Научтруд
Войти

РОЛЬ И МЕСТО ПОЛИТИКИ ПРОДРАЗВЕРСТКИ В НАСАЖДЕНИИ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ В РОССИЙСКОЙ ГЛУБИНКЕ (1918 начало 1919 г.)

Научный труд разместил:
Panteleymon
30 мая 2020
Автор: указан в статье

Иван ЧУКАНОВ, Александра ЧУКАНОВА

РОЛЬ И МЕСТО ПОЛИТИКИ ПРОДРАЗВЕРСТКИ В НАСАЖДЕНИИ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ В РОССИЙСКОЙ ГЛУБИНКЕ (1918 - НАЧАЛО 1919 г.)

Авторы статьи, опираясь на современные научные исследования, архивные документы, многие из которых впервые вводятся в научный оборот, доказывают, что именно в 1918 - начале 1919 г., используя политику продразверстки как предлог, партийные организации РКП(б) осуществили переворот на низовом уровне в сельской глубинке (на уровне уезда, волости, села).

The authors of the article, basing on the modern scientific researches and archival documents, which are not imposed into the wide scientific turn, prove that exactly in the 1918 - the beginning of 1919, using the policy of surplus-appropriation as a pretext, party organizations of RCP(b) carried out the revolt at the local level in the countryside (on the level of district, volost, village).

сельские Советы, продразверстка, продотряды, насилие, крестьянское самоуправление, крестьянские общества; village councils, surplus-appropriation system, food detachments, violence, peasant self-management, peasant societies.

ЧУКАНОВ

Иван

Альбертович — д.и.н., профессор; заведующий кафедрой регионоведения и международных отношений Ульяновского государственного университета chia58@rambler.ru

ЧУКАНОВА Александра Ивановна — студент-стажер управления научных исследований Ульяновского государственного университета leksch@yandex.ru

Современная реформа органов местного самоуправления заставляет обращаться к накопленному в России историческому опыту — ведь не секрет, что в настоящее время преобразования органов местного самоуправления давно назрели. Никогда работа местных сельских администраций не будет успешной, если вышестоящее руководство не будет учитывать интересы сельских жителей, строить работу с ними на демократической основе. В этой связи вызывает интерес опыт, накопленный органами советской власти в период Гражданской войны (1918—1920 гг.), по подчинению их интересов идеологическим интересам Коммунистической партии и Советского государства.

Проведенное нами исследование политики органов советской власти весной-летом 1918 г. показывает, что большинство уездов и волостей России, за редким исключением, в своей основной массе либо не поддерживали политику центральных и губернских органов советской власти, либо занимали нейтральную, выжидательную позицию.

Одним из показателей отношения сельских и волостных Советов к политике, проводимой органами советской власти, стал полный срыв продразверстки в губерниях Среднего Поволжья весной-летом 1918 г. Анализ, проведенный в ЦК РКП(б), показал, что хлебозаготовки весной 1918 г. были сорваны по нескольким причинам. Одной из них было то, что местные органы советской власти, на которых большевистское руководство надеялось, не справились с этой работой. Более того, наспех сформированные продотряды весной 1918 г. столкнулись с организованным сопротивлением подавляющего большинства крестьянской массы, которая вместе со своими сельсоветами выступила единым оппозиционным фронтом против попыток организовать неэквивалентные заготовки продовольствия, не предоставив ничего взамен.

После ухода из губерний Среднего Поволжья отрядов Комитета членов Учредительного собрания (Комуча), потерпевших военное поражение, власти приступили к организации властных переворотов на местном уровне. Вначале были большевизованы губернские властные структуры. В губерниях прошли массовые чистки и реор-

ганизации губернских властных структур (губисполкомов и губернских Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов). Весной 1918 г. их заполнили коммунисты и поддерживающие политику РКП(б) беспартийные. Одновременно из местных властных структур были удалены представители меньшевиков, левых эсеров, анархистов и других непролетарских политических партий. Подобные преобразования были проведены и в уездах. В результате губернские и уездные власти превратились в послушных проводников политики РКП(б), в т.ч. и кампании по продразверстке.

В течение лета 1918 г. большевикам удалось создать и вооружить централизованную систему продовольственных отрядов как главную ударную силу осуществления низовых властных переворотов. Именно с целью реализации задач по «подготовке деревни к повальной продразверстке» была организована работа по созданию системы централизованных продотрядов, т.е. центр, не надеясь уже на местные уборочно-реквизиционные отряды, от которых, как показала практика, толку было мало, стал создавать централизованную систему насильственных хлебозаготовок. Согласно приказу от 20 мая 1918 г. при Наркомпроде РСФСР было организовано специальное Управление главного комиссара и руководителя всех продотрядов во главе с Г.М. Зусмановичем, на которое возлагалась задача по их формированию, обучению и вооружению, направлению на места, контролю за их деятельностью1. Продармия создавалась на тех же основаниях, что и Красная армия, а продармей-цы занимались не только продовольственным, но и, в случае необходимости, военным делом2.

Так как продразверстку, другие массовые реквизиции и государственные грабежи типа «чрезвычайного революционного налога» планировалось осуществлять исключительно на основе вооруженного насилия, начиная с весны 1918 г. советское руководство стало готовиться к массовому применению вооруженной силы против своего собственного народа. То есть, низовой переворот на местном уровне большевистская власть планировала осуществить

1 Российский государственный архив экономики (далее РГАЭ), ф. 1943, оп. 1, д. 126, л. 36.
2 Декреты Советской власти. В 4 т. — М. : Госполитиздат, 1957—1968; т. 2, с. 307, 312.

исключительно с опорой на силу При этом идеологами большевизма массированное вооруженное насилие против крестьянства оправдывалось демагогическими утверждениями типа «выполнения революционного долга». Так, в телеграмме председателю Пензенского губернского Совета Минкину от 27 июня 1918 г. В. И. Ленин настоятельно рекомендовал приступить к немедленной агитации рабочих зачисляться в продовольственную армию при Пензенском Совдепе: «Реквизиция хлеба у кулаков — не грабеж, а революционный долг перед рабоче-крестьянскими массами, борющимися за социализм»3.

Система продовольственных отрядов, вместе с новыми боевыми командами правящего режима, превращается в чудовищную военно-политическую силу, своеобразные внутренние войска по выполнению любых, даже самых антигуманных распоряжений ЦК РКП(б). Это была мощная военно-политическая организация по проведению внутренней политики партии и решению ее идеологических задач. Советское руководство уделяет этому вопросу первостепенное внимание. В мае

1919 г. все вооруженные формирования, в т.ч. и продотряды, объединяются в особый корпус — Войска внутренней охраны республики (ВОХР), выросший к концу
1920 г. до 200 000 чел. Этим войскам поручалась охрана концентрационных лагерей, железнодорожных станций и других стратегических пунктов, они осуществляли реквизиции продовольствия и, разумеется, подавление крестьянских восстаний, вызванных этими реквизициями, рабочих волнений и мятежей в Красной армии. Специальные части ЧК и Войска внутренней охраны республики представляли собой мощный инструмент контроля и подавления, насилия и уничтожения4.

Решение проблемы замены оппозиционно настроенных органов крестьянского самоуправления и местной сельской власти — сельских Советов — на лояльные политическому режиму и разъединение сплоченной крестьянской массы на враждующие друг с другом социальные слои: зажиточных, средних и бедных крестьян было делом гораздо более сложным. Ведь против продовольственной политики большеви-

3 РГАЭ, ф. 1943, оп. 1, д. 299, л. 31.
4 Мельгунов С.П. Красный террор в России.
1918—1923. — 5-е изд. — Симферополь, 1989,

ков выступили не только сельские, но и уездные Советы и даже ряд местных прод-комов. Например, за отмену хлебной монополии и твердых цен на хлеб высказалось совещание губернской, городских и уездных продовольственных коллегий в Пензе. Отменили монополию на хлеб и объявили вольную торговлю Нижне-Ломовский, Чембарский и Керенский уездные Советы Пензенской губернии1, местные Советы других губерний.

Как известно, не вся территория Симбирской губернии находилась под властью Комуча, а только ее южная часть. Власти первым делом разогнали те сельские Советы, которые открыто поддержали власть Комуча. Это были волости, примыкающие к Симбирску, Сенгилею, Сызрани, Карсуну.

Справедливости ради можно сказать, что политика «обуздания» сельских Советов большевиками начала проводиться в целом по стране с мая 1918 г. Это было вызвано тем, что большинство их составов выступили категорически против предстоящей массовой и безвозмездной реквизиции продовольствия, стали в резкую оппозицию к большевикам. «Отчеты целого ряда съездов, как губернских съездов Советов, так и уездных, — говорил Я.М. Свердлов на заседании ВЦИК 20 мая 1918 г., — показывают, что в волостных Советах руководящая роль принадлежит кулацко-буржуазному элементу, который приклеивает тот или иной партийный ярлык, по преимуществу ярлык “левых” эсеров, и попытается входить в советские учреждения и через них осуществлять свои кулацкие интересы»2.

Многие уездные, волостные и сельские Советы приняли решения о нормированном изъятии продовольствия, но они быстро и достаточно жестко пресекались государством. В сентябре 1918 г. Карсунский уездный Совет Симбирской губернии принял решение об увеличении нормы хлеба на 1 едока в месяц до 1,5 пудов муки и 15 фунтов пшена, на 1 лошадь — 10 пудов муки, 5 пудов овса и на 1 корову — до 5 пудов муки. Решение уездного Совета поддержал Белоключевский волостной Совет и заявил, что готов выступить на воору-

1 Медведев Е.И. Крестьянство Среднего Поволжья в Октябрьской революции. — Куйбышев,
1970, с. 133.
2 Свердлов Я.М. Избранные статьи и речи. — М., 1939, с. 80.

женную защиту постановления. Однако вскоре в уезд был направлен московский продотряд во главе с Щербаковым, который повсеместно организовал комбеды, арестовал членов Карсунского Совета, а в каждую волость уезда для установления «спокойствия» были определены на постой от 35 до 60 продотрядовцев3.

Однако в губерниях Среднего Поволжья, в т.ч. и Симбирской, к «обузданию» сельских Советов власти приступили только после реставрации советской власти в полном объеме и падения правительства Комуча.

Одновременно, узурпировав в стране всю политическую власть, большевики развернули комплекс мероприятий, направленных на дискредитацию небольшевистских партий, удаление их представителей из властных структур, государственных учреждений. Практически все политические партии встали в оппозицию к большевикам, небезосновательно обвинив их в невыполнении обещаний «дать народу хлеб и мир». Большевики в ответ немедленно объявили их «врагами народа и пролетариата», разослав соответствующие письма во все партийные организации РКП(б), где требовали их считать «политическими врагами»4.

Таким образом, политика продразверстки выступала лишь предлогом, который позволил большевистской власти осуществить переворот на низовом уровне, подчинить коммунистическому влиянию местные органы власти, которые в своей основной массе были оппозиционными коммунистическом режиму. В октябре—ноябре 1918 г. большевики Среднего Поволжья завершили вытеснение из сельских и волостных Советов богатых крестьян, эсеров, левых эсеров, а также всех выступающих против грабительской политики путем роспуска и разгона, репрессий, что придало проведению продразверстки должный динамизм. Дальше была насильственная коллективизация 1929—1932 гг., организованный искусственный голод 1932—1933 гг., массовые репрессии, вылившиеся в геноцид собственного народа. Сельская, волостная и уездная власть превратилась в одну из опор правящего режима.

3 РГАЭ, ф. 1943, оп. 4, д. 494, л. 86—87, 94, 96.
4 Собрание узаконений и распоряжений РабочеКрестьянского Правительства. — М., 1918, № 43, ст. 524.
Научтруд |