Научтруд
Войти

Итальянский след семейства Барятинских

Научный труд разместил:
Buzalace
30 мая 2020
Автор: указан в статье

УДК 94 (47). 08

ИТАЛЬЯНСКИЙ СЛЕД СЕМЕЙСТВА БАРЯТИНСКИХ

Курский

государственный

университет

В.П. ОЛЕЙНИКОВА

Статья посвящена проблеме изучения связей известного в русской истории рода Барятинских с Италией. В ней главным образом прослеживаются судьбы женщин этого семейства, теснейшим образом связавших себя с Италией - Лиониллы Ивановны Барятинской-Витгенштейн и ее дочери Антуанетты Барятинской-Киджи. В статье использованы материалы частного архива семьи Киджи (Италия).

Барятинские - один из древнейших княжеских родов, представители которого гордились своим происхождением от самого Михаила Черниговского - Рюриковича. В исследованиях о происхождении русского дворянства неоднократно отмечалось, что «особенность русской феодальной верхушки в том, что она «вышла» из одного рода и имела одного предка - Рюрика (в отличие от Европы, где феодальная аристократия принадлежала к различным родам)»1. С течением времени ветви княжеского рода Рюрика все более отдалялись друг от друга, а потому появилось понятие корпоративности отдельных княжеских фамилий, но из более 250-ти фамилий рода Рюрика большинство просуществовало только в 2-3-х поколениях, чем и объяснялось амбициозное стремление Барятинских-Рюриковичей породниться с наиболее знатными семействами Европы.

Из-за выдающихся качеств одного из них - главнокомандующего и наместника на Кавказе - Александра Ивановича Барятинского - персоналии остальных членов династии оставались всегда менее интересны для отечественных исследователей. В дореволюционный и советский периоды о жизни Барятинских - особенно в Марьино - было написано немало работ. Но запоминался опять-таки, прежде всего, образ знаменитого победителя Шамиля. Некоторые писатели посвящали ему специальные работы2. Сегодня представляют интерес, как работы биографического характера, так и труды, посвященные созданию «семейного гнезда» - Марьино3. Интересовались судьбами Барятинских и дагестанские исследователи войны на Кавказе4. Но европейскому происхождению Барятинских стали уделять внимание только в последнее время в связи с ростом интереса к развитию российско-европейских отношений и истории российского дворянства. Цель данной статьи - исследовать связи семейства Барятинских с Италией.

Дипломат И.С. Барятинский, большую часть своей жизни проведший за границей во второй половине XVIII века, женился на принцессе Екатерине фон Гол-штейн-Бек - дочери герцога Петра-Августа, родственника Петра III, генерал-губернатора Санкт-Петербурга и Эстляндии5 В качестве приданого были получены села Курской губернии: Ивановское, Снагость и другие в Рыльском уезде, которые Петр Великий некогда подарил гетману Мазепе (еще до его измены). По мнению со-

1 Соловьев Б.И. Русское дворянство и его выдающиеся представители. М., 2000. С. 170.
2 Зиссерман А.Л. Фельдмаршал князь А.И. Барятинский. М., 1888.
3 Лотарева Д.Д. Марьино: усадьба русского аристократа / / Мир русской усадьбы. М., 1995; Федоров С.И. Марьино князей Барятинских. Курск, 1994; Федоров С.И. Марьино. Памятник усадебного зодчества. Воронеж, 1988; Холодова Е.В. Усадьбы Курской губернии. Курск, 1997.
4 Ибрагимова М. Имам Шамиль. М., 1991.
5 Голштейн-Бек, герцог Петр Август // Большая биографическая энциклопедия // [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://dic.academic.ш/dic.nsf/enc_bюgrafhy/ 37256/ Голштейн-Бек.

Серия История. Политология. Экономика. Информатика. 2010. № 13 (84). Выпуск 15

временников, Екатерина Голштейн-Бек была «чрезвычайно грациозная, с удивительной талией, выразительными чертами лица, величавая и непринужденная в движениях, но вместе с тем немного манерная, она была очень любезна и даже свободна в обращении; выражаясь легко и красиво, она усвоила в разговоре тон парижских модниц своего времени, какую-то смесь философии с чувствительностью и неподдельным кокетством»6. Тем не менее, брак оказался неудачным, во многом именно по вине принцессы Голштейн-Бек, так как, по словам князя П.В. Долгорукова: «Екатерина Петровна была женщиной весьма гордой и необыкновенно чванной; она беспрестанно давала чувствовать мужу своему, что оказала ему величайшую честь, сочетавшись с ним браком; терпеть не могла, чтобы ее именовали княгиней и титуловали сиятельством, а требовала, чтобы ее именовали принцессой и титуловали светлостью. Сына своего князя Ивана воспитала она в таком понятии, что он поставлен рождением на какую-то совершенно особенную степень величия, по крайней мере, наравне с великими князьями. Едва ли не внушали ему, что Господь Бог, создав Адама в шестой день и отдохнув в седьмой день, в восьмой день уже создал предка князя Ивана Ивановича»7.

Принцесса блистала в петербургском свете, где имела громадный успех и множество любовных похождений. Ее роман с графом А.К. Разумовским привел к разрыву с мужем. Княгиня покинула мужа, Россию и отправилась жить в Берлин под именем принцессы Голштейн-Бек. О случившемся разрыве между супругами сохранились не только документальные, но и художественные подтверждения: на картине самой признанной в Европе женщины-художницы второй половины XVIII века Анжелики Кауфман Е.П. Барятинская изображена вместе с детьми - Иваном, Анной и зятем, но без мужа. Картина также свидетельствует о существовавшем уже в конце XVIII столетия стремлении знатных семейств России «породниться» с Италией, ибо Кауфман, в основном, всю жизнь жила и творила в Италии, причем по сведениям итальянских архивов, данный групповой портрет был создан для неаполитанского короля Фердинанда IV как портрет семейства российского посланника при дворе французского короля во время длительного пребывания семьи Барятинских в Риме и находится сейчас в Лозанне8.

Биография, изображенного на семейном портрете сына И.С. Барятинского, И.И. Барятинского удивительна тем, что, будучи рожденным в Париже и проведя значительную часть жизни на дипломатической службе в Англии и Баварии (где и сочетался браком с баварской графиней Марией Келлер), после смерти отца в 1811 году он оставил службу и вступил во владение всеми отцовскими землями. В отличие от своего отца, довольно-таки редко заезжавшего в Ивановское, он выбрал именно это имение для претворения в жизнь своих благородных планов по «цивилизации» своего отечества. «Какое призвание может быть лучше для человека богатого, который употребляет свое состояние на просвещение своего государства, улучшая земледелие, вводя искусства и ремесла, доставляя довольство и счастье обществу, и который своим примером цивилизует свою родную страну...»9 - писал князь в 1815 году.

Пока достраивался дворец, названный в честь второй жены М.Ф. Келлер, князь, оставаясь сторонником того мнения, что «настоящие цивилизаторы наций, опоры общества, благодетели рода человеческого» - это просвещенные агрономы и фермеры, а не полководцы и дипломаты, отправился путешествовать с целью изучения различных европейских систем хозяйствования и последних достижений строи-

6 Иван Сергеевич Барятинский / / [Электронный ресурс]. Режим доступа: http: / / www.rusdiplomats.narod. ru / ambassadors /bariatinski-is.html
7 Цит. по: Angelica Kauffman e Bariatinski / / Сведения предоставлены сотрудниками музея Кид-жи (Аричча, Италия).
8 Иван Сергеевич Барятинский / / [Электронный ресурс]. Режим доступа: http: / / www.rusdiplomats.narod. ru / ambassadors /bariatinski-is.html
9 Цит. по: Зиссерман А.Л. Фельдмаршал князь А.И. Барятинский. М., 1888. Т. 1. С. 3.

тельного дела10. Но, если хозяйство в Ивановском князь планировал организовать по образцу английских и немецких имений, то внутренние помещения строящегося дворца «Марьино» Барятинский мечтал отделать в соответствии с изысканной роскошью итальянской аристократии. Живя подолгу в Риме князь, под влиянием З.А. Волконской, проникся идеями классицизма - гражданский долг, служение Отечеству, просвещенность - в связи с чем заранее начал приобретать значительные произведения искусства (бюсты античных философов и др.), делать заказы итальянским (римский мастер Камуччини) и российским художникам, стажировавшимся в Италии, в частности, Антонио и Федору Бруни.

После смерти И.И. Барятинского его супруга прожила в Ивановском еще 6 лет, посвятив себя воспитанию малолетних детей и благотворительности. «В 1843 году она устроила приют для воспитания бедных детей, впоследствии переданный в заведение лютеранской церкви св. Анны. В 1846 году организовала в своем доме приют дневного пребывания малолетних детей, потом приют для вдов, послуживший началом Мариинской богадельни, женскую общину сестер милосердия для попечения о больных и бедных и вдовий дом. Вначале она сама принимала участие в ведении названных заведений, а потом в связи с болезнью отказалась от личного управления, но до конца жизни помогала деньгами»11. Все сыновья, вопреки желаниям отца, сделали карьеру военных, за исключением Виктора, вышедшего в отставку в чине капитана 1-го ранга и занявшегося археологией. Старший сын князя - главнокомандующий и наместник на Кавказе Александр Иванович, увенчанный военной славой - отказался от майората в пользу брата Владимира Ивановича.

Генерал В.И. Барятинский вступил в наследство в 1850 году. Несмотря на то, что редко бывал в имении, построил там новую церковь и перестроил дворец по проекту итальянца И.А. Монигетти. Дочери И.И. Барятинского проявили себя в истории, прежде всего, как классические «русские жены». Мария Ивановна, выйдя замуж за подольского предводителя дворянства М.В. Кочубея, поддерживала родственные отношения с другой сестрой, оставившей наиболее ощутимый след в истории Европы -Лиониллой Ивановной. Но именно Л.И. Барятинскую-Витгенштейн, из всех потомков великого князя, некоторые исследователи называют «редкой эгоисткой», жившей всегда только своей личной жизнью, а не интересами Отечества и по этой причине прожившей долгую жизнь12. Но ведь большая часть ее жизни прошла в Италии, получившей славу страны долгожителей благодаря своему удивительному климату. Изыскания автора в частном архиве семейства Киджи (Аричча, Италия) также свидетельствуют о некоторой поверхности такой характеристики.

Лионилла родилась в доме князя Н.И. Салтыкова в 1816 году и была крещена как Леонида13. После получения домашнего образования стала фрейлиной императрицы Александры Федоровны, которая сосватала 18-летнюю Барятинскую за сына фельдмаршала Витгенштейна, заслужившего славу «спасителя Петербурга» в войне с Наполеоном и опасного сердцееда14. Известие о новой женитьбе Витгенштейна была

10 Лотарева Д.Д. Марьино: усадьба русского аристократа / / Мир русской усадьбы. М., 1995. С. 162.
11 Цит. по: Родословная роспись князей Барятинских (первая ветвь) / / Дворянские роды Российской Империи. СПб., 1993. Т. 1. С. 67.
12 Чижова И. Давно замолкшие слова. М., 2006. С. 414.
13 Имеется фотокопия оригинала из архива Киджи в личном архиве автора статьи.
14 Конец Радзивиллов / / Третий путь. М., 2007. Флигель-адъютант императора Лев (Людвиг) Петрович был известен также как один из немногих декабристов, помилованных царем, первая жена которого - Стефания Радзивилл - скончалась в возрасте 23-х лет. Все свое состояние с известным бриллиантовым ожерельем Стефания завещала мужу, с условием, что по достижении совершеннолетия дочери он передаст их ей. Имения скончавшейся также оставались за Витгенштейном вплоть до совершеннолетия его сына Петра. Спустя два года, уже в Петербурге, Витгенштейн оказался в центре скандального адюльтера: «В городе много говорят о связи молодой княгини Суворовой с графом Витгенштейном, - отметил в «Дневнике» Пушкин, хорошо знакомый со Стефанией Радзивилл. - Заметили на ней новые бриллианты, рассказывали, что она приняла их в подарок от Витгенштейна (будто бы по завещанию покойной его жены) и что Суворов имел на это жестокое объяснение с женою». Любовь Суворова была женою товарища Витгенштейна по полку князя Александра Суворова.

Серия История. Политология. Экономика. Информатика. 2010. № 13 (84). Выпуск 15

воспринята «светом» неоднозначно. Тем не менее, свадьба состоялась 28 октября 1834 года, в дворцовой церкви Зимнего Дворца. Удивительная красота Лиониллы, созданной для блеска светской жизни, была воспета художниками и публицистами XIX-XX столетий, но она вместе с мужем удалилась из Петербурга в имение «Верки» под Вильно, доставшееся графу в наследство от первой жены. Институтская подруга С.Д. Радзивилл - А.О. Россет (друг Н.В. Гоголя и известная мемуаристка) - в своем дневнике отразила отношение светского Петербурга к этому решению: «Тогда пошли в моду исторические воспоминания и реставрации разрушенных фамильных склепов и замков. Витгенштейны отправились в развалину и начали там строиться. Наши Витг были графы Витгенштейн Беренбург; но прусский король сделал их князьями. Это понравилось тщеславной Леонилле Ивановне, и она превратилась в совершенную пруссачку»15. По мнению мемуаристки, жизнь в замке напоминала сумасшедший дом: Леонилла, приняв католичество, носила по улицам огромный крест на спине, впадая в мнимую экзальтацию. При этом у нее был роман с гувернером-французом, а у ее мужа - с любовницей-немкой. Дочь первого российского помещика, применившего иностранные научные достижения и усовершенствования16, была несчастна в семейной жизни.

Однако, по примеру своих родителей она организовала в имении «Верки» школу для крестьянских детей. После смерти сумасшедшего супруга в 1866 году в Каннах, она переехала к своей дочери в Италию и поддерживала отношения с 4-м гусарским Мариупольским полком, носящем имя генерал-фельдмаршала князя Витгенштейна и квартировавшимся в Белостоке17. Как супруга Витгенштейна уже в зрелом возрасте (в 1910-м году!) принимала участие в создании музея 1812-го года в Москве18. При этом Л.И. Витгенштейн постоянно навещала и другие свои усадьбы: имение Витгенштейнов в Сайне (Германия), собственность на Черном море в Крыму, резиденции в Париже и Швейцарии (усадьбу «Оки» вблизи Лозанны), родовое поместье «Марьино» под Курском, где и родила дочь Антуанетту 12 марта 1839 года.

Благодаря своему «сладкому характеру» (по свидетельству директора музея Киджи - Франческо Петруччи - В.О.) и дружбе с императрицей Пруссии Августой Лионилла помогла в разрешении ряда дипломатических вопросов во время франкопрусской войны 1870-1871 годов. Монсиньер Флавио Киджи - апостольский посланник в Кельне - способствовал установлению контактов между семьями Киджи и Сайн-Витгенштейн. В 1857 году Антуанетта Витгенштейн-Барятинская вышла замуж за представителя выдающегося аристократического семейства Рима - князя Кам-паньяно, Марио Киджи Албани делла Ровере.

Переехав на постоянное местожительство в Италию, Антуанетта, проводила большую часть времени в летней резиденции в Аричче. Именно здесь она реализовывала все духовные традиции своей семьи. Посвятив себя делам благотворительности, она проявила незаурядные организаторские способности в оказании помощи семьям бедняков (напомним, что Италия на рубеже XIX-XX веков представляла из себя «страну бедноты»19). Сформировав в 1870-м году религиозный орден сестер милосердия, она доверила ему управление основанным ею же детским приютом. Из имения Киджи в столовую приюта регулярно посылались готовые обеды и ужины20. В старых фабричных корпусах создала женские мастерские, оказывала всяческую помощь нуждавшимся. Таким образом, на итальянской земле Антуанетта пыталась реализовать прогрессивные идеи своего деда по развитию крестьянского хозяйства, пусть и оформленные в религиозную форму католицизма (что было скорее знаком

15 Смирнова-Россет А.О. Дневник. Воспоминания. М., 1989. С. 204.
16 Родословная роспись князей Барятинских (первая ветвь) / / Дворянские роды Российской империи. СПб., 1993. Т. 1. С. 67.
17 Имеется фотокопия переписки из архива Киджи в личном архиве автора статьи.
18 В архиве автора - копия письма комитета по устройству в Москве музея 1812-го года.
19 Тимофеев Н.И. СССР - Италия. Культурные связи. История и современность. М., 1980. С. 49.
20 Chigi F. Uno sguardo privato. Prefazione di Oreste Ferrari - Einaudi. Viterbo. 1978. Р.107.

времени - сам Иван Барятинский стал католиком на итальянской земле не без влияния своей матери-католички).

Синьора Барятинская-Киджи достойно воспитала своих пятерых детей, один из которых стал кавалером Мальтийского Ордена, другой - Франческо Киджи - талантливым фотографом. Он совершил путешествие на историческую родину матери к своим двоюродным братьям, сделав удивительные фотоснимки с видами реки Сейм, крестьянских будней, села Ивановского, а не светской жизни богатых кузенов21. В выпущенном монографическом издании 120-ти фотографий Франческо22 нашли отражение как события из жизни Российской Империи, так и интересные факты из истории Италии (извержение Везувия 1908-го года, повседневные будни итальянских аристократов) и его семьи. Подробно отражена деятельность его матери по оказанию помощи детскому приюту, ее работа с сестрами милосердия по обустройству своего садово-паркового хозяйства (огромный парк, примыкающий к фамильному дворцу Киджи поражал своей ухоженностью). К сожалению, планы Святого Престола по «беатификации» Антуанетты Киджи-Барятинской по неясным причинам не были воплощены в жизнь23.

В архивах палаццо Киджи содержится значительное количество документальных материалов и произведений искусства, принадлежавших Антуанетте и Лионил-ле: «Il materiale deriva dall&eredità di Antonietta Sayn Wittgenstein (1839-1918) nipote del generale Wittgenstein, l’eroe che salvo San Pietroburgo da Napoleone e figlia della bellis-sima Leonilla Bariatinsky, che nel XIX secolo sposo Mario Chigi Albani»24. Среди них -рукописный оригинал на французском языке романа Л.И. Барятинской «Сувенир», рисунки и акварели В.С. Садовникова и П.Ф. Соколова, свидетельствующие о стремлении матери и дочери поддерживать русскую художественную школу. Работы обоих художников достаточно хорошо представлены в современных российских коллекциях, но, по мнению специалистов-искусствоведов, «во дворце Киджи хранятся три прекрасных акварельных портрета работы П.Ф. Соколова и едва ли не лучшие произведения В.С. Садовникова». Биографы Садовникова упоминали, что в середине 1840-х годов его приглашал для рисования видов имения «Верки» князь Витгенштейн. Акварели из палаццо Киджи подтверждают этот факт. Среди них есть подписанные Са-довниковым виды другого имения Витгенштейнов, расположенного в Германии (Сайн). Об этом путешествии Садовникова, как и о столь тесных связях его с семейством Витгенштейнов, до сих пор не было известно в таких подробностях25. Альбом, посвященный римской выставке 1993-го года акварелей, собранных во дворце Киджи (Аричча 1978.) - «Acquerelli d&interni del XIX secolo dalla collezione Chigi Wittgenstein Bariatinsky nel Palazzo Chigi di Ariccia» - открывается работами В.С. Садовникова26.

«Лучистая» красота Л.И. Барятинской (по образному выражению итальянцев), которую она сохраняла до глубокой старости (скончалась в возрасте 102 года) как уже отмечалось, неоднократно была воспета в произведениях выдающихся художников России и Европы, ибо ее изображали как известные европейские живописцы (Ф.К. Винтерхальтер) так и русские художники (П.Ф. Соколов). По странному стечению обстоятельств, одно из самых удивительных полотен Винтерхальтера - портрет Лиониллы в ее Крымском имении «Leonilla Princess of Sayn Wittgenstein Sayn»27

21 Риччо Б. Выставка «Воспоминания об Италии» // Пресс-служба Государственного Русского музея. 14.10.2003.
22 Chigi F. Uno sguardo privato. Prefazione di Oreste Ferrari - Einaudi. Viterbo. 1978.
23 Из материалов архива Киджи (Аричча) (в личном архиве автора статьи).
24 См.: официальный итальянский сайт дворца Киджи в Аричче // [Электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www.palazzochigiariccia.it.
25 Бортоли Ст. Произведения русских художников из музеев и частных коллекций Италии. Venice, 1991. С. 71.
26 Petrucci F. Acquerelli d&interni del XIX secolo dalla collezione Chigi Wittgenstein Bariatinsky nel Palazzo Chigi di Ariccia. - Roma, Palazzo Puspoli, 1993.
27 Ф.К. Винтерхальтер [Электронный ресурс]. Режим доступа: http: //foto.mail.ru/mail/maskarad/15825?page=5

Серия История. Политология. Экономика. Информатика. 2010. № 13 (84). Выпуск 15

практически неизвестно в современной России. Тогда как, неожиданным откровением для нас стало открытие того факта, что величайший итальянский кинорежиссер Лукино Висконти, экранизируя в интерьерах бывшей летней резиденции Киджи роман Джузеппе Томмазо ди Лампедузы «Леопард», не только «реабилитировал на экранах Запада само понятие исторического фильма», но и нашел для себя решение образа красавицы Анжелики, благодаря трем составляющим: незаурядным внешним данным Клаудии Кардинале, своему знаменитому историко-реалистическому стилю в работе, когда «дворцы были... реконструированы от фундамента до крыши28 и, конечно же, портретам Лиониллы Барятинской, украшающим интерьеры дворца. Для осознания этого удивительного открытия достаточно было сравнить портреты Лио-ниллы Ивановны и фотографии Клаудии Кардинале в роли Анжелики, помещенные ныне в интерьеры дворца, ибо этот фильм стал также частью истории Летней резиденции семейства Киджи. Режиссер, стремясь к исторической достоверности и портретному сходству, не только заставлял актрису натурально передвигаться в исторических костюмах, носить старинные перчатки и украшения, но также накладывал сложнейший грим. Именно «Леопард» вызвал известное замечание у французского критика Жана де Баронселли о «красоте, которая присутствует в художественном мире Висконти как некое четвертое измерение»29. И в этом есть толика признания выдающийся красоте русской аристократки Л.И. Барятинской.

И сегодня в памяти жителей Центральной Италии живут имена двух женщин из рода Барятинских - матери как воплощения идеальной красоты, дочери как воплощения божественной доброты. Итальянский же след семейства Барятинских, тесно связанных с Курским краем, требует своего дальнейшего еще более углубленного изучения.

ITALIAN IMPRINT OF THE BARYATINSKIIS FAMILY

Kursk State University

V.P. OLEYNIKOVA

The article is devoted to the problem of studying the connections of the famous Russian family Baryatinskii with Italy. The fates of the women from this family: Lionilla Ivanovna-Vitgenstein and her daughter Antoinette who were connected with Italy, are considered. Materials of the private archive of family Kigio (Italy) are used in this article.

28 Козлов Л.К. Лукино Висконти и его кинематограф. М., 1987. С. 70.
29 Цит. по: Козлов Л.К. Лукино Висконти и его кинематограф. М., 1987. С. 70.
Научтруд |