Научтруд
Войти

Ранние российско-американские научные связи

Автор: указан в статье

го потенциала высшей школы в области управления международным сотрудничеством.

Вузовское сообщество рассчитывает на то, что будут пересмотрены и приоритеты государственной миграционной политики с позиций интересов развития академической мобильности. Для внесения изменений в действующее законодательство потребуются исследования и консультации всех заинтересованных сторон по вопросу изменения порядка въезда-выезда российских и иностранных граждан для обучения и исследований, обеспечения прав и свобод иностранных граждан, обучающихся в россий-

ских вузах. Вузы также готовы разработать и внести на рассмотрение Правительства РФ предложения по обеспечению комплексной безопасности, соблюдения норм национальной толерантности во всех сферах жизни как важнейших условий развития «обратной» мобильности и обеспечения конкурентоспособности российской системы ВПО на мировом рынке образовательных услуг.

ПРИМЕЧАНИЕ

1 См.: Болонья глазами студентов [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://portal.ntf.ru/ portal/page/portal/bp/monitoring/2006.

Поступила 16.01.08.

РАННИЕ РОССИЙСКО-АМЕРИКАНСКИЕ НАУЧНЫЕ СВЯЗИ

О. Н. Левшина, аспирант кафедры теории и истории культуры РГПУ им. А. И. Герцена

В статье рассматриваются ранние научные контакты между российскими и американскими учеными, заложившие основу прочных интеллектуальных связей в последующий период. Стимулом к их развитию послужили открытия выдающегося американского ученого, дипломата и просветителя Бенджамина Франклина.

В 1807 г. в ходе обмена посланиями между российским министром иностранных дел Андреем Яковлевичем Будбер-гом и государственным секретарем США Джеймсом Мэдисоном было достигнуто соглашение об установлении дипломатических отношений между Россией и США. Однако к этому времени наши страны уже имели прочные интеллектуальные связи, начало которым было положено еще в середине XVIII в. Стимулом к их развитию послужили открытия выдающегося американского ученого, просветителя и дипломата Бенджамина Франклина (1706—1790).

Франклин был одним из авторов Декларации независимости и Конституции США. При его непосредственном участии был подписан Версальский мирный договор 1783 г., формально завершивший Войну за независимость североамери-

канских колоний от Великобритании. Бенджамин Франклин основал в Филадельфии первую в североамериканских колониях публичную библиотеку (1731), Пенсильванский университет (1740), Американское философское общество (1743). Ему принадлежит множество изобретений: бифокальные очки, «пенсильванский камин», кресло-качалка, самовраща-ющийся вертел, лампа для уличных фонарей, но наиболее значительных успехов ученый добился в исследовании электричества. Он первым доказал, что молния имеет электрическую природу и изобрел громоотвод, ставший надежным способом защиты от ее разрушительного воздействия.

В 1750 г. Бенджамин Франклин сформулировал унитарную теорию электрических явлений, согласно которой электричество представляет собой особую

© О. Н. Левшина, 2008

№ 2, 2008

жидкость, пронизывающую все тела. В свою очередь, «электрическая субстанция» состоит из множества «крайне малых частиц». В наши дни мы называем эти «крайне малые частицы» электронами. Далее, ученый полагал, что в любом теле всегда содержится определенное количество этой жидкости; если по каким-либо причинам в теле появляется ее излишек, тело заряжается положительно, а если недостаток — отрицательно. Он впервые ввел понятие положительного и отрицательного электричества (заряда) и соответствующие обозначения: «+» и «-». Основная «электрическая терминология» тоже принадлежит Бенджамину Франклину. Им были введены в науку понятия «батарея», «конденсатор», «проводник», «заряд», «разряд», «обмотка», «электрический удар», «электрик», «наэлектризованное тело». В память о выдающихся достижениях Франклина в физике особая единица электрического заряда названа его именем.

Открытия ученого получили первоначальную известность во Франции, которая в 40-х гг. XVIII в. занимала ведущую позицию в области исследования электричества. После того как в 1752 г. французские физики во главе с Далибаром в присутствии короля и многих высокопоставленных особ провели описанный американским ученым опыт, Франклин приобрел славу величайшего ученого. В

1753 г. Лондонское Королевское общество присудило ему Коплеевскую медаль, а в 1756 г. избрало своим членом. В 1772 г. Бенджамин Франклин стал почетным членом Французской Королевской академии наук.

В России об открытиях Франклина в области электричества узнали благодаря проделанному в мае 1752 г. французскими физиками опыту. 12 июня 1752 г. в газете «Санкт-Петербургские ведомости», издаваемой Императорской академией наук, появилось сообщение: «В Филадельфии, в Северной Америке, господин Вениамин Франклин столь далеко отважился, что хочет вытягивать из ат-

мосферы тот страшный огонь, который часто целые земли погубляет»1. Далее следовало описание опыта по извлечению атмосферного электричества при помощи заостренного металлического шеста. Это событие положило начало российско-американским интеллектуальным связям, основы которых были заложены еще до образования США в 1776 г.

В то время в России уже велось изучение электричества. Первым его исследователем был Георг Вильгельм Рихман (1711—1753). В 1744 г. он возглавил кафедру физики и физический кабинет Академии наук; а в 1745 г., за два года до Франклина, начал изучать электрические явления. Считается, что толчком к началу исследований по электричеству в России послужило письмо Леонарда Эйлера в Академию наук от 15 августа 1744 г. с приглашением принять участие в конкурсе Берлинской академии наук на решение задачи о причине электрических явлений. Письмо было рассмотрено на заседании академического собрания 24 августа. Встав во главе нового направления, Г. В. Рихман распорядился оснастить физический кабинет всеми необходимыми для изучения электричества приборами. Некоторые приборы ученый сконструировал сам. Благодаря его стараниям кабинет стал крупнейшим научно-исследовательским центром в Рос-сии2.

Величайшей заслугой Рихмана был переход от описания электрических явлений, которым занимались все предыдущие исследователи, к измерению величины электрических зарядов. Для этой цели он изобрел «указатель электричества». Это был первый в мире электрометр — прибор для измерения электрической силы. Прибор состоял из вертикальной железной линейки, к верхнему концу которой была прикреплена льняная или шелковая нить. Когда линейку заряжали от электрической машины, нитка тоже заряжалась и отклонялась от линейки на некоторый угол, в зависимости от величины заряда. Угол отклонения

измерялся на деревянном квадранте с дуговой шкалой, разделенной на градусы. Благодаря изобретению электрометра Рихман стал первым ученым, которому удалось превратить изучение электричества в точную науку. С помощью «указателя электричества» он проверил электрические свойства десятков различных веществ и материалов, причем был не только выдающимся экспериментатором, но и пропагандистом науки об электричестве. Свои опыты Рихман неоднократно демонстрировал перед коллегами и студентами. Желание ознакомиться с удивительными опытами высказала даже императрица Елизавета Петровна. По ее просьбе ученый устроил показ в Зимнем дворце.

Часть экспериментов Рихман проводил совместно с Михаилом Васильевичем Ломоносовым (1711—1765). В ходе опытов по изучению влияния электричества на животных и человека ученые пришли к выводу, что при воздействии на организм электрическим током происходит ускорение кровообращения. Рихман открыл существование электрического поля вокруг заряженного тела и доказал, что его напряженность убывает с увеличением расстояния от наэлектризованного тела.

Узнав в 1752 г. об опытах Франклина с атмосферным электричеством, петербургские физики решили их повторить и с помощью изобретенного Рихманом электрометра измерить заряд молнии. Для этой цели они соорудили в своих домах «громовые машины». В течение года ученые проводили наблюдения за небесным электричеством и в результате собрали множество интересных сведений о нем. В частности, М. В. Ломоносов установил, что электрические заряды в атмосфере не появляются во время грозы, а существуют в ней постоянно. При этом ученые постоянно подвергали свои жизни опасности.

Особенно широкий размах исследования приобрели летом 1753 г. На 6 сентября было назначено ежегодное публичное собрание Академии наук, на ко-

тором оба экспериментатора должны были выступить с докладами по атмосферному электричеству, поэтому они старались не пропускать ни одной грозы. Вот почему во время роковой грозы 26 июля 1753 г. и тот, и другой находились у своих установок. Впоследствии Ломоносов вспоминал: «Внезапно гром чрезвычайно грянул в самое то время, как я руку держал у железа, и искры трещали. Все от меня прочь побежали. И жена просила, чтобы я прочь шел. Любопытство удержало меня еще две или три минуты, пока мне не сказали, что щи простынут, а притом и электрическая сила почти перестала»3. Во время той грозы Георг Вильгельм Рихман был убит ударом шаровой молнии.

5 марта 1754 г. в издававшейся Б. Франклином «Пенсильванской газете» был напечатан «Отрывок из письма из Москвы от 23 августа 1753 года», в котором рассказывалось об обстоятельствах смерти Г. В. Рихмана при исследовании атмосферного электричества. В статье сообщалось о том, что российский ученый погиб из-за того, что его установка не была заземлена. В качестве участника эксперимента назывался «советник Ломоносов». Это было первое упоминание фамилии русского ученого в американской печати: «Советник Ломоносов проводил тот же самый эксперимент в своем доме, неподалеку от дома Рихмана, но ничего кроме искр не обнаружил, в то самое время, когда Рих-ман был убит молнией»4.

Трагическая смерть Рихмана послужила поводом для нападок со стороны духовенства и реакционных кругов на ученых, стремившихся проникнуть в тайны природы. Раздавались призывы прекратить изучение электричества как богопротивное занятие. Но личный авторитет и поддержка прогрессивно настроенных ученых позволили Ломоносову продолжить исследования. В ноябре 1753 г. он выступил с докладом «Слово о явлениях воздушных, от электрической силы происходящих, предложенное от Михаила Ломоносова»5, в котором обосновал

111!111Й1И1!Ш № 2,

электрическое происхождение северных сияний. Он рассматривал их как свечение, вызываемое электрическими зарядами в верхних слоях атмосферы. Доклад был разослан многим иностранным ученым.

М. В. Ломоносов был противником унитарной теории Франклина и отрицал существование особой «электрической жидкости». Он разработал собственную теорию электрических явлений, в которой объяснял возникновение электричества движением частиц эфира. «Франк-линова догадка о северном сиянии, — писал Ломоносов, — от моей теории весьма разнится. Ибо он материю электрическую для произведения северного сияния от жаркого пояса привлечь старается, я — довольную нахожу в самом том месте, то есть эфир, везде присутствующий. Он места ее не определяет, я выше атмосферы полагаю. Он не объявляет, каким она способом производится; я изъясняю понятным образом. Он никакими не утверждает доводами; я, сверх того, истолкованием явлений подтверж-даю»6. Однако разногласия не помешали российскому ученому по достоинству оценить работы Франклина.

Унитарная теория электричества нашла горячего приверженца в лице выдающегося математика и физика, академика Петербургской академии наук Франца Ульриха Теодора Эпинуса (1724—1802), который распространил ее положения и на магнетизм, причем, по мнению автора теории, сделал это весьма успешно. Франклин написал об этом 29 мая 1763 г. Эзре Стайлсу (1727— 1795), американскому ученому и священнослужителю, впоследствии члену Американского философского общества: «Эпинус, член Академии наук в Петербурге, недавно опубликовал на латинском языке работу, названную „Tentamen theoriae electricitatis е! magnetismi“, в которой он применил мои принципы относительно электричества для объяснения различных явлений магнетизма и, я полагаю, сделал это со значительным успехом»7.

Ученые состояли в эпизодической переписке. Когда в 1759 г. россиянин опубликовал книгу «Опыт теории электричества и магнетизма» («Tentamen theoriae electricitatis et magnetismi»), один экземпляр он отправил коллеге за океан. В свою очередь, в библиотеке Эпинуса были книги с автографами Франклина. Их переписка положила начало практическому обмену научными трудами между учеными России и Америки.

К выводу о сходстве магнетизма и электричества Эпинус пришел в результате многочисленных экспериментов с электризацией кристаллов турмалина при их нагревании и охлаждении. Образование разноименных зарядов на противоположных концах кристаллов он уподоблял двум противоположным полюсам магнита. Ученый поддержал франкли-новскую гипотезу об электрической жидкости, пронизывающей все тела. По отношению к ней все вещи были разделены на два класса: одни легко проводят электрическую материю, другие же ее не проводят. Первая группа тел получила название «электрические по своей природе», вторая — «неэлектрические по своей природе». Франклин, однако, считал эти термины неправильными и предпочитал говорить о «проводниках» и «непроводниках».

Наряду с электрической жидкостью, по мнению Эпинуса, существует и магнитная жидкость. Согласно его теории в любом теле постоянно содержится определенное количество электрической и магнитной жидкостей. Если в каком-либо теле обнаруживается их избыток, оно намагничивается и приобретает положительный электрический заряд, если же указанные жидкости содержатся в малом количестве, то тело приобретает отрицательный электрический заряд и не намагничивается. Впоследствии сходство электрических и магнитных явлений было убедительно доказано М. Фарадеем.

Эпинус первым начал знакомить российских читателей с научными работами Франклина. В 1770 г., всего через год

после выхода в свет нового издания «Опытов и наблюдений над электричеством» последнего, он перевел часть этой работы на русский язык и опубликовал ее в «Трудах Вольного экономического общества»8.

Американские ученые высоко ценили работы своих российских коллег. Сохранилось письмо Эзры Стайлса от 20 февраля 1765 г. Франклину, находившемуся в то время в Лондоне: «Сэр, если услуга, о которой я прошу вас, — переправить господину Ломоносову в Петербург прилагаемое письмо (курсив наш. — О. Л.), — покажется вам чрезмерной, вы полностью вправе не оказывать ее. Как вы видите, я взял на себя смелость просить, чтобы ответ был направлен через ваше посредство; если я слишком вольно пользуюсь вашим именем и дружбой, то в вашей власти пресечь такое злоупотребление. Но позвольте мне, по крайней мере, просить, чтобы вы сообщили мне об открытиях экспедиции к полюсу, если таковая состоится. Я полагаю, в Петербурге вы поддерживаете переписку с Эпинусом или Брауном. Если плаваниям, которые уже совершаются из Америки в Балтийское море, суждено продолжаться, я был бы очень рад вступить в письменную связь с Петербургом...»9 В письме содержался план дальнейшего научного сотрудничества. Американский ученый просил своего российского коллегу поделиться с ним сведениями об измерении температуры воздуха в ходе планируемой полярной экспедиции, инициатором которой был Ломоносов, а также данными о максимальных и минимальных температурах в разных регионах Российской империи. Взамен Ломоносову предлагалось ознакомиться с результатами метеорологических наблюдений, произведенных в Америке. Франклин отправил это письмо русскому ученому, но ответа не получил, так как 15 апреля 1765 г. М. В. Ломоносов скончался.

Письмо Эзры Стайлса подтверждает существование научных связей меж-

ду американскими и российскими учеными уже в 60-е гг. XVIII в. Оно прямо указывает на то, что Франклин вел переписку с академиком Эпинусом. Наличие его прямых или косвенных контактов с академиком Иосифом Адамом Брауном (1712—1768), первым заморозившим в 1759 г. ртуть, ничем не подтверждается.

Высоко оценил научные достижения Франклина еще один российский ученый — князь Дмитрий Алексеевич Голицын (1734—1803). Он был ученым-энци-клопедистом: занимался химией, геологией, минералогией, метеорологией, медициной, экономикой, а также изучением электричества. Результаты исследований были изложены им в 1777 г. в «Письме о некоторых предметах электричества», направленном в Петербургскую академию наук. За этот труд его избрали членом-корреспондентом академии. Выдающиеся научные заслуги князя получили оценку не только в России: Голицын был членом Шведской и Берлинской академий наук, президентом Иенского минералогического общества.

Франклина и Голицына объединяли дипломатические и научные интересы. Они встречались во Франции, где российский дипломат прожил долгих 14 лет, с

1754 по 1768 гг. Голицын несколько раз сообщал американскому ученому о своих экспериментах с атмосферным электричеством. Так, письмо от 28 января 1777 г. было передано адресату французским военным историком Кералио. Через два года тот снова передает письмо Франклину, а 21 марта 1779 г. напоминает ему об обещании ответить Голицы-ну10. Получил ли князь ответ от Франклина — неизвестно; это письмо не найдено.

Бенджамин Франклин был не только талантливым ученым, но и популяризатором научного знания. В 1727 г. он основал в Филадельфии просветительский клуб «Джунто», впоследствии превратившийся в Американское философское общество — мощную интеллектуальную сеть, объединившую крупнейших ученых

№ 2, 2008

из многих стран мира. Его первым президентом был сам Франклин. По его рекомендации ряд российских ученых были избраны в состав общества.

Первым российским ученым, избранным членом Американского философского общества, был барон Тимофей Иванович фон Клингштадт (1710—1786), вице-президент Юстиц-коллегии лиф-ляндских, эстляндских и финляндских дел, действительный член Академии наук, член Вольного экономического общества, изучавший сельское хозяйство, юриспруденцию, этнографию. В 1772 г., после встречи с ним в Лондоне, Франклин писал Джозефу Г алловею, вице-президенту Американского философского общества: «Я рекомендую вам барона фон Клингштадта из Санкт-Петербурга, с которым я познакомился в Англии, где он занимался сбором сведений о новых достижениях в области сельского хозяйства. Он любезно согласился передать в Российскую академию наук книгу, выпущенную нашим обществом. Барон настолько заинтересовался нашими исследованиями и дал им столь высокую оценку, что посчитал бы большой честью для себя вступить в состав нашего общества. Он также сообщил о своей готовности обмениваться результатами исследований и присылать семена, если это будет интересно членам общества»11. 15 января 1773 г. барон фон Клингштадт был избран в состав Американского философского общества. Он же доставил в Россию первый выпуск «Трудов» этой организации.

Бенджамин Франклин вел переписку с директором Петербургской академии наук княгиней Екатериной Романовной Дашковой (1744—1810). Ее результатом явилась встреча двух деятелей культуры, состоявшаяся 3 февраля 1781 г. в Париже в отеле «de la Chine», где остановилась Дашкова. Свое впечатление о встрече она описала так: «Я считаю Франклина превосходным человеком, в котором глубокие познания соединены с простотой во внешнем облике и манерах,

искренней скромностью и терпимостью по отношению к окружающим»12.

17 сентября 1789 г. Дашкова была избрана членом Американского философского общества. В свою очередь, 2 ноября того же года она организовала прием Франклина в число иностранных членов Петербургской академии наук, о чем сообщалось в письме от 4 ноября: «Сэр, я всегда полагала, что вы являетесь членом Императорской Академии наук, которую я возглавляю в Санкт-Петербурге. Я была крайне удивлена, когда, просмотрев список членов Академии несколько дней назад, не обнаружила в нем вашего имени. Поэтому я спешу сообщить вам о единогласном избрании вас ее членом, ко всеобщей радости и большой чести для нашей Академии. Я прошу вас, сэр, принять этот документ и поверить, что я считаю это большой честью для нашей Академии»13. Бенджамин Франклин стал первым американцем, удостоившимся столь высокого звания. После него в состав Петербургской академии наук были избраны физик Джон Черчмэн (1795), метеоролог Матью Фонтейн Мори (1855), физик Александр Даллас Бейч (1861), историк Джордж Бэнкрофт (1867), астрономы Бенджамин Апторп Гулд (1875), Саймон Ньюком (1896) и др.

Вторым после Американского философского общества крупным научным центром США была Американская академия искусств и наук, основанная в 1780 г. в Бостоне президентом Джоном Адамсом (1735—1826). Членами академии были уже упоминавшийся корреспондент М. В. Ломоносова Эзра Стайлс, Френсис Дейна, первый официальный посланник США в России Джон Куинси Адамс. В 1781 г. ее почетным членом был избран Франклин.

Первое упоминание о России в академии было связано с изучением особенностей сибирской пшеницы. Так, 22 августа 1780 г. на заседании общества был зачитан доклад Уильяма Гордона «Наблюдения относительно сибирской пше-ницы»14.

С момента своего основания Американская академия искусств и наук была заинтересована в расширении научных связей и привлечении в свои ряды крупнейших ученых из других стран. Первым российским ученым, избранным в состав академии в 1782 г., был выдающийся математик Леонард Эйлер15.

В начале XIX в. ключевой фигурой, оказавшей плодотворное влияние на развитие российско-американских научных связей, стал Джон Куинси Адамс (1767—1848). Он приехал в Россию в 1809 г., через два года после того, как страны договорились об установлении дипломатических отношений. Это был уже второй его визит в Россию. Первый раз Адамс посетил нашу страну в возрасте 14 лет в качестве секретаря и переводчика с французского языка неофициального посланника США в России Фрэнсиса Дейны.

Во время второго визита в Россию Джон Куинси Адамс стал личным другом императора Александра I и приобрел широкий круг знакомых среди наиболее просвещенной части российского общества. В своих «Дневниках»16 он подробно описал визиты в Петербургскую академию наук и встречи с выдающимися учеными. Некоторые из них были рекомендованы им в Американскую академию искусств и наук. В 1812 г. членом академии стал математик Николай Иванович Фусс, ученик великого Леонарда Эйлера и секретарь Петербургской академии наук. Он посылал через Адамса книги, изданные академией, в библиотеки Американской академии искусств и наук и Гарвардского университета — альма-матер Адамса. В том же году членами Американской академии стали руководитель Московского общества испытателей природы Григорий Иванович Фишер фон Вальдгейм и минералог Карл Антонович Эттер. Интересно, что оба российских ученых были избраны членами Американского философского общества в 1818 г., в том же году, что и сам Джон Куинси Адамс.

Американский посланник проявлял интерес к достижениям российских астрономов и часто посещал Санкт-Петербургскую обсерваторию. 11 ноября 1812 г. по его рекомендации членом Американской академии стал российский астроном Федор Иванович Шуберт. Впоследствии этой чести были удостоены и другие астрономы: Жюль Волленштайн

(1823), основатель Пулковской обсерватории Василий Яковлевич Струве (1834) и его сын Отто Струве (1864). Пулковская обсерватория долго служила образцом для подражания в Америке. Первая американская обсерватория в Цинциннати была основана по аналогии с ней, а ее основатель Ормсби Митчелл состоял в переписке с В. Я. Струве, как и Уильям Бонд — основатель второй обсерватории в Гарварде. Гарвардская обсерватория заказывала у рекомендованных Струве производителей линзы для телескопов из Германии. В 1851 г. Уильям Бонд отправил своего сына в Пулково знакомиться с астрономией «из первых рук»17.

Тесные связи с Американской академией искусств и наук поддерживали и российские математики. 27 мая 1834 г. членом академии стал Михаил Васильевич Остроградский, 12 ноября 1834 г. — Эдуард Давыдович Коллинс, правнук Леонарда Эйлера. 13 ноября 1849 г. в академию был избран основоположник эмбриологии Карл Максимович Бэр.

Начатое в середине XVIII в. сотрудничество между российскими и американскими учеными было продолжено в последующие периоды. Так, с конца XVIII в. и до 70-х гг. XIX в. в состав Американского философского общества были избраны 27 российских ученых, в их числе: П. С. Паллас (1791),

Ф. П. Аделунг (1818), уже упомянутые Н. И. Фусс (1818) и Г. И. Фишер фон Вальдгейм (1818), В. Г. Тилезиус (1819), Я. В. Виллие (1821), И. Ф. Крузенштерн

(1824), А. Я. Купфер (1847), В. Я. Струве (1853) и др. В конце XIX в. членами Американской академии искусств и наук стали А. О. Ковалевский (1896),

№ 2, 2008

И. И. Мечников (1898), Д. И. Менделеев (1889)18.

Таким образом, Россию и США связывают длительные научные контакты, начало которым было положено благодаря выдающимся физическим открытиям Бенджамина Франклина. Эти контакты стали основой прочных интеллектуальных связей между США и Россией, получивших развитие в последующий период.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Цит. по: Радовский М. И. Вениамин Франклин и его связи с Россией / М. И. Радовский. М. ; Л., 1958. С. 10.
2 См.: Белюстов В. Н. Георг Вильгельм Рих-ман. К 250-летию со дня трагической гибели ученого [Электронный ресурс] / В. Н. Белюстов // Физика : учеб.-метод. газ. 2003. № 32. Режим доступа: fiz.1september.ru/2003/32/no32_1.htm.
3 Цит. по: Черненко Г. Творцы наук российских / Г. Черненко. Л., 1989. С. 37—39.
4 Account of the Death of Georg Richmann [Эле-

ктронный ресурс] / Printed in The Pennsylvania Gazette, March 5, 1754 // The Papers of Benjamin Franklin / Digital Edition by The Packard Humanities Institute. Режим доступа: http://

www. franklinpapers. org/franklin/yale.

5 См.: Ломоносов М. В. Полное собрание сочинений Михайла Васильевича Ломоносова. С приобщением жизни сочинителя и с прибавлением многих его нигде еще не напечатанных творений / М. В. Ломоносов. СПб., 1803. Ч. 3.
6 Ломоносов М. В. Полное собрание сочинений / М. В. Ломоносов. М. ; Л., 1952. Т. 3. С. 121— 123.
7 To Ezra Stiles. Sun., May 29, 1763 [Электронный ресурс] // The Papers of Benjamin Franklin.
8 Cm: Dvoichenko-MarkoffE. Benjamin Franklin, the American Philosophical Society and Russian Academy of Science / E. Dvoichenko-Markoff // Proceedings of the American Philosophical Society. 1947. Vol. 91, № 3. P. 252.
9 From Ezra Stiles. Newport, February 20, 1765 [Электронный ресурс] // The Papers of Benjamin Franklin.
10 Cm.: From the Prince de Gallitzin. Tue., Jan. 28, 1777 [Электронный ресурс] // The Papers of Benjamin Franklin.
11 To Joseph Galloway. Extract: minutes of the American Philosophical Society, November, 1772 [Электронный ресурс] // The Papers of Benjamin Franklin.
12 Цит. по: Woronzoff-Dashkoff A. Princess E. R. Dashkova: first woman member of the American Philosophical Society / A. Woronzoff-Dashkoff // Proceedings of the American Philosophical Society. Vol. 140, № 3 (Sep., 1996). P. 406.
13 From Princess Daskaw (unpublished). St. Petersburgh, the 4th of November, 1789 [Электронный ресурс] // The Papers of Benjamin Franklin.
14 Cm.: Dvoichenko-Markov E. The Russian Members of the American Academy of Arts and Sciences / E. Dvoichenko-Markov // Proceedings of the American Philosophical Society. Vol. 109, № 1 (Feb. 18, 1965). P. 53.
15 Cm.: Хроника российско-американских отношений XVIII—XX вв. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.usembassy.ru/links/ print_historyr.php.
16 The Diaries of John Quincy Adams. Vol. 28,
5 August to 31 July, 1813 [Электронный ресурс] // The Massachusetts Historical Society. Режим доступа: http://www.masshist.org/jqadiaries.
17 Cm.: Dvoichenko-Markov E. The Pulkovo Observatory and Some American Astronomers of the Mid — 19th Century / E. Dvoichenko-Markov // Proceedings of the American Philosophical Society. Vol. 43, № 3 (Sep., 1952). P. 244—246.
18 Cm.: Иванян Э. А. Энциклопедия российско-американских отношений XVIII—XX века / авт. и сост. проф. Э. А. Иванян. М., 2001. С. 47.

Поступила 23.09.07.

Другие работы в данной теме:
Научтруд |