениям имеется потенциал совместной кооперации нескольких хозяйствующих субъектов. Напомним, с апреля 2010 г. производственный объект «Наирит» простаивает, и вложения «Роснефти» могут вдохнуть в него новую жизнь. В планах российской, армянской, а также итальянской компаний — наладка производства шин для автомобилей. «Роснефть» может стать ведущим инвестором и акционером завода, а компания Pirelli совместно с российскими и армянскими партнерами проведет разработки в сфере производства инновационного каучука. Производство «Наиритом»

автомобильных шин сулит высокую экономическую рентабельность и рост спроса на будущую продукцию, включая перспективы сбыта конечной продукции на рынках соседних стран. Например, в Иран, где в последнее время заметны усилия властей и частных компаний оживить местный авто-пром, имеющий нишу на рынках стран СНГ, однако значительно пострадавший вследствие незаконных западных санкций. С лета 2012 г. «Роснефть» изучает возможность начала работы на армянском рынке в сфере продажи нефтепродуктов [1].

Сегодня значительная часть нефтепродуктов в Армению продолжает поступать с нефтеперерабатывающих заводов в Румынии и Болгарии. Ключевой пункт в логистике поставок по этому маршруту — грузинский порт Поти, являющийся основным транзитным звеном в системе экономических связей Армении с внешним миром. «Роснефть» полностью закрывает не очень значительный сам по себе армянский рынок нефтепродуктов (объем ежегодных поставках 370 тыс. т.)1. Вместе с тем «Роснефть» продолжает работы по увеличению мощности Туапсинского НПЗ с 4,5 до 12 млн. т нефтепродуктов, и для более высокого объема производства нужны соответствующие дополнительные каналы экспорта. По всей видимости, поставки «Роснефтью» продуктов нефтепереработки в Армению будут

1 В январе 2014 г. руководство «Роснефти» одобрило поставку именно этого объема компании «Роснефть-Армения» (создана «Роснефтью» и ее армянским партнером Oil Techno 10 декабря 2013 г.) на сумму не более 400 млн. долл.

осуществляться именно с этого объекта компании в Краснодарском крае. Можно предположить, что часть будущих поставок российской корпорации в Армению может быть ориентирована на иранский рынок. Возможно, что успешная деятельность «Роснефти» на армянском рынке окажет влияние на политические вопросы регионального звучания — восстановление железнодорожного участка из России (Краснодарский край) в Армению через территории Абхазии и Грузии с дальнейшим продлением транспортной магистрали до Ирана [1].

Развитие экономических связей с Ираном на базе укрепляющегося доверия важно для Армении не только в сфере энергетики. Тегеран заинтересован в расширении своих возможностей выхода на внешние рынки. На смену угроз санкциями в отношении Ирана постепенно приходят конкретные проекты развития внешнеэкономических связей. В этом свою незаменимую роль должно сыграть строительство новых и модернизация уже имеющихся транспортных коммуникаций. Одной из привлекательных для экспорта иранской продукции на рынки европейских стран представляется транспортная артерия, которая свяжет север и юг Армении автомобильной дорогой. Строительство первого участка автомобильной дороги в рамках проекта транспортного коридора «Север — Юг» (автодорога от границ Армении и Ирана до грузинского порта Батуми) стартовало в сентябре 2012 г. 11 марта 2014 г. между Правительством Армении и Азиатским банком развития (АБР) подписана

третья часть кредитного соглашения инвестиционной программы транспортного коридора. АБР выделяет республике кредит в размере 100 млн. долл. на продолжение строительства автомагистрали.

Строительство железной дороги Иран — Армения в ближайшее время вряд ли вступит в стадию практической реализации. Вместе с тем осенью 2013 г. Москва заявила об инвестициях в армянскую железнодорожную сеть 15 млрд. руб. ОАО «РЖД» может приступить к реализации ряда проектов, связанных с модернизацией железнодорожных сетей Ирана, который в свою очередь заявил о намерении финансировать строительство иранского участка железной дороги Иран — Армения. Итогом реализации этих пока еще разрозненных проектов должен стать запуск, пусть и в отдаленной перспективе, железнодорожного сообщения по линии Иран — Армения — Грузия — Абхазия — Россия. Однако в ближайшее время приоритет будут иметь контейнерные (автомобильные) перевозки.

Отдельно стоит упомянуть сферу Военно-промышленного комплекса (ВПК), важную прежде всего для российско-армянского сотрудничества (однако, видимо, также имеющую экспортный потенциал). Очевидно, что для Армении, как и для России, передовые западные технологии в этой сфере как были, так и останутся недоступными. В то же время многие армянские предприятия сохранили тесные кооперационные и иные связи в России и в настоящее время производят широкий спектр продукции военного назначения [4].

В первые месяцы 2014 г., в связи с нападением с турецкой стороны вооруженных исламистов на Кесаб, актуализировалось ближневосточное измерение безопасности Армении и Нагорного Карабаха. Эта акция вызвала сильную волну протестов по всему миру, продемонстрировав параллельно пределы влияния армянской диаспоры США и ряда других западных стран. МЧС России направило кесаб-цам груз гуманитарной помощи. В то же самое время трагические события на севере Сирии стали очередным свидетельством поддержки Америкой Турции. В этой связи интересно мнение американского военного эксперта Уэйна Мери, высказанное им в ходе состоявшейся 20 — 21 марта в Ереване конференции под названием «Партнерство НАТО на Южном Кавказе. Стратегический подход к региональной безопасности». Господин Мери и ранее неоднократно высказывался относительно вероятности перехода нагорно-карабахского конфликта в «горячую» фазу, которая, по его мнению, является весьма высокой. Более же интересным для армянской аудитории стало его высказывание о том, что с точки зрения интересов США роль Турции на Кавказе растет и будет возрастать еще быстрее, нежели в предыдущие 10 — 15 лет. При этом господин Мери высказывается за нормализацию армяно-турецких отношений, что в принципе невозможно без решения карабахского вопроса на преимущественных условиях официального Баку.

В свою очередь, следствием нормализации армяно-турецких отношений

может стать кардинальный пересмотр всей архитектуры безопасности в Кавказском регионе, включая радикальный подрыв интересов в том числе России и Ирана, но в первую очередь — самой Армении и Нагорного Карабаха.

Попытки США сблизить позиции Баку и Еревана имели и будут иметь в будущем сугубо конъюнктурный характер. Даже по времени они оказываются привязанными к тем или иным событиям, связанным с евразийской интеграцией Армении, что лишний раз подтверждают недавние нашумевшие высказывания американского сопредседателя Минской группы ОБСЕ по Нагорному Карабаху Дж. Уорлика. Кроме того, американскими экспертами и дипломатами периодически озвучиваются сценарии гипотетического ереванского и бакинского «майдана», который имел бы для Армении катастрофические последствия.

Предпринимаются и будут предприниматься попытки объяснить сложное социально-экономическое положение большинства армянских граждан исключительно евразийской интеграцией.

В случае реализации конституционных реформ с переходом к парламент-ско-президентской форме правления основные решения будет принимать госаппарат, во многом контролируемый США и Великобританией. Экономическая активность западных компаний в Армении имеет в том числе и геополитическую обусловленность. Так, их присутствие в Сюнике, стратегически важном районе Армении, граничащем с Ираном, Нагорным

Карабахом и отделяющем «Большой Азербайджан» от Нахичевани, может означать допуск внешних операторов к комплексу инфраструктур, влияющих в числе прочего и на геополитическую ситуацию и на коммуникационную связку по линии Армения — Иран, а также между собственно Азербайджаном и Нахичеванью.

В этой связи можно было бы рассмотреть некоторые шаги, направленные на активизацию политики Москвы на кавказско-ближневосточном направлении, включая открытие генерального консульства в Мегри и диверсификацию российско-армянского двустороннего сотрудничества с учетом специфики конкретных регионов.

Список литературы

1. Агаджанян М. Россия — Армения — Иран: вдохнуть в евразийскую интеграцию на Кавказе стратегический подход. [Электронный ресурс]. URL: http://www.kavkazoved. info/news/2014/04/28/rossija-armenia-iran-vdohnut-v-evrazijskuju-integraciu-na-kavkaze-strategicheskiy-podhod.html
2. Мартиросян С. Вступление Армении в ТС: не помешали бы проблемы в отношениях с Тбилиси. [Электронный ресурс]. URL: http://www.ritmeurasia.org/news-2014-03-19-vstuplenie-armenii-v-ts.-ne-pomeshali-by-problemy-v-otnoshenijah-s-tbilisi-11875
3. Решение карабахского конфликта возможно только и исключительно в двухстороннем формате...». [Электронный ресурс]. URL: http://www.kavkazoved. info/news/2014/04/14/igor-pankratenko-reshenie-karabahskogo-konflikta-vozmozhno-v-dvuhstoronnem-formate.html
4. Список предприятий. [Электронный ресурс]. URL: http://vpk-armenii.livejournal. com
АРМЕНИЯ armenia РОССИЯ russia ИРАН iran ТАМОЖЕННЫЙ СОЮЗ customs union ЮЖНЫЙ КАВКАЗ south caucasus