Научтруд
Войти

Где наши истоки? (К вопросу об аномальной области на шельфе Баренцева моря в последний ледниковый период)

Научный труд разместил:
Vinazhla
30 мая 2020
Автор: указан в статье

Где наши истоки? (К вопросу об аномальной области на шельфе Баренцева моря в последний ледниковый период)

Е. В. Максимов

Почитатели творчества Ильи Глазунова помнят, что на его картине «Вечная Россия» в левом верхнем углу нарисованы ледяные горы. В пояснении к картине сказано: Хараити — священная гора древних ариев. По смыслу картины именно там и находились наши истоки. Однако в наше время мало кто знает, какое отношение к нам имеют и древние арии и гора Хараити. Поэтому, прежде чем обращаться к интересующему нас вопросу, необходимо дать справку об ариях.

В Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона [1890. Т. 3] сказано, что арийцы — общепринятое название для лингвистической группы народов, населяющей, с весьма значительными исключениями, почти всю Западную Азию и Европу и частично переселившейся на другие материки. Близкое и идущее от глубокой древности родство отдельных ветвей и членов этого большого племени сказывается уже в сходстве физического типа и во многих чертах характера, особенно ярко выступающих в интеллектуальном, нравственном и религиозном творчестве отдельных народов, равно как и в их истории. Сравнительное изучение санскритского языка с другими европейскими языками — латинским, греческим, славянскими и кельтскими — навело ученых на мысль, что большая часть европейских языков происходила от одного, общего, первобытного арийского языка. Этот язык иногда называют индогерманским или индоевропейским [Там же].

В наше время к арийским, или индоевропейским, языкам относят индийские, иранские, романские, славянские, германские и некоторые другие языки. Среди народов древности на индоевропейских языках говорили скифы и кельты. Немецкие расисты исказили истину. Они арийцами считали себя. В действительности у славян прав называться арийцами нисколько не меньше, чем у германцев.

Общность языка подразумевает, что в глубокой древности все арийские народы составляли один народ и жили на одной территории. В дальнейшем по невыясненным причинам они покинули свою родину, разошлись в разные стороны и в значительной мере утеряли свое первоначальное единство. Уже более 100 лет ведется спор о том, где находилась эта первоначальная родина. Называют и Восточную Европу, и Среднюю Азию, и Скандинавию и другие места. Казалось бы, все возможные варианты в этом споре уже исчерпаны и проблема так навсегда и останется нерешенной. Ниже мы попытаемся показать, что положение совсем не такое безнадежное и есть совершенно неожиданные аспекты интересующей нас проблемы.

В 1974 г. была опубликована книга Г. М. Бонгард-Левина и Э. А. Грантовского «От Скифии до Индии», в которой в доступной форме рассматриваются загадки древних ариев. Как пишет в послесловии к ней академик А. П. Окладников: «К этой теме нас возвращает интересная, талантливо написанная, небольшая, но емкая по содержанию книга Г. М. Бонгард-Левина и Э. А. Грантовского — авторов, хорошо известных своими крупными трудами по ранней истории Индии и индоиранских народов, по древнейшей истории Ирана» [Бонгард-Левин, Грантовский, 1974. С. 121].

Широко известно, что в древней индоиранской традиции («Махабхарата», «Рамаяна», «Веды»,

«Авеста» и др.) присутствует так называемый арктический цикл, в котором описываются явления, характерные для арктических областей и совершенно необычные для районов Южной и Юго-Западной Азии. Крайне интересно, что античные авторы, в той или иной мере знакомые со скифским миром, также упоминают арктические явления, подобные тем, которые известны в индоиранской традиции.

Арктический цикл достаточно обширен. В нем упоминается и о неподвижной Полярной звезде, расположенной в центре мироздания, и о долгой ночи, тянущейся шесть месяцев, и о дне, также длящемся целое полугодие, и о «плененных водах», и о многом другом. Этот арктический цикл древних сочинений навел индийского ученого Б. Тилака на мысль о том, что родина древних индийцев располагалась на крайнем севере. Опубликованная им в 1903 г. книга так и называлась — «Арктическая родина в Ведах». По его мнению, «в доледниковый и межледниковый периоды климат арктических районов был теплым и доступным для растительного и животного мира, для человека и развития его цивилизации» (цит. по: [Бонгард-Левин, Грантовский, 1974. С. 8].

Современные и географическая и историческая науки такое мнение считают абсурдным. В Арктике холодно сейчас (т. е. в современное межледниковое время), а во время ледниковий было еще холоднее. Недаром широко распространено мнение, что в ледниковые эпохи происходило циркумполярное замерзание всей Арктики. Кроме того, как пишут Д. и К. Имбри, «ледниковые покровы отступили и исчезли, ушли они из памяти людей. Не знаем, существует, ли эта странная вещь — память поколений, но если и существует, то она явно несовершенна, поскольку мир каменного века был вскоре забыт» [Имбри Д., Имбри К., 1988. С. 15]. Так ли это на самом деле, мы увидим ниже, а сейчас обратимся к анализу источников.

В арктическом цикле древнеарийской традиции есть несколько тесно связанных между собой, но в известной степени самостоятельных направлений. Это, во-первых, полярные явления; во-вторых, великие

северные горы; в-третьих, северный океан и, в-четвертых, загадочная теплая страна на севере. Рассмотрим эти направления подробней, опираясь на книгу Г. М. Бонгарда-Левина и Э. А. Грантовского [1974].

Полярные явления. «Древние сказители пели о стране, где солнце встает только раз в году, где шесть месяцев день и шесть месяцев ночь» [С. 5], «...на Севере “Семеро Риши”, богиня Арунд-хати и Свасти постоянно движутся вокруг укрепленной на небе Полярной звезды (Дхрува)» [С. 5].

«’’Семеро Риши”» — семь больших звезд созвездия Большой Медведицы (“Риши” — мудрецы, святые мужи, божественные небожители); Арундхати — созвездие Кассиопеи; Свати — яркая звезда в созвездии Волопаса. Видеть их высоко над горизонтом можно только в северных широтах. В областях севернее 5556° с. ш. зимой в течение одной ночи эти созвездия не заходят за горизонт и описывают круг, центром которого примерно можно считать Полярную звезду» [С. 5].

«Бируни приводит следующие слова Брахмагупты (начало VII в.) об области у Северного полюса: “День обитающих там ангелов будто бы длился шесть месяцев”» [С. 9]. «У богов день и ночь — год, разделенный на двое: день — период движения солнца к северу, ночь — период движения к югу» («Законы Ману», II в. до н. э. — I в. н. э.), «.по полугодиям встает златокудрое солнце» и «остановившиеся воды принимают образы красивых украшений» [С. 11]. В астрономическом трактате «Сурьясиддханта» говорится, что после восхода солнца оно видно на горе Меру целых полгода. Бхаскара-ачарья утверждал, что «на Меру полгода постоянный день, полгода постоянная ночь» [С. ЗЗ].

«Геродот пишет, что по сообщениям скифов и живущих за ними племен, далеко на севере обитают люди, “которые спят по шесть месяцев”» [С. 24]. «В античной литературе. говорилось о стране, расположенной к северу от Скифии, за областями, окутанными густым мраком, подверженными действию страшного холода и леденящему веянию северного ветра, стране, где день продолжается полгода, по утрам жители сеют, в полдень жнут, а вечером собирают плоды деревьев» [С. 25].

Помпоний Мела писал: «Там солнце восходит и заходит не ежедневно, как у нас, но, взойдя впервые во время весеннего равноденствия, заходит только во время осеннего. Таким образом, шесть месяцев продолжается день и столько же месяцев непрерывная ночь» [С. 25]. О том же самом пишет Плиний:

«Здесь полгода бывает светло. однажды в год, во время летнего солнцестояния, встает у них солнце и однажды во время зимнего солнцестояния заходит» [С. 25]. Им вторит Солин: «Полагают, что там находятся мировые оси и крайние пути созвездий, шестимесячный свет и заходящее только на один день солнце; хотя некоторые думают, что там солнце восходит и заходит не ежедневно, как у нас, но в весеннее равноденствие восходит, а в осеннее заходит; таким образом, в течение шести месяцев продолжается бесконечный день, а в другие шесть постоянная ночь» [С. 75].

В приведенных отрывках, несомненно, речь идет о крайнем севере, возможно даже о Северном полюсе. Конечно, по ним нельзя определенно судить о том жили ли там в древности индоевропейцы или получили сведения от каких-либо иных народов, знакомых с природными явлениями, присущими крайнему северу.

Великие северные горы. Обратимся опять к книге Г. М. Бонгард-Левина и Э. А. Грантовского. «Более ранние тексты (имеются в виду пураны. — Е. М.) располагали хребет Меру на всем севере земли с запада на восток, в далекой зоне холода. Именно в этой стране, где сияют вершины Меру, замерзшие воды “принимают красивые образы”» [С. ЗЗ]. «Древние сказители называли Меру “неизмеримо высокой, невиданной нигде в мирах”. Своими вершинами она упирается в небо» [С. З5], «.математик и астроном Брахмагупта передавал мнение о том, что Меру “находится под полюсом, и звезды вращаются у ее подножия, так что восход и заход зависит от нее, благодаря своей мощи она может скрывать и открывать земле солнце и луну”» [С. З6].

«До самого неба возвышается Хара; вокруг ее вершин совершают движение солнце, луна и звезды» [С. 46, ссылка на «Авесту»]. «В зороастрийской традиции сохранился рассказ о том, как при создании мира возникла и поднималась великая Хара — она росла на протяжении BQQ лет.» [С. 47]. «Древние иранцы считали, что эти горы (т. е. горы Хара. — Е. М.)находились на севере и протянулись по всей земле с востока на запад» [С. 55], «некогда у иранцев бытовало представление о недоступности великих северных гор и о снежной преграде на подступах к ним» [С. 55], «.от высочайших гор Хара идут облака снега, несущие зло и гибель людям и всему живому. В этой же стране, как повествует другой текст “Авесты”, господствует зима, там десять зимних месяцев и лишь два летних, но также “холодных для воды, холодных для земли, холодных для растений”» [С. 55].

А теперь сведения, поступившие из Скифии. «Далее к северу (за Скифией. — Е. М.) лежала “земля каменистая и неровная”» [С. 26, ссылка на Геродота]. «Реки, текущие в золотых руслах, которое стерегут грифы, связывались в таких рассказах с высочайшими горами — Рипейскими, как их называли многие античные авторы. На этих горах в пещере находилось жилище сурового Северного ветра, а еще дальше, за горами, помещали море, или океан, и “славившийся баснословными чудесами народ, называемый греками гипербореями”» [С. 27]. «Выше скифов живут исседоны, еще выше этих — аримаспы, за аримаспами (находятся) Рипейские горы, с которых дует Борей и никогда не сходит снег» [С. 29, ссылка на сочинения Дамаста «О народах»]; «.Территория Скифии ограничивается с юга Понтом Эвксинским, а с севера — Рипейскими горами» [С. 29, ссылка на историка Помпея Трога]. «Под самым севером выше крайних пределов Скифии находятся Рипы» [С. 29, ссылка на сочинение Аристотеля «Метеорологика»]. «Области у Рипейских гор, пишет Плиний, “обездолены природой и окутаны мглой, служат лишь образованию льда и холодным обиталищем Северного ветра”. Эту страну Плиний и ряд других авторов называют “Пероносной”, так как в ней “постоянно падает похожий на перья снег”»

[С. 30]. «В той стране далеко за Скифией у Рипейских гор, по описанию античных авторов, царит мрак и темнота. “Самой природой погруженная в вечную тьму и совершенно оцепеневшая от самых вместилищ Аквилона единственная земля,— писал Солин,— которая не знает смены времен года и ничего другого не получает от неба, кроме постоянной зимы”» [С. 30]. «Обнаруживается, однако, и стойкая традиция о том,

что Рипы тянулись на всем пространстве к северу от скифского мира. По мнению ряда античных авторов Рипейские горы занимали весь север Европы. Так, например, они изображались на одной из первых карт земли, составленной в VI в. до н. э. Гекатеем Милетским. Аристотель, не доверяя рассказам о баснословной “величине” Рип, тем не менее не сомневался в их существовании и полагал, что с них текут очень многие, и притом самые огромные, из других рек после Истра. Истр — это Дунай, под другими же реками Европы здесь имеются в виду великие реки Скифии — Днепр, Дон и др. Подобные представления Аристотеля отражают стойкую древнюю традицию о связи этих рек с горами на далеком севере» [С. 31]. «Золотые пики Рипейских гор столь велики, что достигают неба, за ними скрывается и из-за них появляется солнце» [С. 31], «.области у склонов этих гор покрыты снегом, здесь суровый леденящий холод, сюда нельзя проникнуть человеку.» [С. 32]. «Помпоний Мела сообщает о том, что на подступах к Рипейским горам “постоянно падающие снега делают эти местности до такой степени непроходимыми, что далее нельзя даже видеть, как не напрягай зрение”» [С. 43]. «Геродот, ссылаясь на рассказы скифов и аргиппеев, сообщает, что к северу от последних находятся “высокие недоступные горы, через которые никто не проходит”; Геродот помещает их в широтном направлении» [С. 57-58]. «В античных сообщениях о заскифских областях, рассказывается о Борее, который дует с Рипейских гор, принося леденящий холод.» [С. 59], «.скифы считали, что реки их страны берут начало с Рипейских гор» [С. 116].

Далее Г. М. Бонгард-Левин и Э. А. Грантовский проводят параллели между скифской (античной), древнеиндийской и древнеиранской традициями. «И Рипейские горы, и Меру помещались на далеком севере, они протянулись по северной окраине мира. И те, и другие достигают небес: вокруг их вершин вращаются светила. Подобно вершинам Меру сияют золотом Рипейские горы. С Рипейских гор, как и с Меру, текут реки в золотых руслах; с этих гор берут начало и великие земные реки» [С. 36]. «С Хары, как и с Меру (и с Рипейских гор), берут начало земные реки» [С. 48]. Хребты Хара и Меру, представлениями иранцев и индийцев, протянулись по всей земле с запада на восток (то же рассказывали и о великих горах к северу от Скифии) [С. 48]. «И позднее, в послескифскую эпоху, было распространено мнение, что великие реки, протекающие через степи Юго-Восточной Европы, несут свои воды с больших гор. Еще в средние века западноевропейские географы и картографы полагали, что в северной части Восточной Европы находится протянувшийся в широтном направлении горный хребет, откуда берут начало большие реки, впадающие в Черное и Каспийское моря» [С. 117]. «.На его карте (Птоломея. — Е. М.) к северу от территории сарматских племен в широтном направлении помещены большие горные цепи, а на них — истоки Борисфена (Днепра), Танаиса (Дона), Ра (Волги) и др. В отличие от своих предшественников Птоломей уже знал о главном притоке Волги Каме и месте их слияния, но истоки обеих рек он вел с больших северных гор. Еще более примечательно само название современной Волги у Птоломея — “Ра”, связанное, как установлено учеными, с древнеиранским Раха. Согласно авестийской традиции, полумифическая река Раха течет с великих гор Хара. Следовательно, приведенные сведения Птоломея были основаны на данных, полученных от ираноязычных племен Юго-Восточной Европы» [С. 117].

Пусть читатели простят автора за столь неумеренное цитирование книги Г. М. Бон-гард-Левина и Э. А. Грантовского. Это не просто прихоть. Нам необходимо показать, что речь идет не о случайных наметках или предположениях древних источников, а о «постоянной и обязательной основе общеарийского “северного цикла” — великих горах, протянувшихся с востока на запад и расположенных к северу от территорий арийских племен» [С. 116], а также о том, что «.все великие земные реки текут со священных северных гор.» [С. 116].

Итак, речь идет о высочайших (до неба) недоступных для человека горах, протянувшихся в широтном направлении на севере Европы. С них текут великие реки — Волга, Кама, Днепр, Дон и др. С гор никогда не сходит снег. Оцепеневшие горы окутаны мглой, служат лишь образованию льда и не знают смены времен года. На подступах к горам постоянно падает снег. На этих горах находится жилище северного ветра (Борея), приносящего леденящий холод.

Все сказанное явно фантастично. Таких гор на севере Европы нет.

Северный океан. У Помпония Мела говорится, что по другую сторону Рипейских гор «лежит побережье, обращенное к северному океану» [С. 29]. «По ту сторону Рипейских гор, согласно античным авторам, находился великий Северный, или “Скифский”, океан, омывающий северные берега Европы. Иногда он назывался ледовым, замерзшим» [С. 31], «.по ту сторону Рипейских гор у их подножий — просторы великого океана» [С. 32].

«К северу от Меру простирается Северный океан, часто он называется Белым или Молочным» [С. 36]. «Индийские эпические сказания рассказывают о четырех океанах — Восточном, Южном, Западном и Северном. Из них первые три действительно были известны древним индийцам. Под ними они понимали Бенгальский залив, Индийский океан и Аравийское море. Представления же о четвертом — далеком Северном океане были туманными» [С. 38]. В «Махабхарате» один из героев Дурьодхана сообщает, что «. люди. не идут. к Северному океану, ибо никому он недоступен кроме птиц» [С. 38]. В «Махабхарате» говорится о том, что «на севере Молочного моря есть большой остров, известный под именем Шветадвипа (Белый остров). Он расположен к северу от Меру на тридцать две тысячи йоджан.» [С. 39]. Посреди древнеиранского моря Всурукаша — остров, где живут священные животные и растут удивительные растения [С. 53].

Согласно авестийской традиции «.у подножия Высокой Хара лежит огромное водное пространство — “море” “эрайа” по имени Воурукаша, т. е. “имеющее широкие заливы”. Оно. “могучее, прекрасных очертаний, глубокое, с далеко простирающимися водами”, волнуются его берега, и вздымаются Воурукаша от стремительно несущихся в него вод могучего потока Ардви, ниспадающих с великих золотых вершин Хары» [С. 53].

Подводя итог, можно совершенно определенно говорить о том, что древнеарийская (индийская, иранская, скифская) традиция помещает далеко на севере за Рипейскими-Меру-Хара горами обширное водное пространство — Великий, Северный, Скифский (иногда Белый или Молочный) океан или море.

Загадочная теплая страна на севере. Страна, которая хранит в себе загадку «полярных» представлений, находится на севере, между вершинами Рипейских гор и Северным океаном. Оказывается, она обладала теплым климатом, была свободна от холодных ветров и рождала обильные плоды. В рощах этой страны, где солнце всходит и заходит раз в год, обитал счастливый народ. Золотые пики Рипейских гор столь высоки, что достигают неба, за ними скрывается и из-за них появляется солнце, они касаются звезд и звезды вращаются вокруг них [С. 31].

В «Махабхарате» о той же стране сообщается следующее: «Здесь боги, асуры, киннары, гандхарвы, змеи», различные божественные существа, небесные нимфы. «Многочисленные хороводы апсар сюда слетались, всех обвевал благой ветерок, несущий всякие ароматы, приятный, чистый», «стаями дивных птиц Белая гора сияла. Там все сонмы богов и все божественные риши, как звуки музыки туч, как будущий океан, звучали» [С. 35].

В IV в. н. э. астроном и географ Варахамихира писал, что «гора Меру построена из золотых плит. Между ними поднялись деревья в обильном цвету, усыпанные благоухающими соцветиями». В золотых руслах текут там реки, и озера с золотым дном блестят, как луна. Из этих водоемов берут начало священные потоки, самые чистые и прозрачные, ибо их воды несутся над чистейшим золотом. Здесь лучшая из рек «небесная Ганга» — «дочь Мандары», источник всех вод земли. Отсюда направили боги великие потоки в мир людей [С. 36].

«Высоко над злом возвышается страна “вечного счастья”. Здесь не холодно и не жарко. Покрытая рощами и лесами, земля производит обильные плоды, повсюду стада антилоп и стаи птиц, все благоухает ароматами цветов» [С. 39]. «Северный склон Меру, побережье Молочного моря — таков “адрес” этой страны в “Махабхарате” и ряде других произведений древнеиндийской литературы» [С. 39].

«Севернее Рипейских гор», «за этими горами до другого моря» (т. е. до Северного моря), «по ту сторону Северного ветра, на побережье, обращенном к океану», «на краю земли» помещали «счастливый народ» — гипербореев Аристий, Дамаст, Гелланик, Геродот, Помпоний Мела, Плиний и др. [С. 40]. «Страна “блаженных” лежит далеко на севере, но имеет благодатный климат, свободна от вредных холодных и знойных ветров. Пригреваемая летним солнцем, земля дарит обильные плоды. Ее жители обитают в лесах и рощах» [С. 40].

В зороастрийской «Книге о творении» («Бундахишн») говорится о ста тысячах золотых каналов, по которым воды поступают в озеро на вершине Хары [С. 48]. Легендарный царь древних иранцев, правивший на заре истории, Йима молил богов о том, чтобы не было в его царстве «ни холода, ни зноя», «ни жаркого ветра, ни холодного», «ни холода, ни жажды» [С. 54]. Перед смертью Йима создал прекрасную обитель, «огороженную» от остального мира. Находилась она недалеко от Высокой Хары и моря Воурукаша [С. 5455]. Там «много собак и птиц и прекрасных пламенеющих огней», там текут чистые воды и произрастают золотистые луга. Там «.животные, самые большие и прекраснейшие, растения, самые высокие и благоухающие» [С. 55]. Именно в той стране, где Йима создал обитель блаженного народа, властвует «суровая зимняя стужа». «Эта страна — сердце зимы» [С. 55]. Но в той же суровой стране — священная обитель, где постоянно текут прекрасные воды, цветут вечнозеленые луга и благоухают высокие растения. И, наконец, в «блаженной» обители люди лишь раз в год видят «заходящее» и «восходящее» солнце [С. 55].

Мы рассмотрели четыре основных мотива древнеарийской традиции. Два из них — полярные явления и северный океан — звучат вполне реалистично. Два других — великие северные горы и блаженная обитель — на первый взгляд представляются фантастическими. Вместе с тем полярный мотив древнеарийской традиции столь очевиден, что просто отмахнуться от него нельзя. Очевидно, предки ариев каким-то образом получили информацию о полярных районах Земли. Так, А. Горбовский писал: «Следовательно, причина наступления холодов может быть связана с приближением точки, через которую проходит полюс, к месту первоначального обитания ариев» [1966. С. 80]. Это очень рискованная точка зрения. Она предполагает, что сравнительно недавно — в предыстории — могло существенно меняться положение географических полюсов Земли. Такими данными современная наука не располагает. Остается вернуться к гипотезе В. Тилака о том, что родина древних индийцев находилась на крайнем севере.

Попытаемся распутать этот клубок и обратимся сначала к великим северным горам. О чем же в действительности идет речь? Что за странная фантазия о высочайших, недоступных для человека, заледенелых горах с золотыми пиками, широтно-вытянутых на севере Европы и дающих начало основным рекам Русской равнины? Ларчик открывается просто. Даже школьнику известно, что северная часть Европейской равнины в четвертичный период неоднократно подвергалась нашествию ледников. Ледниковый покров представляет собой гигантский каравай с крутыми откосами и сположенной средней частью. На рис. 1 показаны границы распространения четырех ледниковых покровов Русской равнины. Для человека времен палеолита край ледникового покрова должен был представляться в виде высочайших гор, упирающихся в небо (точнее сливающихся с небом). Напомним в связи с этим, что ледниковые покровы очень быстро набирают высоту, достигая на расстоянии 100-200 км мощности в 1000-2000 м. В центральной части покров мог достигать мощности в 3000 м. Край покровного ледника мог быть достаточно расчлененным и казаться поэтому совершенно недоступным. Кто бывал на ледниках, знает, что под лучами солнца пики, укутанные снегом и фирном, отливают золотом. С ледникового покрова действительно брали начало крупнейшие реки Восточной Европы.

На рис. 1 (врезка) помещена упрощенная выкопировка части карты к «Географии» Птоломея, изданной в Риме в 1490 г. Уже говорилось о том, что на его карте к северу от территории сарматских племен показаны протянувшиеся в широтном направлении большие горные цепи. Эти горы Птоломей именует Гиперборейскими. Мы попытались совместить примерное положение этих гор с границами четырех ледниковых покровов] (см. рис. 1). Как видим, картина получилась достаточно определенная. Конечно, наивно было бы пытаться отождествлять Гиперборейские (Меру-Хара-Рипейские) горы с конкретной границей какого-либо из четырех ледниковий. Но достаточно отчетливо проступает принципиальное

совпадение местоположения этих гор с краевой зоной четвертичных оледенений Восточной Европы. Конечно, в древнеарийской традиции, скорее всего, подразумевался край последнего Валдайского ледникового покрова (хотя бы потому, что хронологически он был самым молодым).

Рис. 1. Совмещение легендарных гиперборейских (Меру-Хара-Рипейских) гор с краевыми зонами четырех европейских покровных ледников (Ока-Эль-Стер, Днепр-Заале, Москва-Варта, Валдай-Висла). Примерное простирание Гиперборейских гор.

На врезке: часть карты к «Географии» Птоломея, изданной в Риме в 1490 г. (схематично)

Теперь общая панорама, создаваемая древнеарийской традицией, приобретает четкие контуры. На севере Европы протянулись недоступные ледяные горы (т. е. ледяной покров), за ними находится океан (т. е. Ледовитый океан), природа приобретает там арктические черты. Поэтому трудно согласиться с Д. и К. Имбри в том, что «мир каменного века был вскоре забыт» [1988]. Память палеолита оказалась достаточно устойчивой, особенно если вспомнить, что Валдайский ледник достиг своего максимального развития 19000 лет назад.

Остался пока необъясненным последний мотив традиции — о блаженной стране. Он представляется наиболее фантастичным. Ведь действительно трудно допустить, чтобы к северу от Европейского ледяного щита в суровых условиях полностью замерзшей Арктики была теплая страна, покрытая пышной растительностью. Даже предположение подобного рода кажется чистейшим абсурдом. Чтобы попытаться разобраться с этим вопросом, необходимо сделать короткий экскурс в область палеогеографии четвертичного периода.

Всем хорошо известно, что во время четвертичного периода Земля неоднократно подвергалась экспансии ледников. Безусловно доказанными являются четыре ледниковые эпохи — Ока, Днепр, Москва и Валдай, разделенные межледниковыми эпохами. Мы живем во время современной межледниковой эпохи, наступившей после окончания Валдайского оледенения. Само Валдайское оледенение продолжалось примерно 16000-17000 лет. Началось несколько ранее 24000 лет назад, а окончательное исчезновение ледника относят к 7000-8000 лет назад. Сокращение ледника носило возвратно-поступательный стадиальный характер. Всего насчитывается не менее 7 стадий сокращения ледника, во время которых происходило образование конечных морен, т. е. валообразных возвышенностей, насыпанных ледником у своего края. Последняя стадия получила наименование финской. Конечные морены этой стадии вытянуты вдоль северного побережья Финского залива. Откладывались они 10000-11000 лет назад. Это было последнее значительное наступление ледника, после которого ледниковый покров стал стремительно распадаться.

Палеогеографии четвертичного периода посвящены десятки тысяч работ. Но за 100-150 лет существования этой науки так и не удалось получить ясные ответы на коренные вопросы четвертичного периода: во-первых, какова его причинность и, во-вторых, какова его продолжительность. Достаточно сказать, что одни определяют последнюю в несколько сотен тысяч лет, а другие в несколько миллионов лет. Причины, вызвавшие в жизни четвертичное оледенение, видят и на земле и в космическом пространстве. Одна из точек зрения — та самая, которую разделяет сам автор,— связывает причинность ледниковых явлений на Земле с ритмами, проявляющимися прежде всего в пульсационных изменениях объема нашей планеты. При расширении климат Земли становится холоднее и суше, при сжатии — теплее и влажнее. Основным ритмом, регулирующим чередование ледниковых и межледниковых эпох внутри четвертичного периода, является 40700-летний ритм [Максимов, 1972]. На рис. 2 показана упрощенная модель этого ритма. Изменение температуры на Земле определяется пульсациями Солнца и, как следствие, изменением его светимости, пульсации Земли определяют ход увлажненности.

Пульсации Земли сопровождаются еще одним крайне интересным эффектом. Сжатие Земли вызывает ускорение ее вращения вокруг оси, расширение, наоборот, сопровождается замедлением вращения. Напомним читателю, что из-за суточного вращения Земля сплюснута у полюсов и более выпукла вдоль экватора. Мера сплюснотости планеты определяется скоростью вращения Земли вокруг своей оси. Напомним также, что из-за суточного вращения Земли любое тело, горизонтально двигающееся в северном полушарии, отклоняется право, а в южном — влево. Мера этого отклонения также определяется скоростью вращения Земли, ее можно представить в виде следующей схемы.

Расширение Земли

Сжатие Земли

Уменьшение скорости вращения

Увеличение скорости вращения

Уменьшение сплюснутости фигуры Земли

Увеличение сплуснутости фигуры Земли

Смещение водных и воздушных масс в направлении высоких широт

Смещение водных и воздушных масс в направлении низких широт

Отклонение воздушных потоков и морских течений в северном полушарии влево, а в южном вправо (относительно их современного направления)

Отклонение воздушных потоков и морских течений в северном полушарии вправо, а в южном влево (относительно их современного направления)

В умеренных широтах громадную роль играет так называемый западный перенос воздушных масс. Он формируется следующим образом. Воздушные течения, идущие от субтропических максимумов к поясу пониженного давления умеренных широт, отклоняются в северном полушарии вправо, а в южном влево, что в общих случаях приводит к преобладанию западной составляющей. Особую роль западный перенос играет для Европы, где он выступает в качестве потока теплого и влажного океанического воздуха, направляющегося с запада на восток, т. е. со стороны Атлантического океана в сторону Европы. В зимнее время за счет большого перепада атмосферного давления он выражен сильнее, чем в летнее время.

Посмотрим снова на рис. 2. В 1 и 2 четвертях 40700-летнего ритма на Земле преобладают холодные условия. Значит, в это время западный перенос выражен значительно сильнее, чем теперь. Кроме того, и это самое главное, в 1 и 2 четвертях Земля испытывает расширение, скорость ее вращения будет уменьшаться, также будет уменьшаться отклоняющий эффект и западный перенос получит значительную северную составляющую, т. е. будет направлен не с запада на восток, а с юго-запада на северо-восток. В результате поток влажного и теплого воздуха устремится не столько в сторону Скандинавии и прилегающих к ней районов Арктики. Иными словами, мы приходим к парадоксальному выводу: в холодную половину 40700-летнего ритма европейские арктические районы должны были не охлаждаться, а утепляться. Во всяком случае, арктические районы во время ледниковых эпох не должны были быть холоднее, чем в наше время. Это положение подтверждается новейшими исследованиями. Сейчас можно считать доказанным, что на протяжении последних 40000 лет (т. е. и во время последней ледниковой эпохи) органическая жизнь на островах, побережьях, на дне арктических морей не прекращалась [Данилов, 1983]. Таким образом, гипотеза циркумполярного замерзания Арктики, о которой говорилось в начале работы, оказалась явно несостоятельной. Однако все сказанное не может служить доказательством существования теплой страны (т. е. «блаженной родины ариев») в арктических районах.

влажно

Рис. 2. Модель 40700-летнего ритма:

1 — ходтеплообеспеченности (температур воздуха); 2 — ход увлажненности (количества выпадающих осадков); 3 — время существования Валдайского покровного ледника

Возникновение такой страны (если, конечно, она вообще существовала), очевидно, связано с какими-то совершенно исключительными обстоятельствами. И вот такие обстоятельства как будто бы нашлись. Еще раз посмотрим на рис. 2. На нем хорошо видно, что во время расширенного состояния Земли возникал ледниковый покров. Значит, на пути западного переноса, повернувшегося в северо-восточную сторону, появлялся ледниковый щит мощностью в 2-3 км. (рис. 3). Теплый и влажный морской воздух, поднимаясь по склону ледникового щита, охлаждался и выделял громадное количество осадков. Перевалив через покров, он должен был попасть в Баренцевоморский сектор Арктики. Как пишет С. В. Калесник: «Если воздушная масса поднялась на известную высоту, стала насыщенной, поднялась на некоторую дополнительную высоту после насыщения, а затем опустилась обратно к поверхности Земли, то, очевидно, что температура ее будет той, какую она имела в начале подъема» [Калесник, 1955. С. 73]. Поясним это положение некоторым приблизительным расчетом. Примем, что в годовом цикле западный перенос у поверхности Земли подходил к покровному леднику со средней температурой +3 °С. Пусть насыщение воздуха водяным паром происходило на высоте 500 м. Известно, что пока насыщение воздуха не достигнуто, его охлаждение равно 1° на 100 м. Значит, на высоте 500 м температура западного переноса опустится с +3 до -2 °С. После достижения насыщения градиент охлаждения уменьшится до величины 0,5° на 100 м. Тогда при высоте покрова в 2000-3000 м охлаждение воздуха при подъеме от 500 м и до верха покрова должно было составить 7,5-12,5 °С, т. е. температура воздуха суммарно должна была понизиться до -9,5...-14,5 °С. Известно также, что нагревание опускающегося воздуха составляет 1° на 100м. Спускаясь с высот 2000-3000 м к уровню моря, он должен нагреться на 20-30°. В этом случае на побережье Баренцевого моря среднегодовые температуры воздуха могли составлять +10,5...+15,5 °С. Такая годовая температура в наше время наблюдается на 40-45° с. ш., т. е. к примеру в южных районах Европы.

Рис. 3. Положение «блаженной» родины ариев:

1 — Валдайский ледниковый покров; 2— современное направление западного переноса; 3 — примерное направление западного переноса во время ледниковых эпох; 4 — теплая страна.

Приведенный расчет, конечно, носит очень приближенный характер. Возможно, величины были несколько иными. Но важно другое — это то, что во время существования ледникового периода в субарктических районах Европы действительно могла существовать теплая или умеренно теплая страна.

У читателя естественно может возникнуть вопрос: «Возможно ли такое?» Со всей определенностью надо сказать, что существование такой страны доказанным считать нельзя. В нашем распоряжении, помимо чисто теоретических построений, имеется только один факт, говорящий в пользу реальности этой страны. Для того чтобы его понять, снова придется обратиться к чисто научному материалу. Известно, что пыльца и споры растений могут длительное время, исчисляемое сотнями, тысячами и даже миллионами лет, сохраняться в земле. На этом их свойстве основан так называемый спорово-пыльцевой или палеонтологический, метод изучения рыхлых отложений. Суть его заключается в том, что в отобранных из грунта образцах лабораторным путем определяется содержание пыльцы и спор тех или иных растений. Представим себе, что где-нибудь в условиях Северо-Запада РСФСР из некоторого шурфа или обнажения послойно были отобраны образцы. Верхний из них отражает современные условия — в нем много пыльцы ели, сосны, березы и других привычных нам растений. В образцах, отобранных на некоторой глубине, в значительном количестве обнаружена пыльца широколиственных пород — дуба, клена, вяза, липы и др. Это значит, что в то время, когда были отложены слои, из которых отбирались образцы, было существенно теплее, чем теперь, и произрастали не современные хвойно-мелколиственные таежные леса, а более теплолюбивые хвойно-широколист-венные леса. Зная экологические условия существования тех или иных пород деревьев, можно с некоторым приближением судить о том, на сколько градусов тогда было теплее, чем теперь.

В спорово-пыльцевой лаборатории Санкт-Петербургского государственного университета анализировались образцы, отобранные из донных осадков южной части Баренцева моря — с Мурманского мелководья у западного побережья Кольского п-ова, вблизи п-ова Канин и в ?

Другие работы в данной теме:
Научтруд |