Научтруд
Войти

Этническая и культурная идентичность дунган в полиэтнической среде

Автор: указан в статье

ФИЛОСОФИЯ, ПОЛИТОЛОГИЯ, КУЛЬТУРОЛОГИЯ

УДК 39 + 008(574)

ЭТНИЧЕСКАЯ И КУЛЬТУРНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ ДУНГАН В ПОЛИЭТНИЧЕСКОЙ СРЕДЕ

В.Г. Лю

Бишкекский государственный университет, Кыргызстан

Рассмотрены национально-этнические особенности общности дунган как одной из наций, составляющих народ республики Кыргызстан, их история, культура, национальные традиции.

Современный Кыргызстан является родиной для многих национальноэтнических общностей. Благодаря политике государства, направленной на обеспечение межнационального согласия, каждая из национально-этнических общностей, в той или иной степени сохранившая традиционные корни, имеет реальные возможности прогрессивного развития.

По отношению к нацменьшинствам принципиально важна государственная политика. Право на многообразие в развитии, в частности, в отношении к культуре, является великим завоевание народов. Еще древние греки стремились к гармонии, которую понимали как единство в многообразии. Позже право на многообразие в идеологии, теории, религии, культуре и, наконец, во взглядах и мнениях стало бесценным завоеванием демократии.

В части 3 статьи 15 Конституции КР провозглашено, что государство гарантирует равенство прав и свободу человека и гражданина независимо от пола, национальности, языка, вероисповедания, политических и религиозных убеждений. Статья 16 Конституции КР гласит, что в КР признаются и гарантируются основные права свободы человека в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами. Вместе с тем статья 5 Конституции закрепляет положение о том, что Кыргызская Республика гарантирует представителям всех национальностей, образующих народы Кыргызстана, право на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития.

В период социально-экономических и политических перемен в суверенном и независимом Кыргызстане возникла проблема, связанная с ростом интереса национально-этнических общностей и групп к собственным этнокультурным истокам. Этот интерес проявляется в том, что каждая из национально-этнических общностей стремится к возрождению своей самобытной культуры. Ярким свидетельством этого является рост национального самосознания и национального единения, направленные на мобилизацию этнического потенциала и образования общественных объединений и обществ.

В этом аспекте среди многонационального народа Кыргызстана объектом научного интереса и исследования, наряду с другими этносами, является национально-этническая общность дунган. Дунгане в связи с политическими, социально-экономическими и другими обстоятельствами оказались на территории Кыргызстана и других регионов царской России в конце XIX века.

Важным историческим следствием двухэтапного перехода дунганских беженцев во владения Российской империи (1877-1878гг. и 1881-1883 гг.) на земли современных Кыргызстана и Казахстана было основание там дунганских сёл (в отдельных волостях), городских слободок и кварталов в уездных городах Туркестанского края. Причем переход дунган на подвластные царской России территории на двух этапах осуществлялся тремя большими

группами (каждая из них составляла более тысячи человек, в основном, семьями, в среднем по 5 душ), но разновременно и в разных местах китайско-российской границы.

Примечательно и то, что столь нелёгкое судьбоносное решение о переходе в другое подданство для всей массы и каждого из дунганских беженцев-переселенцев было вынужденно-добровольным, как ни парадоксально это может показаться на первый взгляд. Так, на первом этапе все три группы дунганских переселенцев из китайских провинций Ганьсу и Шэньси составляли остатки разрозненных отрядов повстанцев, боровшихся против гнёта маньчжуро-цинской династии и потерпевших поражение. Один из отрядов возглавлял признанный народный герой дунганского восстания Бай Янь-ху, к которому при отступлении в Кашгарию примыкали восставшие предводители мелких повстанческих отрядов. Вместе с ними уходили и мирные жители - семьи повстанцев, соседи и земляки, бегством спасаясь от поголовного истребления всех дунган, в том числе женщин, детей и стариков. Другой альтернативы для них не было: либо остаться в Синьцзяне, погибнув в неравном бою с превосходящими их армейскими частями карательных войск, беспощадно истреблявших в районах восстания не только пленных, но и мирных дунган, либо уходить всем в соседнюю страну, населённую, в основном, их единоверцами. Это особенно чётко осознавал Бай Янь-ху, когда военное счастье отвернулось от восставших.

Казалось бы, столь жёсткая альтернатива не стояла перед дунганами, уйгурами и другими жителями некитайского происхождения Илийского (Кульджинского) края на втором этапе переселения в начале 80-х годов XIX в., составивших вторую волну переселенцев в Семиречье и соседние регионы. Ведь по условиям Петербургского договора 1881 г. между Россией и Китаем они могли оставаться в подданстве Цинской династии, либо, приняв российское подданство, переселиться на земли соседнего государства (т.е. России). Однако илийские дунгане и уйгуры были так напуганы ужасающей резнёй, учинённой карателями после оставления повстанцами городов Манас и Кашгар и издевательствами над их земляками, что многие из них сделали свой безоговорочный выбор в пользу переселения вслед за их соотечественниками, вынужденно решившихся на это ещё в 1877-1878 гг.

Как уже отмечалось выше, указанные обстоятельства во многом предопределили места временного пребывания дунганских переселенцев, а также постоянного оседания части из них в среднеазиатско-казахстанском регионе. К сказанному выше следует ещё добавить, что российские власти в Туркестане не были готовы к принятию и устройству столь неожиданно прибывшей и такой значительной массы переселенцев из соседнего государства. К тому же здесь фактически не было свободных для земледелия земель, обеспеченных водными источниками.

И всё же Российское государство и его туркестанская администрация, а также кыргызское, казахское и узбекское население и переселенческое российское крестьянство приняли этих обездоленных пришельцев, не выдав ни Бай Янь-ху, ни других предводителей восставших дунган на расправу цинской военщине, несмотря на угрожающие требования маньчжурских генералов, которые затем настойчиво поддерживали и китайские дипломаты в Петербурге1.

Отмечая далее места первоначального расселения дунганских переселенцев в Кыргызстане в 1877-1878 гг., нельзя сбрасывать со счёта и проявившиеся тогда ещё в Синьцзяне разногласия среди их военных и духовных лидеров между собой и с вождём дунганского восстания Бай Янь-ху. Это выразилось, с одной стороны, в попытках отделиться от возглавляемой им наиболее боеспособной группы повстанцев двух других крупных групп. С

1 Подробнее см. Сушанло, М. Дунганское восстание второй половины XIX в. и роль в нем Бай Яньху / М. Сушанло. -Фрунзе: Киргосиздат, 1959. -С. 105-115.

другой стороны, предводители мелких отрядов нередко заботились о своей личной выгоде также и в последующем, при выборе ими разных направлений достижения китайско-российской границы на её кыргызстанском участке.

Так, первая из этих трёх групп дунганских повстанцев и беженцев с большими потерями, преодолевая высокогорные снежные перевалы, в конце ноября 1877 г. во главе с Да Сы Фу добралась до уездного города Каракола.

Весной 1878 г. начальник Ошского уезда предложил дунганам, остановившимся в Оше, обосноваться и хозяйствовать на выделенном для них участке в так называемой Куршабской окраине - предгорной местности Алай-Гульчинской долины. Но земли оказались непригодными для земледелия, чем в Китае в большинстве занимались эти переселенцы, и они отказались перебраться туда. А в их просьбе отвести им участок в округе Оша уездные власти отказали, так как все пахотнопригодные и орошаемые земли здесь были уже давно заняты и освоены ошскими горожанами-земледельцами. На обращение дунган к имперским властям в Петербурге ответа они не дождались. Поскольку время весеннего посева было упущено, эти горемычные пришельцы остались без земельного надела. В том же году они расселились мелкими группами по городам и селениям Ферганской долины. Бедняки нанимались батраками к богатым землевладельцам, а оставшиеся в городе ремесленники и торговцы занимались разными ремёслами, устраивались в сферу услуг. Наиболее богатые из дунганских переселенцев покупали дома в старогородской части Оша и открывали торговые заведения.

В Нарын с нарочным поступили формальные условия принятия дунганами российского подданства, в том числе требование разоружиться, было дано разрешение перебраться в Токмак, где им выделялся участок для поселения и хозяйственной деятельности. Все эти тягостные дни и ночи дунгане ожидали своей участи, разбив палаточный городок у стен Нарына, обогреваясь у костров, на которых варили жалкое подобие пищи. Но главное -они впервые почувствовали себя свободными от страха перед внешней опасностью, а впереди маячила надежда на мирную жизнь... Бай Янь-ху первым разоружился, посчитав предъявленные условия приемлемыми, не затрагивавшими чести и достоинства. Его примеру последовали другие, они поспешили снова в дорогу, преодолеть которую до Токмака было не легче, чем добраться от Чакпака до Нарына. Впереди всех вновь шёл неутомимый Бай Янь-ху, чтобы предупредить токмакскую администрацию о следующих за ним из последних сил товарищах и соотечественниках.

Лишь через одиннадцать дней, 27 декабря 1877 г., Бай Янь-ху со своей группой добрались до уездного центра. Начальник Токмакского уезда разрешил им поселиться за Старым Токмаком (Эски Токмаком). Там было выставлено до сотни юрт, в которых разместились семьи с ранеными и больными, а те, кто был здоров, соорудили себе шалаши и выкопали землянки2. Весною 1878 г., осмотрев выделенный им маловодный земельный участок ниже почтовой дороги и южнее Токмака, в районе башни Бурана, Бай Янь-ху перебрался со своими сторонниками на правый казахстанский берег реки Чу в 8 км севернее Токмака - в урочище Каракунуз.

Со вторым этапом (1881-1883 гг.) переселения дунган на территорию современных суверенных государств Казахстан и Кыргызстан связано основание здесь, в бывшей Семиреченской области, их городских слободок и новых селений. Как и на первом этапе переселения (1877-1878 гг.), оно происходило (хотя и в других исторических условиях) так же - тремя группами и в разные сроки. По своему социальному составу эти илийские переселенцы, как и их предшественники из провинций Ганьсу и Шэньси, были неоднородными: в первых двух группах, в основном, были представлены богатые и состоятельные эмигранты, а третья состояла из обедневших слоев.

2 Джон, A.A. Материальная культура дунган: поселение, усадьбы, жилище / A.A. Джон. -Фрунзе: Илим, 1986. - С. 6.

Относительно численности дунганских переселенцев в Кыргызстан и Казахстан в конце XIX века в литературе дореволюционного, советского и постсоветского периода приводятся различные данные. У разных авторов их численность вместе с уйгурами колеблется от 10 до 15 тыс. человек.

По архивно-статистическим и литературным материалам, собранным и проанализированным Н.Е.Бекмахановой, в конце XIX в. на территории современных государств Казахстан и Кыргызстан проживало 4082 дунганина, а по переписи 1897г. их насчитывалось уже 15976 человек, большинство из них проживало в сельской местности3. Последние данные представляются нам наиболее достоверными.

Из вышеизложенного следуют краткие выводы. Добровольное переселение дунган, спасавшихся от карательных операций циньской армии и физического истребления на территории современного Кыргызстана, Казахстана и Узбекистана во второй половине XIX века, имело важное историческое значение для дунганского народа, который обрел здесь вторую родину. Благодаря своему трудолюбию и предприимчивости, а также поддержке и помощи русского, киргизского, казахского и других народов Туркестанского края, дунгане за короткий срок обосновали собственные поселения, мечети, организовали сельскохозяйственное производство, развивали ремесло и торговлю. Основной деятельностью дунган являлось земледелие. Они выращивали новые культуры, такие, как байцай (китайская капуста), лук, чеснок, стручковый перец, баклажаны, редька, морковь, анис, кольраби, тыква, огурцы, сельдерей (пинцай), цзюцай, а также бахчевые культуры. Дунгане освоили и оросили значительные земли в Пишпекском уезде, было основано селение Милянфан, что в переводе на русский язык означает «Рисовая долина», а также селение Александровка, где компактно проживает, в основном, дунганское население.

Образование дунганских поселений, городских слободок и кварталов теснейшим образом связано с их переселением в пределы Российской империи, на её колониальные окраины - в Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан. Так, если на первом этапе переселения дунган в 1877-1878 гг. были основаны их первые поселения в Кыргызстане и единственное в Казахстане (с. Каракунуз, ныне с. Масанчи), то в результате второго этапа поселения дунган возникли не только в сельской местности, но образовались и городские слободки (Дунгановка), и отдельные кварталы городов в Кыргызстане и Казахстане. Как на местах их исхода - на северо-западе Китайской империи, - большинство переселенцев на новых местах их расселения оседали в сельской местности, и лишь незначительная часть - в городах. В первые десятилетия своего проживания дунгане стремились держаться особняком, дистанцировались от окружающего их коренного населения - кыргызов, казахов, узбеков и русских переселенцев. Но приспосабливаясь к местной экономике в городах и селах, они интегрировались в хозяйственную сферу на местах. В дунганском обществе, в общинах сохранилось сильное влияние исламского духовенства, как и ранее в Китае.

Большинство дунган проживало и проживает в КНР, там их называют «хуэй». Общая численность хуэй определялась по-разному: одни полагали, что в Китае проживало 30-40 млн, другие - 4-6 млн. Незначительное число дунган живет в странах Юго-Восточной Азии: Бирме, Малайзии, Индонезии, Сингапуре, Лаосе, Кампучии. Среднеазиатские дунгане - это потомки участников восстания в Северо-западном Китае 1862-1877 гг., известного в истории как дунганское. В результате переселения дунган на территорию тогдашней России в Семиреченской, Сыр-Дарьинской и Ферганской областях образовался ряд их селений: Каракунуз (Николаевское), Шор-Тюбе,

3 Бекмаханова, Н.Е. Многонациональное население Казахстана и Киргизии в эпоху империализма / Н.Е. Бекмаханова. - Москва: Наука, 1986. - С. 147.

Александровка (Сокулук), Ирдык (Мариинское), Кызыл - Цжигада, Санлык, Джалпак-Тюбе и другие. А затем и в городах Семиреченской области -Верном (Алма-Аты), Пишпеке (Бишкеке), Джаркенте (Панфилове), Токмаке -возникли слободки и целые кварталы с дунганским населением. В целом дунган в те годы в России насчитывалось около 10 тыс. человек. В настоящее время география их расселения намного расширилась: местами компактного проживания дунган стали также села Милянфан, Хунчи, Ивановка, Дружба, Кен-Булун, Искра, Мичурин, Садовое, Кишмиши, Бай Яньху и города Джамбыл, Каракол, Балыкчи, Нарын, Ташкент. По данным переписи населения 1989 года, в бывшем СССР проживало около 70 тыс. дунган. По переписи населения 1999 года, в Кыргызстане проживает 51,8 тыс. дунган. Однако абсолютное большинство хуэйцзу (дунган) проживает на территории КНР, включая Тайвань и Сянган (Гонконг). Численность дунганского населения КНР,по результатам IV Всекитайской переписи населения, проведенной 1 июля 1990 г., составило 8696 тыс. человек.

В Милянфане Кантского района Кыргызской Республики более 470 семей хозяйствуют сегодня самостоятельно. Действуют и три коллективных крестьянских хозяйства. Тенденция к объединению усиливается: совместно гораздо проще решить многие проблемы, в том числе и связанные с нехваткой техники. С ностальгией о знаменитом когда-то здешнем колхозе вспоминают многие. К примеру, молочный комплекс хозяйства, рассчитанный почти на 4 тыс. голов крупного рогатого скота, был образцово-показательным. Возродить животноводство сегодня пытается недавно организованный сельхозкооператив им. Фрунзе. В селе Милянфан совместно с китайскими предпринимателями успешно налажен выпуск жженого кирпича. Это единственный подобный цех в Ыссык-Атинском районе. Судя по высокому спросу, потребителей удовлетворяет и качество продукции.

На территории Александровки и села Сокулук проживает 14 тыс. человек, из них 8 тыс. взрослого населения. Управа имеет 7873 га пашни. Здесь образовано 550 крестьянских хозяйств. Имеется 140 предприятий малого и среднего бизнеса. Труженики Александровской управы, в основном, специализируются на земледелии. Особая статья здесь - сбыт готовой продукции. Если переработка зерна сравнительно налажена (есть мельница, мини-предприятие по производству макаронных изделий), то со сбытом овощей значительно труднее. Несколько бригад вывозят продукцию в Алма-Аты и в Москву.

Многие городские дунгане занимались торговлей и предпринимательской деятельностью. И все же более чем 120 лет земледелие остается основным видом деятельности дунганского населения.

Переселившиеся дунгане принесли с собой и своеобразную культуру, резко отличавшуюся от культуры среднеазиатских народов. Хозяйство, бытовой уклад, семейно-брачные отношения у дунган имели свои отличительные черты, особенности по сравнению с бытом и традициями среднеазиатских народов. Дунганские селения отличались от киргизских аулов, узбекских кишлаков, русских поселений как планировкой, так и проектами жилых домов, хозяйственных зданий. Так, в планировке селения соблюдается традиционный квадрат (фон) с прямыми улицами. На каждом углу фона строился дом и хозяйственные постройки дунганского типа. По словам дунганских стариков из селения Милянфан и Александровка, традиционный фон имел размеры 150x150 м.

Дунганский двор состоял из двух частей: внутренней (ли иуанзы) и внешней (еэ иуанз). К внутренней части относились жилые и подсобные помещения, а внешним двором считался приусадебный участок - огород. Внутренний двор отделялся от внешнего высокими глинобитными дувалами или же камышовыми щитами. Это особенно относится к токмакской группе дунган (шэньсийцам). Стремление скрыть жизнь дунганской семьи имеет много общего с обычаями народов Средней Азии.

В каждой дунганской усадьбе имелся цветник (хуартянзы), украшавший двор. Кроме цветника, вдоль террасы (тэянзы) широкой полосой также рассаживали цветы или хмель. Но в большинстве случаев в дунганских домах вдоль тэянзы высаживали тыкву-горлянку (фи хулу). Хмель и тыква-горлянка вьются по специально приспособленной камышовой загородке (хуарчензы).

Цветник (хуартянзы) обычно находится в центре двора, он имеет прямоугольную форму, со всех сторон огорожен плетеной камышовой стенкой ромбовидной формы высотой не более метра. Ее изготавливают из очищенного и ровного камыша. Из трех камышин делают пучок, их укрепляют по краям цветника на расстоянии одной четверти (низа), а потом один камыш направляют вверх, другой - вправо по диагонали, третий - влево по диагонали, концы их укрепляют шнурами или же ивовой веткой. Камышовые загородки (хуарчензы) служат, с одной стороны, украшением, а с другой -защитой цветника от домашних птиц. Дунганский дом обычно представлял двух-трехкомнатное отдельное жилище (йи жян фон), служившее одной семье. Эти комнаты не сообщались между собой, а имели выход во двор или крытую галерею (тэянзы). Дунганский дом имел также кифон — гостевую комнату, фифон — спальню и хуэфон — кухню. Такой тип дома был у состоятельных дунган в сельской местности, а также у горожан. А большинство дунганских крестьян ютились в однокомнатной камере (йижян фон).

По словам дунганских стариков, в Милянфане, Александровке, Токмаке их постройки имели двухпокатые и однопокатые крыши, прямые террасы, отдельные комнаты с лежанкой (коном) посреди комнаты.

В каждом дунганском селе и городских слободках Семиречья были мастера-строители, руками которых создано множество жилых домов и культурных построек - мечетей. Это столяры и плотники (мужён): Бар, Сусузы, Мумузы, Хахазы и другие.

Дунганская национальная пища как элемент бытовой культуры появилась в Семиречье вместе с их переселением из Китая в 70-80-х годах XIX века. На протяжении долгого времени, находясь в большем или меньшем взаимодействии с национальной пищей своих ближайших и отдаленных соседей, дунганская кухня не могла не заимствовать некоторые ее элементы, потому в их национальной кухне сложились сходные явления с кухней соседних народов. Например, дунгане раньше вообще не употребляли молоко и молочные продукты, а сегодня этот ценный продукт потребляется почти ежедневно.

В каждом селе и в дунганских городских слободках Семиречья были столовые (гуанзы) с национальными блюдами. Кроме больших столовых (да гианзы), существовали десятки малых столовых (щё гуанзы) по типу закусочных. Они специализировались только по продаже определенных изделий из муки, мяса и сбоев овец и коров, а также полуфабрикатов и кондитерских изделий. Так, в Джаркенте, Верном, Токмаке, Александровке существовали специальные лавки по продаже национального уксуса из пшеничных отрубей (¡/у). сбоев (засуй), слоеных лепешек (су мэмэ), дунганских мант (тон зунзы) из риса с арбузным медом, жареного крахмала с бараньей печенью (юцофан) и др.

У дунган пища была разнообразной, в ней мучные и мясные блюда сочетались с овощами. В дунганской кухне широко используется большое количество маринованных и квашеных овощей. В различное время года в пище дунган преобладают определенные виды овощей. У среднеазиатских дунган пища более чем на 70 % состоит из овощей. Так, ранней весной в пищу идут бэцэ (шпинат), жюцэ (черемша), чинцэ (сельдерей), цун (ранний лук), фшуэбузы (ранняя редиска) и др. Летом употребляют различные виды зеленого перца, огурцы дунганские длинные (щян хуонгуа), баклажаны, позднюю редиску (жуйбазы луэбу) и бантузы луэбу (лук). Каждый дунганин отводит место для посева дунганских дынь (лигуазы), по форме

напоминающих обычные огурцы. В большом количестве дунгане употребляют бобы и горох. Из них приготавливают много блюд, особенно из крахмала гороха. Как и народы Средней Азии и Казахстана, дунгане употребляют много мяса и считают его ценным продуктом. Излюбленным мясом считается баранина (ёнжу), а затем - говядина (можу). Для приготовления праздничных или традиционных блюд широко и в большом количестве используют мясо домашней птицы.

Дунганские переселенцы принесли с собой национальные формы мужского и женского одеяния, которые резко отличались от одежды местных жителей Семиречья. Вся дунганская традиционная одежда делилась на три группы: летняя, демисезонная (весенне-осенняя) и зимняя. Она отличалась простотой и некоторой схожестью мужского и женского костюма: штаны, однобортная и двубортная одежда, выходная верхняя одежда. В первые годы жизни в Семиречье дунгане-мужчины ходили в маньчжурском одеянии и носили косу. Сохранение такого одеяния диктовалось изолированностью и компактностью проживания дунган в Семиреченской области. Однако со временем дунгане, особенно мужчины, стали подражать местным тюркским народам.

Штаны шьют из материала синего и черного цветов без карманов, с широким шагом, в талии очень широкие. Держатся они при помощи кушака (ку ё дэзы), продетого через опояску (ку ё) по верхнему краю штанины. Книзу они сужаются, и штанины доходят до щиколотки. Летние штаны (дачку) шьют из хлопчатобумажной ткани белого, синего и серого цветов, а весенне-осенние (жяку) - черного и синего цветов на подкладке.

Национальная одежда дунганок часто вызывала восхищение местных жителей Семиречья. Особенно красочна одежда дунганской невесты. Шелковый вышитый халат (нор), штаны (куза), вышитые носки (хуа вазы), вышитые туфли (хуа хэ) в сочетании со своеобразной прической с цветами выглядят особенно нарядно. В отличие от женщин местных национальностей (узбечек, таджичек, туркменок), дунганки-невесты не закрывают лица. Они оставляют голову открытой, только в руках держат парчовый или кашемировый платок обязательно красного цвета (цвета радости и счастья), необходимый атрибут при поклоне старшим.

У дунганской женщины, как и у женщин местных национальностей, имеется парадная, выходная и повседневная одежда. Выходную одежду шьют из шелка, а повседневную - из хлопчатобумажных тканей.

Женская одежда, в о сновном, имеет сходный покрой с мужской, но отличается некоторыми деталями. Она состоит из нательной рубашки без рукавов (шъшжян санзы), плотно облегающей фигуру; верхней рубашки (санзы) с вышитым воротником и с прямым вертикальным разрезом спереди на груди; штанов, доходящих до щиколотки, край их оторочен широким вышитым кантом и специальными обмотками прибинтовывается к ноге; кофт (нор), короткой и длинной.

Дунгане не имели своей письменности. Незначительная часть их пользовалась иероглифической, арабской и русской письменностью. Обрели они ее сравнительно недавно.

В Кыргызской Республике наряду с другими национально-культурными Центрами создана Ассоциация дунган Кыргызстана. Эсен Жумазович Исмаилов с 1994 года возглавляет Ассоциацию дунган Кыргызской Республики. В период 1995-2000 гг. он был депутатом Собрания народных представителей Жогорку Кенеша (парламента Кыргызстана). Распоряжением правительства Кыргызской Республики от 21 октября 2002 года народный артист Кыргызской Республики Есен Исмаилов назначен генеральным директором Кыргызского национального академического ордена Ленина театра оперы и балета имени А. Малдабаева.

В Кыргызстане издается общественно-политическая газета Ассоциации дунган Кыргызской Республики «Хуэйминьбо», в которой печатаются статьи о жизни, культуре и быте дунганского народа (на русском и дунганском

языках), а также общественно-политический и художественнопублицистический журнал «Дунгане» - издается с 2001 года.

В национальной Академии наук КР вопросами дунгановедения занимаются научные сотрудники Отдела дунгановедения. С 1998 г. его возглавляет член-корреспондент М. X. Имазов. Национальной Академии Наук Кыргызской Республики и Отделу дунгановедения исполняется 50 лет, чему посвящена международная конференция «История, культура и быт дунган Центральной Азии». История дунган (хуэйцзу) сложилась таким образом, что они расселились в различных странах мира, тем не менее, им удалось сохранить свою уникальность (обычаи, язык, культуру, традиции и религию) и передавать это бесценное наследие из поколения в поколение.

В условиях рыночной экономики постсоветского периода некоторые дунгане стали предпринимателями и бизнесменами и успешно работают на благо народа Кыргызстана.

Несмотря на разбросанность их проживания в мире (абсолютное большинство хуэйцзу (дунган) проживает на территории КНР, включая Тайвань и Сянган (Гонконг), живут они также в странах Юго-Восточной Азии (Индонезии, Малайзии, Сингапуре, на Филиппинах и т.д.) и в Центральной Азии (в Казахстане, Кыргызстане, Узбекистане); дунганские диаспоры имеются в США, Канаде, Австралии, Саудовской Аравии, Пакистане и т.д.), дунгане сохранили свою самобытную культуру, язык, обычаи и религию. В крупных промышленных городах мира, где проживают дунганские диаспоры, созданы Ассоциации, которые издают газеты, где рассказывается о жизни и культуре дунганского народа. В Центральной Азии, в частности, в Кыргызстане, в сельской местности дунгане проживают компактно.

Другие работы в данной теме:
Научтруд |