Научтруд
Войти

"Фанагория"

Научный труд разместил:
Rostislav
30 мая 2020
Автор: указан в статье

«ФАНАГОРИЯ»

Эту историю, вернее, легенду о речном буксире с таким экзотическим названием я услышал в Ростове-на-Дону сразу после окончания войны.

Мы, городские мальчишки с Пушкинской улицы, мотались по разбитым домам в поисках уцелевших патронов и снарядов, не осознавая опасности, выколупывали из них капсюли, высыпали порох для своих рискованных пиротехнических забав. Мы жадно слушали рассказы фронтовиков о войне, самозабвенно играли в нее и искренне сожалели о том, что война закончилась и нам уже не совершить ратных подвигов. В той атмосфере патриотического подъема и упоения победой нами на ура был воспринят рассказ о героическом рейде экипажа речного буксира при освобождении нашего города от немцев. Согласно людской молве, все произошло так.

Под натиском наших войск фашисты срочно оставляли город и при этом спешили взорвать Буденнов-ский мост через реку Дон. С высокого правового берега они хорошо простреливали побережье и все подступы к нему. Наши стремились отбить мост целым и несли большие потери, но и немцы мешкали с подрывом зарядов. Суетились их минеры, пытаясь восстановить цепь проводов, посеченных осколками.

И в этот драматический момент противостояния со стороны Гниловской по вскрытой ото льда ударами авиабомб и снарядов большой водной прогалине к стратегическому объекту на полном ходу приблизился наш буксирный катер.

Его скорострельная пушка, расположенная на носу, била почти без промаха, подавляя пулеметные и стрелковые гнезда немцев. От прямого попадания что-то взорвалось под мостом, еще более усиливая замешательство и панику в стане врага.

Но вскоре немцы пришли в себя от шока и обрушили всю свою огневую мощь на дерзкое суденышко. По нему били в упор прямой наводкой, а катерок, словно заговоренный, крутился между взлетающих вверх водяных столбов, клевал носом, оседал на корму, скрывался за опорой моста и вновь появлялся из-за нее, чтобы жалить врагов из своей пушки.

Героическая горстка речников, презрев смерть, превратила свой катер в плавучую мишень, чтобы отвлечь внимание врагов на себя. Незамедлительно этим воспользовались наши штурмовые группы, которые одним броском оседлали мост и обратили немцев в бегство.

Долгие годы уцелевший Буденновский мост служил людям, пока его собрат на Ворошиловском спуске не перекинул свои пролеты на левый берег Дона.

А дерзкий буксир как появился внезапно, так же и исчез, в дыму и водном тумане.

В ту пору я не знал, что загадочно звучащее с каким-то музыкальным переливом слово «Фанагория» есть название греческого поселения в Крыму, по чьей-то воле присвоенное также и героическому буксиру. А потому в моем воображении возникала волшебная страна, где нет и не было войны и разрухи, где всегда тепло, светит солнце и благоухают висячие сады Семирамиды, где хрустальные ручьи сбегают с гор в синее море с белыми пароходами и катерами. Там творятся чудеса. Сбываются мечты и исполняются дерзновенные желания.

С тех пор прошло много лет. Я провожал жену и сына в круиз до Волгограда и обратно... Красавец че-тырехпалубный теплоход отчаливал от парапета набережной. Играла веселая музыка, по громкой связи отрывисто звучали команды капитана, отплывающие и те, кто остался на берегу, что-то кричали друг другу, но толком уже ничего нельзя было понять. Но вот двигатели судна заработали на полную мощность, и корабль легко ушел вверх по течению, открывая простор реки. И тут в поле моего зрения попал катерок, который, как поплавок, качался на волне, поднятой винтами теплохода. Труба у катера почернела от копоти, бока были помяты так, что краска облупилась и проступила ржавчина. Он натужно тарахтел двигателем и, казалось, стоял на месте.

Что-то кольнуло меня в грудь. На его борту было написано «Фанагория». Быть того не может!

Это тихоходное суденышко никак не соответствовало героическому образу, навеки запечатленному в моем сознании, как фреска. Где же ты, мой героический кораблик, из волшебной страны со стремительными линиями торпедного катера, дерзкий и неуязвимый, летящий по глади Дона на страх врагам?

Очевидно, человеческая память выбирает и бережно хранит яркие героические дела и судьбоносные эпизоды, совершенные на взлете человеческого духа, на пределе сил и возможностей людей, попавших в экстремальные ситуации. А затем людская молва и собственное воображение так преу-крашивают реальные события, что их становится не узнать. Так рождаются мифы и легенды и, пожалуй, лучше им не встречаться с собственными первоисточниками.

Но стоп. Неказистый вид героя военных лет вовсе еще не повод для разочарования и скепсиса. У него оказались долгая мирная жизнь. Днем и ночью, в жару и ненастье катер «Фанагория» исправно нес свою трудовую вахту. Тянул за собой по Дону баржи с песком и лесом, сельхозпродукцией и углем, выталкивал на фарватер теплоходы и самоходные баржи, а то и срывал их с мели. Менялись команды на его борту, изменялась жизнь вокруг, а буксир со своим экипажем делал обычную каждодневную работу, как дыхание живого организма.

Во всех сферах человеческой деятельности таких рутинных работ море разливанное, а добросовестное их исполнение - обязательное условие порядка и стабильности в обществе. Так что меньше гордыни и чистоплюйства.

Меня охватило чувство неловкости за минутное замешательство, которое возникло при встрече со старым знакомым. Вроде, я хотел пройти мимо, не признав его.

Почти с родственной теплотой я поискал его на водной глади. Но где же он? Только был рядом, тарахтел движком, а поди ж ты! Пока я предавался размышлениям, наш пострел уплыл вверх по течению и уже превратился в точку где-то в районе Зеленого острова. Как человек, знающий себе цену, он неспешно и уверенно преодолевал пространство для достижения намеченных целей.

Счастливого пути тебе, старина-боец и трудяга. Твое служение отечеству на Дону в мирное время так же несет на себе отпечаток геройства. Правда, из-за растянутости во времени и обыденности дел твоих это, к сожалению, ускользает от внимания нас, грешных.

В.С. Золотарев

Научтруд |