Научтруд
Войти

Федераты Восточной римской империи на Черноморском побережье Кавказа и эволюция некрополя Цибилиум (II-VII вв. )

Научный труд разместил:
Malonius
30 мая 2020
Автор: указан в статье

УДК 903.57; 94(4951.01

ФЕДЕРАТЫ ВОСТОЧНОЙ РИМСКОЙ ИМПЕРИИ НА ЧЕРНОМОРСКОМ ПОБЕРЕЖЬЕ КАВКАЗА И ЭВОЛЮЦИЯ НЕКРОПОЛЯ ЦИБИЛИУМ НМЛ! ВВ.)1

Рассмотрена эволюция абхазского некрополя Цибилиум (М-УМ вв.), принадлежавшего апсилам. На материалах этого могильника показан характер отношений Империи и восточнопричерноморских варваров, процесс интеграции апсилов в сферу восточноримской военной политики. Известно, что с I в. н.э. восточный берег Черного моря был включен в сферу римского военно-политического господства, и территория Абхазии представляла собой ключевую стратегическую позицию. К середине II в. вдоль Черноморского побережья Кавказа существует цепь «царств-клиентов» Римской империи, которые осуществляли военный котроль над понтий-ской границей. В конце IV — начале V вв. письменные источники свидетельствуют о присутствии римских гарнизонов на абхазском побережье. Военно-политические контакты абхазских варваров с Империей хорошо иллюстрируются археологическими материалами некрополя Цибилиум. Предложена хронологическая схема этого могильника, состоящая из нескольких стадий с дробным делением на периоды. Даются характеристики каждого периода, прослежены отличия между ними, которые показывают, какие изменения претерпевала цебельдинская культура в течение времени под влиянием Восточно-Римской империи.

Известно, что с I в. н.э. восточный берег Черного моря был включен в сферу римского военно-политического господства. При этом территория Абхазии представляла собой ключевую стратегическую позицию (рис. 1). Во-первых, вдоль абхазского берега проходил хорошо описанный в периплах римского времени морской каботажный путь к Боспору Киммерийскому, а со времен Митридата Боспорское царство вызывало особый интерес римских стратегов. Во-вторых, из Абхазии через горные перевалы можно было установить контакт с могущественными сарматскими народами понто-кавказских степей, такими как аорсы или сираки, а затем аланы. Они очень интересовали Рим, особенно в контексте римско-боспорских отношений2.

Более поздние события византийско-сасанидских войн показали, что абхазский берег вполне мог быть пригодным для высадки и развертывания экспедиционного корпуса для дальнейшего продвижения на Иберию, часто становившуюся «яблоком раздора» между Римом и Ираном. Такую возможность наверняка могли предвидеть и римские полководцы.

Перипл Флавия Арриана3, совершившего в 132-133 гг. по заданию императора морскую поездку вдоль восточного побережья Черного моря, четко фиксирует военнополитическую ситуацию на территории Абхазии в 1-й пол. II в. Берег был защищен римской крепостью Себастополис (рис. 1), представлявшей крайнюю северную точку римского военного присутствия во II в. н.э. на кавказском берегу Черного моря.

Основные территории были заняты апсилами, управлявшимися царем Юлианом; абазгами царя Ресмага, которые занимали, по Арриану, территорию около Себастополи-са; санигами, руководимыми царем Спадагасом. Все перечисленные правители являлись вассалами Рима. Севернее, за рекой Ахеонтом (возможно, р. Сочи), находились земли зи-хов, у которых царствовал Стахемфакс, также ставленник Рима4 (рис. 1).

1 Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ/НЦНИ в рамках международного российско-французского проекта «НЦНИЛ_а», № 07-01-94б52а, 2007-2009, «Варварские королевства в центральной и южной части Восточной Европы в эпоху Великого переселения народов».
2 Щукин М.Б. На рубеже эр. СПб., 1994. С. 204-212.
3 Arrien, Periple du Pont-Euxin // Periple du Pont-Euxin / ed. A. Silberman. Paris, 1995. P. 11.
4 Arrien, Periple du Pont-Euxin, 18.

А.В. МАСТЫКОВА

Институт археологии РАН, г. Москва

amastyko va @ma il. ru

Таким образом, уже к середине II в. вдоль Черноморского побережья Кавказа существует цепь «царств-клиентов» Римской империи, которые, по всей видимости, осуществляли военный контроль понтийской границы. Эта система вассальных царств показала свою жизнеспособность, поскольку она пережила кризисную ситуацию 253275 гг., когда волны северных варваров (готы, бораны и др.) обрушились на римские владения на Черноморском побережье5.

После готских войн основным проводником римской политики в Западном Закавказье становится царство Лазика (Эгриси) (рис. 1), которому и подчиняются варварские царьки на территории Абхазии, а именно правители апсилов и мисимиан6. Верность этого царства империи была подтверждена в 362 г., когда к Юлиану Отступнику прибывает посольство жителей Фазиса, то есть лазов7. Зависимость Лазики от Империи усиливается со 2-й половины V в.8 По сообщениям авторов VI в., царь лазов при коронации получает регалии из Константинополя9, там же он выбирает себе и жену среди знатных сенаторских фамилий10. При дворе царя лазов были в ходу римские титулы, такие как тад1э1ег11.

В конце IV - начале V вв. ,гЫоШа Dignitatum" фиксирует прямое присутствие римских гарнизонов в крепостях на абхазском побережье12, что подтверждается и археологическими источниками13. В эпоху Юстиниана большое количество ветеранов византийской армии проживает среди абасгов14. Всё это лишний раз подчеркивает значение территории Абхазии в восточноримской военной политике. Такая ситуация сохраняется вплоть до арабского нашествия в конце VII в.15

Военно-политические контакты абхазских варваров с Империей иллюстрируются и археологическими источниками. Благодаря исследованиям Ю.Н. Воронова, в научный оборот был введен богатейший материал некрополя Цибилиум (ГЬеНа по Агафию)16, принадлежавшего древним апсилам (II-VII вв.)17.

При подготовке издания книги Ю.Н. Воронова на французском языке18, нами был проведен анализ этого материала, составивший отдельный том - приложение к публикации памятника19. При этом была предпринята попытка реконструировать эволюцию некрополя. Для датировки закрытых комплексов привлекалась хронология абхазских древностей, разработанная О.А. Гей и И.А. Бажаном20, модифицированная

5 Щукин М.Б. Готский путь. СПб., 2005. С. 134-151; Shchukin M., Kazanski M., Sharov O. Des Goths aux Huns. Le Nord de la mer Noire au Bas-Empire et a l&epoque des Grandes Migrations / BAR - Interantional Series 1535. Oxford, 2006. Р. 25-З6.
6 Martin-Hisard B. Continuite et changement dans le bassin oriental du Pont Euxin (IVe-Ve s.) // From Late Antiquitty to Early Byzantium. Proceedings of the Byzantinological symposium in the 16th International Eirene Conference. Prague, 1985. Р. 144, 145; Воронов Ю.Н. Колхида на рубеже средневековья. Сухум, 1998. С. 11-14.
7 Ammien Marcellin. Histoire / ed. J. Fontaine et alii. Paris, 1968-1996. XXII.7.
8 Martin-Hisard B. Continuite et changement......Р. 145, 146.
9 Agathias, Historiarum Libri Quinque / ed. R. Keydell. Berlin-New York, 1967. I II.15.
10 Procopius, III-V. History of the Wars, Books V-VIII (изд. H.W. Dewing, Loeb Clasical Library). London-Cambridge (Massachusetts), 1962-1968. Bel. Got., IV.9.8,9.
11 Procopius, Bel. Got., IV.10.2.
12 Zuckerman C. The Early Byzantine Strongholds in Eastern Pontus // Travaux et Memoires. 11. 1991. P. 527-553.
13 Леквинадзе В.А. Понтийский лимес / / Вестник Древней Истории. 1969. № 2. С. 75-93; Воронов Ю.Н. Колхида на рубеже средневековья ... С. 37-44.
14 Procopius, Bel. Got. IV.9.10-12.
15 Marin-Hisard B. La domination byzantine sur le littoral oriental du Pont Euxin (milieu du VI Ie -VII Ie siecles) // Byzantino-Bulgarica. Vol. 7. 1981. P. 141-156.
16 Agathias, IV.15
17 Воронов Ю.Н. Могилы апсилов. Итоги исследований некрополя Цибилиума в 19771986 годах. Пущино, 2003.
18 Voronov Ju. Tsibilium. Vol. 1. La necropole apsile de Tsibilium (Caucase, Abkhazie). Fouilles de 1977-1986 / BAR, International Series -1721. Oxford, 2007.
19 Kazanski M., Mastykova A. et alii. Tsibilium, vol. 2. La necropole apsile de Tsibilium (Caucase, Abkhazie). Etude du site / BAR, International Series -1721. Oxford, 2007.
20 Гей О.А., Бажан И.А. Хронология эпохи “готских походов” (на территории Восточной Европы и Кавказа). М., 1997.

нами в соответствии с датами центрально- и западноевропейских, а также северопон-тийских древностей.

Погребения Цибилиума были соотнесены со следующими хронологическими периодами:

- Стадия I (170/200-330/340 гг.), периоды 1 (170/200-260/270 гг.) и 2 (260/270330/340гг.), в целом соответствующие периодам С1 и С2 хронологии европейского Барбарикума.

- Стадия II (320/330-400/410 гг.), периоды 3-4 в цебельдинском материале разделяются с трудом, возможно, их рубеж приходится на 360/370 гг. В «варварской» хронологии это периоды С3 и Dl.

- Стадия III (380/400-440/450 гг.), дробное разделение на периоды 5-8, предлагаемое авторами абхазской хронологии, не представляется возможным. В хронологии Барбарикума это период D2 — «горизонт Унтерзибенбрунн».

- Стадия IV (450-640/670 гг.), разделяется на периоды 9 (450-550 гг.) и 10-11 (530/550-640/670 гг.). В хронологии восточноевропейских древностей они соответствуют постгуннскому периоду — «горизонт Шипово» и горизонту «геральдических» поясов.

Последний период, Г^/10-11, в дальнейшем может быть разделен более дробно, но пока на материалах Цибилиума этого не удается сделать.

Наиболее ранние могилы Цибилиума относятся к эллинистическому времени (Цибилиум-1, погр. 35; Цибилиум-2, погр. 370, 372-374; Цибилиум-8, погр. 445). Несколько погребений принадлежат раннеримскому времени (Цибилиум-2, погр. 309, 380, 418; Цибилиум-8, погр. 446, 448), их связь с позднеримским и раннесредневековым населением не ясна.

Многочисленное население, проживавшее здесь, по крайней мере, до VII в., появляется в Цибилиуме, судя по погребальным памятникам, в период I/! (170/200260/270 гг.). Могилы этого времени известны на пяти кладбищах: Цибилиум-1 (погр. 14, 64, 67, 83, 93, 94, 97, 98, 102, 117, 162), Цибилиум-2 (погр. 305, 307), Цибилиум-10 (погр. 454, 455-457), Цибилиум-11 (погр. 458, 461) и Цибилиум-12 (погр. 462). Это мужские и женские погребения, совершенные по обряду ингумации и кремации с типичным для цебельдинской культуры инвентарем. В мужских могилах отмечено оружие — копья и топоры, реже мечи. Мужской костюм включает поясные пряжки, иногда фибулы. Женский убор — фибулы, браслеты, ожерелья из бус, серьги, подвески. Положение предметов на костяке позволяет говорить о становлении характерного костюма, сохранившего свои основные черты до начала VI в.

Мужская кремация 456 с мечом сопровождалась женской кремацией и захоронением коня. Видимо, речь идет о привилегированном погребении.

Но основная масса захоронений периода !/1 по инвентарю принадлежит примерно к одному уровню богатства. Даже погребение 448 (Цибилиум-8), сопровождавшееся захоронением коня, и поэтому относимое к числу привилегированных21, содержит обычный инвентарь. Все это свидетельствует о слабой иерархизации населения Цибилиума в данную эпоху.

Известно, что включение циркумпонтийских варваров в орбиту римской военной политики привело к их милитаризации, проявляющейся в погребальном обряде22. Не исключено, что оружие в могилах Цибилиума в период I/1 отражает начало этого процесса. Стоит, однако, отметить сравнительную редкость профессионального вооружения, такого как мечи, в погребальном инвентаре.

Погребения стадии ^2 (260/270-330/340 гг.) известны на кладбищах Цибилиум-1 (погр. 19, 25, 38а, 53, 75, 80, 156, 251), Цибилиум-2 (погр. 320, 343), Цибилиум-8

21 Voronov You. La civilisation materielle de l&aristocratie apsile (la cote est de la mer Noire) du IVe au VIe siecle // La noblesse romaine et les chefs barbares du IIIe au VI Ie siecle. Saint-Germain-en-Laye, 1995. Р. 217-225.
22 Kazanski M. Contribution a l&histoire de la defense de la frontiere pontique au Bas-Empire // Travaux et Memoires. 11. 1991. Р. 487-526; Гавритухин И.О., Пьянков А.В. Могильники IlI-IV веков / / Крым, Северо-Восточное Причерноморье и Закавказье в эпоху средневековья. IV-XIII века. М., 2003. С. 187-189.

(погр. 459), Цибилиум-10 (погр. 453). Для этой стадии не характерны привилегированные могилы и женские кремации. Зато отмечается определенная милитаризация населения, выразившаяся в появлении инородных по происхождению предметов «профессионального» вооружения, таких как щиты с металлическими умбонами и рукоятями-манипулами (Цибилиум-1, погр. 127, 255, датированные стадией ^2 или началом стадии II). Необходимо подчеркнуть, что воины Абхазии единственные в кавказском регионе использовали этот вид оружия, более типичный для европейских варварских народов (кельты, германцы, балты, прибалтийские финны, фракийцы) и для позднеримской армии23.

Также в позднеримское время в Абхазии появляются янтарные грибовидные подвески восточногерманского происхождения, которые, впрочем, с IV века, распространяются в Римской империи повсеместно24.

Иногда распространение западных типов оружия и германских украшений рассматривается как доказательство расселения каких-то германских групп на территории Абхазии, тем более что германцы (готы, герулы и др.) в III в. действительно проявляют большую военную активность на Черном море. Однако, никаких других специфических германских черт в цебельдинской культуре нет, а оружие и украшения германского облика в это время широко распространяются в поздней Римской импе-рии25, в частности, в военной среде.

Видимо, в появлении «западных» культурных элементов в Абхазии надо скорее видеть влияние варваризованной римской армии, занимавшей прибрежные опорные пункты на Черноморском побережье Кавказа, или даже расселение в Абхазии ветеранов римской армии, о чем говорилось выше.

Многочисленные могилы стадии II (320/330-400/410 гг.) известны на могильниках Цибилиум-1, Цибилиум-2, есть они и на могильниках Цибилиум-3, Цибилиум-4, Цибилиум-11, Цибилиум-12 и Цибилиум-13. Увеличение числа погребений явно свидетельствует о демографическом росте населения, материальная культура которого все более принимает «классические» для Цебельды формы. Основная часть вещей из погребального инвентаря повторяет типы, представленные уже в предыдущий период.

В это время доминируют ингумации, а кремации, судя по находкам предметов вооружения, принадлежат в основном мужчинам. Несколько кремаций содержат женский инвентарь (Цибилиум-1, погр. 262; может быть погр. 427 Цибилиума-3; погр. 459 Цибилиума-11).

Возрастает число могил с «профессиональным» оружием (длинные мечи, щиты с умбоном), а также с римскими импортами (стекло, металлические украшения, краснолаковая керамика) и вещами «западного» варварского происхождения. Скорее всего, в эту эпоху апсилы уже были интегрированы в систему обороны римской пон-тийской границы, что и объясняет количественный рост предметов вооружения в погребальном инвентаре, а также значительное количество импортов26.

Мужские привилегированные могилы для этой стадии не выделяются, за исключением, может быть, погребения 259 (Цибилиум-1), сопровождавшегося захоронением коня, но с достаточно ординарным инвентарем.

Зато отмечены четыре женских захоронения, содержавшие роскошные броши с сердоликом (Цибилиум-1, погр. 91, 115, 173, 192), которые считаются социальным мар-

23 Kazanski M. Les eperons, les umbo, les manipules de boucliers et les haches de l&epoque romaine tardive dans la region pontique: origine et diffusion // Beitrage zu romischer und barba-rischer Bewaffnung in den ersten fier nachchirstlichen Jahrhunderten. Lublin -Marbourg, 1994. Р. 429-485.
24 Мастыкова А.В. О распространении янтарных грибовидных бус-подвесок позднеримского времени на юге Восточной Европы и в Закавказье // Сто лет черняховской культуре. Киев, 1999. С. 171-202.
25 Там же.
26 Kazanski M. Contribution a l&histoire de la defense ....

кером27. Примечательно, что погребения 173 и 192 с брошами находились поблизости одно от другого, на одном участке кладбища Цибилиум-1, и здесь же располагались мужские погребения (236, 248, 259) с мечами, которые обычно считаются престижным видом оружия. Не исключено, что это был участок захоронений какой-то привилегированной группы (семьи?).

Вторую группу могил с отдельными золотыми вещами (погр. 81) и полихром-ными брошами (погр. 69, 91), можно выделить в северной части того же участка. Интересно отметить, что на территории кладбища 2 могилы с золотыми вещами (погр. 333, 355) и мужские захоронения с мечами (погр. 349, 456) концентрировались в западной части сектора. Возможно, это тоже какая-то привилегированная группа.

Погребения стадии III (380/400-440/450 гг.) в материальной культуре и погребальном обряде очень близки могилам предыдущего периода. Они содержат, пожалуй, наиболее богатый инвентарь, что свидетельствует о процветании цебельдинской общины в это время. Захоронения стадии III многочисленны на могильниках Циби-лиум-1 и Цибилиум-2, Цибилиум-3, Цибилиум-8, Цибилиум-9 и Цибилиум-15. Ингу-мации по-прежнему доминируют, но обнаружено также несколько мужских кремаций и одна женская (Цибилиум-2, погр. 408). Материальная культура цебельдинцев и состав погребального инвентаря по сравнению с предыдущим периодом варьируют незначительно.

Необходимо, тем не менее, отметить появление трехлопастных «гуннских» стрел, металлического зеркала, а также серогончарного аланского сосуда (Цибилиум-8, погр. 447). Известен и единичный случай искусственной деформации черепа у погребенного (Цибилиум-1, погр. 85). Все эти элементы связаны по происхождению с варварской (гуннской, аланской) культурной средой к северу от Кавказского хребта.

Малая двупластинчатая фибула, найденная в одном из погребений стадии III, принадлежит черняховскому, т.е. восточногерманскому типу. В женском костюме появляются крупные янтарные бусы с нарезным линейным декором германского центральноевропейского происхождения28, а в нескольких женских захоронениях отмечено присутствие кусков кольчуги (Цибилиум-1, погр. 267; Цибилиум-2, погр. 294, 351), что также характерно для германцев.

В то же время в погребениях хорошо представлен средиземноморский импорт: стеклянные кубки, краснолаковая керамика (Цибилиум-1, погр. 61), многочисленные бусы — крупные хрустальные многогранные, сердоликовые полиэдрические и пр.

Погребения с оружием очень многочисленны. Можно предположить, что захоронения с «народным» оружием (по терминологии скандинавских археологов), такими как копья и топоры, иногда сопровождавшиеся стрелами, щитами, кинжалами и скрамасаксами, принадлежат рядовым членам общины. Могилы, содержавшие достаточно полный набор оружия, включающий мечи, могут быть соотнесены с социально более высокой группой. Мужская кремация 383 (Цибилиум-2), сопровождавшаяся захоронением коня, видимо, относится к числу привилегированных, хотя ее инвентарь вполне обычен. Зато ингумация 61 (Цибилиум-1), принадлежавшая подростку, по богатству инвентаря явно принадлежит к числу привилегированных. Она содержала: меч с богатым декором, полный набор вооружения, как «западного» — щит с умбоном, так и «восточного», сасанидского происхождения — парадный кинжал с четырьмя выступами для крепления. По уровню богатства это погребение вполне соотносится с «вождескими» погребениями европейских варваров эпохи Великого переселения на-

27 Воронов Ю.Н. Захоронения женщин с брошами в могильниках Апсилии (Абхазия) // Материалы по Археологии, Истории и Этнографии Таврии. Вып. 4. Симферополь, 1995. С. 173-200.
28 Мастыкова А.В. Янтарные бусы с нарезным декором эпохи Великого переселения народов / / РА. 2004. № 3. С. 55-67.

родов29. Вероятно конец IV — 1-я пол. V вв. — это время появления у апсилов военной аристократии, которая и осуществляла политические контакты с Константинополем.

Женские погребения с брошами, украшенными сердоликом (Цибилиум-1, погр. 76, 89, 92, 101, 113, 213; Цибилиум-2, погр. 382, 389), также являются, как уже говорилось, привилегированными. При этом погребения 76, 89, 92, 101, 113, как и привилегированное мужское захоронение 61, были найдены в северном секторе могильника Цибилиум-1 и формируют, таким образом, компактную (семейную?) группу. На кладбище Цибилиум-2 женские могилы с полихромными брошами (погр. 375, 382, 389) и мужские захоронения с мечами и скрамасаксами (погр. 383, 399) концентрируются в северо-западном секторе кладбища.

Погребения стадии ^/9 (450-550 гг.) в значительном количестве были найдены на могильниках Цибилиум-1 и Цибилиум-2. В это время окончательно исчезают кремации, а ингумации становятся единственным погребальным обрядом. Набор вещей погребального инвентаря сравним с набором вещей стадии III. Средиземноморское влияние проявляется в распространении элементов поясной гарнитуры, птицевидных фибул, бус из горного хрусталя. Мужское погребение, сопровождавшееся захоронением коня (Цибилиум-1, погр. 376-377), возможно принадлежит к числу привилегированных. Женские привилегированные погребения не выявлены.

Глубокие изменения в характере цебельдинской культуры приходятся на стадию ^/11 (530/550-640/670 гг.). Погребения этой стадии, исключительно ингумации, имеются на могильнике Цибилиум-1 и особенно на могильнике Цибилиум-2. Инвентарь погребений отличается от находок предыдущей стадии. Оружие практически отсутствует, за исключением копий в погребениях 313, 318 (Цибилиум-2).

Зато в захоронениях на этом же могильнике хорошо представлены гарнитуры «геральдического» стиля (погр. 279, 313, 314, 318, 325). Эта воинская мода широко распространяется как в Барбарикуме, так и в византийской армии, начиная с эпохи Юстиниана, то есть со 2-й трети VI в. Кстати, как свидетельствует стратиграфия Цебельдинской крепости, «геральдические» гарнитуры появляются здесь довольно рано, до пожара 550 г., вызванного событиями византийско-сасанидской войны30. Погребения с «геральдическими» гарнитурами отличаются от других мужских могил более богатым инвентарем и, возможно, принадлежат знатным воинам. Так, могила 313 (Цибилиум-2) сопровождалась захоронением коня и, видимо, была привилегированной.

В женских погребениях некоторые фибулы относятся к местной традиции, но большая часть элементов убора (серьги, фибулы, бусы, перстни, браслеты) принадлежат общим средиземноморским типам, распространявшимся в Закавказье из Византии.

Надо отметить присутствие северокавказской керамики аланского типа (Циби-лиум-2, погр. 297, 321), указывающей на связи с северокавказским регионом, а также наличие сасанидских импортов: сердоликовых бус с белым инкрустированным декором и гемм. Не исключено, что эти импорты связаны с присутствием в 550 г. иранского гарнизона в Цебельдинской крепости.

Итак, материалы некрополя Цибилиума достаточно четко отражают историю отношений Империи и восточнопричерноморских варваров. Значительная милитаризация, появление военной аристократии, наплыв римских импортов, распространение ранневизантийской военной моды, скорее всего, связаны с глубокой интерграцией ап-силов в систему обороны, созданную Восточно-Римской империей на понтийской границе.

29 Kazanski M. Les tombes des chefs militaires de l&epoque hunnique // Germanen beiderseits des spatantiken Limes. Koln-Brno, 1999. Р. 293-316.
30 Воронов Ю.Н., Бгажба О.Х. Материалы по археологии Цебельды. Тбилиси, 1985.

Рис. 1. Народы Восточного Причерноморья во II-VII вв.

Города и крупные укрепленные пункты: 1: Себастополис; 2: Питиунт; 3: Цибилиум;

4: Трахея; 5: Кутаиси; 6: Археополис (по: Kazanski M., Mastykova A. et alii. Tsibilium, vol. 2. Oxf., 2007)

THE FEDERATES OF THE EASTERN ROMAN EMPI RE ON THE BLACK SEA SHORE OF CAUCASUS AND THE EVOLUTION OF THE TSIBILIUM NECROPOLIS

(2ND-7TH CENTURIES)

This study traces the evolution of the Abkhazian necropolis of Thibil-ium (2nd-7th centuries), which belonged to Apsilians. The material of the necropolis throws light on the relations between the Empire and the Barbarians of the Eastern Pontus and the process of integration of the Apsilians in the scheme of the imperial eastern policy. When the eastern shore of the Black sea comes, in the 1st century A.D., under the military and political sway of Rome, the territory of Abkhazia becomes a key strategic position. A chain of client-kingdoms, which emerges by the middle of the 2nd century all along the Pontic shore of Caucasus, assures the military control of the Pontic frontier. Written sources attest to the presence of Roman garrisons on the shore of Abkhazia in the late 4th-early 5th century. Military and political contacts of the Abkhazians with the Empire have left clear traces in the material of the Tsibilium necropolis. This study proposes a detailed chronology of the necropolis and a characterisation of each period of its existence, thus showing the evolution of Tse-belda culture over time under the impact of the Eastern Roman Empire.

A.V. Mastykova

Institute of Archaeology, Moscow

e-mail: amastykova@mail.ru

Научтруд |