Научтруд
Войти

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПРАКТИКА ПРИВЛЕЧЕНИЯ НАЦИОНАЛЬНЫХ МЕНЬШИНСТВ К ОБЩЕРОССИЙСКИМ ОБЯЗАННОСТЯМ (на примере военной службы калмыков в XVIII начале XX вв.)

Научный труд разместил:
Panyulab
30 мая 2020
Автор: указан в статье

Николай ПОДПРЯТОВ

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПРАКТИКА ПРИВЛЕЧЕНИЯ НАЦИОНАЛЬНЫХ МЕНЬШИНСТВ К ОБЩЕРОССИЙСКИМ ОБЯЗАННОСТЯМ (на примере военной службы калмыков в XVIII - начале XX вв.)

В статье рассматриваются проблемы привлечения калмыков Российской империи к добровольческой службе в армии на основаниях, аналогичных службе казаков.

This article examines participation of Kalmyk volunteers in army of the Russian empire on the same basis as service of Cossacks.

калмыцкая конница, казачье войско, конные полки, воинская повинность, боевые действия, военная служба; Kalmyk cavalry, Cossacks army, cavalry regiment, conscription, military operations, military service.

олитически власть стремилась к ассимиляции малых народов среди великороссов. Общая установка российских императоров была неизменной — сохранить единство России, обеспечить, по возможности, её этническую однородность, или, по крайней мере, добиться того, чтобы все народы государства работали не на разрушение и дробление страны, а на её консолидацию.

При таком подходе армия мыслилась и являлась чисто русским военным институтом, силовым проводником великорусской идеи. Собственно говоря, до 1874 г. русская армия таковой и была, т.к. отдельные инонациональные части призывались только на время войны и являлись вспомогательным инструментом для основных русских формирований, или же были хоть и постоянными, но малочисленными и фактически выполняли роль кузницы национальных управленческих кадров для нерусских регионов, но с пророссийским менталитетом и ценностями.

Окончательный переход во времена Петра I к регулярной армии не означал отказ российского руководства от использования иррегулярных воинских формирований в боевых действиях. Многие народы государства ещё не отказались от кочевого скотоводства. Их бродячий образ жизни не позволял ни учесть воинские контингенты, ни привлечь их к службе в вооружённых силах. Одним из таких народов в XVII—XX вв. были калмыки. Во время Азовского похода армии Петра I под руководством боярина А. Шеина в 1696 г. были использованы и калмыцкие конники численностью в З ООО человек. Так как эта мера была разовой, то и вознаграждение калмыкам было уникальным: семьи конников получили платья, сукно и соболей, сами воины получали от 4 до 8 рублей, по З кружки вина, по кружке мёду, по 2 кружки пива. Кроме того, казна платила по полтора рубля дорожных, по З рубля за кафтан и 2 рубля за шапку, имевшиеся у калмыков. А после удачного завершения кампании Пётр приказал купить волов, баранов, коров для этих калмыков на сумму 15ОО рублей1.

Впоследствии Пётр I активно использовал калмыцкую конницу хана Аюки в подавлении крестьянских выступлений внутри государства и волнений среди башкир. Так, в 17З6 г. в Астрахани набирали калмыков на подавление восстания в Башкирии2.

1 РГАДА, ф. 119, оп. 1696, д. 2, л. 4; д. З, л. 1, З, 4, 9; оп. 1697, д. 8, л. 1, 5, 4З.
2Там же, ф. 819, оп. 1, д. 2, л. 1.

ПОДПРЯТОВ Николай Вячеславович — к.и.н, доцент; доцент кафедры общей отечественной истории Пермского государственного университета podpryatov@psu.ru

В 1700 г. было учреждено Чугуевское войско из донских и яицких казаков. Вместе с тем в это войско были включены крещёные калмыки и татары. В 1749 г. команда чугуевских калмыков и казаков получила наименование Чугуевского казачьего полка со своей формой одежды и знамёнами. Вскоре полк получает наименование Ека-теринославского казачьего полка. В 1788 г. на базе этого полка была сделана попытка развернуть Корпус передовой стражи Ека-теринославских регулярных казаков в составе четырёх бригад. Причём в каждой бригаде должно было быть 5 сотен казаков и 2 сотни калмыков. Но уже на следующий год от этой затеи отказались, и вместо корпуса были сформированы только два шестисотенных полка — Чугуевский и Конвойный1.

В XVIII в. существовало Ставропольское калмыцкое войско. История образования этого войска началась ещё во времена Петра I, который лично крестил хана Астраханской калмыцкой орды и нарёк его Петром. В 1737 г. хан умер, а для его жены, княгини Анны Тайшиной и её калмыков была построена специальная крепость — Ставрополь (нынешний Тольятти). Анна Иоанновна назначила присматривать за этими калмыками В.Н. Татищева2.

В 1745 г. оренбургский губернатор Не-плюев установил правила управления Ставропольскими калмыками. Внутренний порядок в войске был сохранён традиционным, национальным. Всё войско делилось сначала на пять, а потом на десять рот с обязательным нарядом на службу в 300 чел. в год. В 1756 г. Ставропольскому калмыцкому войску было выдано одно полковое и 10 ротных знамён. Знамя и ротные значки Ставропольских калмыков были аналогичны Оренбургским казачьим с той только разницей, что в центре знамени помещался рисунок не Оренбурга, а Ставрополя с соответствующей подписью. В 1760 г. к Ставропольскому казачьему войску были причислены 1765 чел. зюнгарских крещёных калмыков, выбравшихся из киргиз-кайсацкого плена (казахского). Из последних было сформировано три дополнительных роты калмыков.

Однако даже само переселение с низовьев Волги шло тяжело: сразу же сбежа-

1 Висковатов А.В. Историческое описание одежды и вооружения российских войск, составленные по Высочайшему повелению. — СПб., 1899, ч. 3, стр. 9; ч. 4, стр. 38, 39.
2 РГАДА, ф. 819, оп. 1, д. 1, л. 1.

ли 532 кибитки и остались, т.е. их сумели поймать, 287 человек3. 1О апреля 1767 г. майор Федотьев докладывал оренбургскому губернатору о бегстве 24 человек — калмыков из-под Сорочинска. Но их смогли поймать и вернуть в свои улусы4.

В 177О г. хан Убаши решил увести своих подданных с Волги на историческую родину — в Китай. Кибитки кочевников снялись и двинулись в сторону Яика. За ними была организована погоня, не давшая, впрочем, положительного результата. Калмыки практически беспрепятственно ушли в казахские степи. После этих событий численность Ставропольских калмыков стала быстро уменьшаться, и к 183О г. на Средней Волге проживало только 3,6 тыс. чел. В 18О3 г. ставропольским крещёным калмыкам император повелел комплектовать только один тысячный полк. В 1842 г. это войско было ликвидировано, влившись в состав Оренбургского казачества5.

Перед самым началом Отечественной войны 1812 г. из калмыков Астраханской, Саратовской, Кавказской губерний и войска Донского создаются дополнительно к существующим два конных калмыцких полка, насчитывавших до 5ОО бойцов каждый. Всего во время нашествия Наполеона в 1812 г. в составе русской армии воевали 1О калмыцких полков (в том числе два Ставропольских калмыцких полка6), а три из них — два пеших и один конный — вошли в 1814 г. в Париж. Второй конный полк астраханских калмыков-добровольцев выступил на войну под жёлтым стягом с изображением покровителя воинов (по национальной мифологии) — Даначи Тенг-ры7.

После войны, когда национальные формирования оказались не нужны, их распустили.

Калмыки, проживавшие на территории области войска Донского, главным образом в Сальском округе, были переведены в казачество и призывались в Донские казачьи полки на общих основаниях. Часть калмыков окончили Новочеркасское казачье военное училище и получили офи-

3 Там же, ф. 819, оп. 1, д. 2, л. 2, 3, 4.
4Там же, ф. 822, оп. 1, д. 3, л. 1, 2, 5.
5 ГАРФ, ф. 5761, оп. 1, д. 21, л. 213.
6 История казачества Азиатской России. Т.1. — Екатеринбург : УрО РАН, 1995, стр. 48.
7 ГАРФ, ф. 148, оп. 7, д. 19, л. 6; Таланов А.И. Знамёна иррегулярных частей русской армии в Отечественной войне 1812 года // Военно-исторический журнал, №11, 1991, стр. 66; Rolarz, W. Russia and Her Colonies. - N.Y., 1952, р. 83.

церские звания. В период первой русской революции наказной атаман войска Донского посылал калмыцкие сотни для усмирения волновавшихся рабочих в Донецком округе.

Однако большая часть калмыцкого народа не привлекалась к отбыванию воинской повинности. Примерно 150 тыс. астраханских и ставропольских калмыков не несли военной службы. В 1890 г. военное ведомство предложило привлечь калмыков на военную службу в рядах Астраханского казачьего войска. Но тогда этого сделано не было из-за трудности организации управления в степи и обеспечения калмыков землёй, и, главным образом, из-за того, что тогда бы калмыки совершенно подавили своей численностью астраханских казаков, которых насчитывалось всего-то 37 тыс. чел.1

Положение в калмыцкой степи постепенно менялось в конце XIX — начале XX вв. К началу Первой мировой войны, как отмечали этнографы, калмыки фактически перешли к оседлому образу жизни. Кибитка же хоть и была в каждой калмыцкой семье, но находилась во дворе постоянного дома и использовалась как летнее жильё2.

В 1917 г. калмыки, как и другие народы России, в основном те, что не отбывали воинской повинности, искали свой путь в нахлынувшей вдруг свободе. В этот период проявляется тенденция к более тесному контакту с казачеством, стремление получить статус, аналогичный положению казаков в империи. Казачий статус рассматривался как способ защиты своих земельных интересов, а также определённая самостоятельность в устройстве местной жизни.

6—7 июня в Астрахани проходит съезд делегатов калмыцкого народа, на котором Д. Тундутов и Н. Очиров предложили перевести всё калмыцкое население в казачество. Съезд высказался за казачество в
1 РГИА, ф. 1276, оп. 11, д. 904, л. 1-4.
2 Архив государственного музея этнографии, ф. 1, оп. 2, д. 410, л. 4.

принципе, но не принял по этому вопросу никаких конкретных решений.

На 2-м съезде в Астрахани 24-25 июля калмыки приняли решение присоединиться к Донскому казачеству и приступить к формированию своего войска. 28 июля 1917 г. в Новочеркасске состоялось заседание совета Союза казачьих войск, рассмотревшее вопрос о принятии кал-мыков-дербетов в свою среду. Донцам такое содружество было не в диковинку, т.к. сотни лет в состав области войска Донского входили 13 калмыцких станиц, общей численностью до 35 тыс. душ населения, пользовавшихся всеми правами казачества и нёсшими наравне с другими все повинности и обязанности. А в сентябре того же года большой круг Астраханского войска вынес решение о приёме в свой состав калмыков. Часть делегатов круга была против такого решения, мотивируя свою позицию численным превосходством калмыков над русскими. Но вопрос решили положительно, передав его на утверждение в малый законодательный круг. Туда же был передан и проект, согласно которому прерогативы избрания общевойскового атамана оставались за коренной (русскоязычной) частью казачества. Калмыцкая часть войска на своём круге избирала только помощника Астраханского атамана.

Таким образом, национальные части, создаваемые из представителей данных народов, обычно формировались по образцу казачьих, со схожими положениями о службе, и подчинялись соответствующему казачеству. Царизм использовал опыт совместного проживания казаков и национальных меньшинств, учитывались традиции и бытовые особенности жизни данных этносов.

Вместе с тем, пройдя этап необходимой адаптации к жизни в условиях российского государства, нерусские народности признавались за полноправных граждан и начинали нести воинскую обязанность на общих основаниях в регулярных частях армии.

Научтруд |