Научтруд
Войти

Рабочий вопрос в Донской области накануне Первой мировой войны

Научный труд разместил:
Felhasida
30 мая 2020
Автор: указан в статье

УДК 323(471.67)

РАБОЧИЙ ВОПРОС В ДОНСКОЙ ОБЛАСТИ НАКАНУНЕ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

© 2009 г. В.С. Панченко, Е.М. Трусова

Южный федеральный университет, Southern Federal University,

ул. Б. Садовая, 105, г. Ростов-на-Дону, 344006, B. SadovayaSt., 105, Rostov-on-Don, 344006,

decanat@hist. sfedu. ru decanat@hist. sfedu. ru

Вопрос о разрешении конфликтов между предпринимателями и наемными работниками по-прежнему остается актуальным. Рассматриваются разные формы борьбы рабочих за свои права накануне Первой мировой войны, забастовочное, страховое движение, организация и деятельность больничных касс, охватившие значительное количество городов и рабочих Области Войска Донского.

The question about resolvings of conflicts between businessmen and hired workers still remains topical as before. In this article there are considered the different forms struggle of the workers for the rights on the eve of the First World War, strike and insurance movements, organization and activity of hospital cash departments captured significant amount of towns and workers in Oblast of Voisko of Don.

В 1989-1991 гг. в условиях приватизации предприятий усилилась социальная напряженность. В разных формах в стране проводились акции протеста в связи с нерешенными острыми социальными проблемами. Вместо решения рабочего вопроса конфликты затягивались, росло забастовочное движение. Это привело к тому, что в 90-е гг. правительство оказалось в трудном положении, многие профсоюзы и рабочие коллективы находились в оппозиции к нему. В это время были изданы законы СССР и Российской Федерации об урегулировании коллективных трудовых конфликтов. Принятые законы не дали должного результата. В одном из них, как отмечает исследователь, не конкретизировался

«предмет регулирования - трудовые конфликты, которые именовались "трудовыми спорами" (.. .и новый трудовой кодекс РФ избегает говорить о конфликтах, а "споры" трактует как "неурегулированное разногласие"). В нем предусматривалась длительная и многоэтажная процедура "урегулирования", включая всевозможные переговоры, комиссии, комитеты.» [1]. Вопрос о разрешении конфликтов между предпринимателями и наемными трудящимися по-прежнему остается актуальным.

Кроме профсоюзного движения в начале XX в., одной из форм борьбы рабочих за свои права являлось страховое движение. Рабочие и служащие добивались

введения страховых законов, которые бы обеспечили им защищенность на случай потери заработка. В Государственной думе обсуждался законопроект о государственном страховании, против которого выступила социал-демократическая фракция. Страхование не распространялось на всю страну и все категории наемных работников. Оно не охватывало железнодорожников, рабочих казенных и строительных предприятий, сельскохозяйственных работников, предприятий с числом рабочих менее 20. Октябристы и кадеты поддержали эти условия страхования и 23 июня 1912 г. III Дума приняла страховой закон.

Правительство все же провело страховую реформу, не удовлетворявшую массу тружеников. На каждые 100 чел. населения России приходилось два застрахованных, тогда как в Германии - 31, в Англии - 33 [2]. По закону

1912 г. страхование проводилось не во всех, а только в двух случаях: болезни и увечья. Не было страхования от инвалидности, безработицы, по старости, не страховалось сиротство, вдовство, материнство.

Для осуществления страхования по болезни создавались больничные кассы, за деятельностью которых наблюдала полиция и владельцы предприятий. Пособия по болезни и первые 13 недель за увечья выплачивались за счет рабочих. Из числа предпринимателей создавались товарищества по страхованию от несчастных случаев. Это давало возможность устанавливать мизерные доли пособий или вовсе их не выплачивать, перекладывая вину за несчастный случай на самого рабочего. Такое государственное страхование было установлено по новому закону. Даже закон от 2 июня 1903 г. обязывал владельцев выплачивать пособия увечным рабочим. Теперь же они мало заботились о технике безопасности труда, а хозяева иностранцы вообще не несли ответственности за состояние техники безопасности.

Увеличивалось число несчастных случаев на донских предприятиях: фабриках, заводах, шахтах, где крепление почти не обновлялось. Так, на Сулинском металлургическом заводе в 1912 г. произошло 452 несчастных случая, в 1914 г. - уже 676; на таком же заводе в Таганроге соответственно - 1907 и 1961 [3]. Рос процент полной потери трудоспособности и смертных случаев.

При всей ограниченности страхового закона рабочие развернули страховую кампанию по созданию больничных касс и выборов их правлений. В проведении этой кампании активно участвовали политические партии и профсоюзы. На ростовских заводах Нитнера, Максимова, бумажной фабрике Панченко и др. [4] прошли бурные страховые собрания. 16 мая

1913 г. на городском собрании Ростова-на-Дону с докладом выступил рабочий Алексеев, осветивший сущность страхования по новой реформе 1912 г. [5]. Донское охранное отделение доносило департаменту полиции о том, что в Ростове и Нахичевани-на-Дону заметно объединение общественных сил в проведении страховой кампании [6].

Путем забастовочной борьбы рабочие пытались улучшить страхование в своих интересах. В Ростове,

Таганроге, Александровск-Грушевске, на рудниках было проведено несколько страховых стачек - протест против притеснений и арестов рабочих уполномоченных-страховиков, которых прямо с собраний уводили под конвоем по 8 - 15 человек, как, например, на заводе «Аксай», Нитнера, в типографии Тер-Абрамяна [7]. Крупная страховая стачка прошла в феврале 1914 г. на Таганрогском заводе Нев Вильде и К° - протест против ареста председателя больничной кассы К.П. Сусенко [8].

К июню 1914 г. в Донской области насчитывалась 81 больничная касса с числом участников 90 077. Наибольшее количество - 20 касс создали рабочие фабрично-заводских предприятий Ростова с 10 тыс. членов. 19 касс начали работу на рудниках Таганрогского округа, которые объединяли около 20 тыс. шахтеров. На рудниках Александровск-Грушевска числилось 17 касс с числом членов более 16 тыс. и т.д. [9]. В 1913 г. в Донской области насчитывалось 130 тыс. рабочих [10]. Таким образом, застрахованных было около 69 %. Более половины всех касс составляли кассы шахтеров. В целом же по области охват населения членством в больничных кассах был невелик. Приблизительно на каждые 100 человек приходилось 2,5 застрахованных.

Больничные кассы, существовавшие как легальные организации, сыграли важную роль в укреплении рядов наемных работников, стали их массовыми объединениями, добивались полного решения вопроса социального страхования, хотя коренным образом решить эту проблему в условиях самодержавия они не могли. Страховое движение содействовало разрешению ряда экономических задач и политическому воспитанию рабочих. В руководство больничных касс входили социал-демократы и беспартийные члены касс. Комитет РСДРП Ростова и Нахичевани-на-Дону сформировал страховую комиссию, которая направляла страховое движение в общее русло политической борьбы всех общественных сил против самодержавия, что создавало условия для проведения демократического страхования. Как видно, правительственная политика в области страхования не могла удовлетворить рабочих и борьба продолжалась.

Рабочие Дона ставили свои вопросы в центральной демократической печати, и это тоже был способ обратить внимание пролетариев других городов и предприятий на собственное положение. Печать давала возможность судить о настроении рабочих разных мест страны, их сплоченности и готовности отозваться на рабочее дело. В рамках легальной дозволенности газеты освещали экономические забастовки, характер предъявленных владельцам и властям требований, показывали, с какими результатами они закончились. Печать сообщала и о политических стачках, за что не раз наказывалась, так как завуалировано проводила идею борьбы за революционное преобразование общества.

В Область войска Донского по подписке поступали меньшевистские журнал «Страхование рабочих» и газета «Луч». Последнюю в 1913-1914 гг. получали 170 человек в 13 населенных пунктах. Большевистская «Правда» в 1913 г. на Дону имела более 60 подписчиков, а в июле 1914 г. их было уже 476 по 16 пунктам области [11]. Сюда доставлялись журналы большевистского на-

правления «Вопросы страхования» и «Работница». Периодические издания пользовались популярностью в рабочей среде и выписывались профсоюзами [12].

Рабочие многих фабрик, заводов, шахт Донской области сообщали в печатные органы о рабочем дне, длившемся до 16 часов (владельцы не считались с законом 1897 г.). На Таганрогском металлургическом заводе работа длилась с 6 часов утра до 6 часов вечера без перерыва. Обедать разрешалось только в мастерских. Администрация могла заставить работать в ночную смену, в выходной день или в праздник. На Макеевском труболитейном заводе с применением сверхурочных работ трудовой день длился по 14 - 20 часов [13].

Социал-демократическая печать ставила вопросы о введении 8-часового рабочего дня, о сокращении и отмене непомерных штрафов, о совершенствовании и соблюдении рабочего законодательства, о безработных, которых были тысячи в ростовском и таганрогском портах [14].

В содержательной сущности рабочего вопроса находилось требование повышения заработной платы, которая на фабриках, заводах, шахтах Дона была крайне низкой. За 10 лет (с 1903 по 1913 г.) оплата труда наемных работников в результате их борьбы увеличилась с 5,5 до 29,8 %, но и цены на продукты питания выросли от 25 до 44,8 %; стоимость жилья повысилась на 100125 % [15].

Газеты откликались на требования рабочих о политических свободах, освещали забастовки, объявленные в защиту рабочей печати, против правительственных и местных полицейских гонений на нее. Администрация предприятий препятствовала распространению демократической печати. Полицмейстер Александровск-Гру-шевска писал областному жандармскому управлению о массовом появлении рабочих газет: «Хотя эти газеты и легализованы, но они с.д. направления и крайне вредно влияют на самосознание рабочих. Необходимо принять меры, дабы парализовать распространение столь вредной для рудничного населения литературы» [16].

При всем сложном положении редакций газет, скованных цензурой, рабочие получали от них помощь в борьбе за удовлетворение своих экономических требований, предъявленных предпринимателям и властям. Печать поддерживала стойкость рабочих, не уступавших хозяевам. К примеру, в августе 1913 г. началась крупная забастовка ростовских печатников типографии Яковлева. К ним присоединились работающие в других типографиях. Забастовка длилась 18 дней. Администрация объявила всем рабочим и служащим расчет и о закрытии предприятия. Через газету печатники объявили свои рабочие места под бойкотом и «просили рабочих печатного дела в Ростов не ехать» [17]. В знак солидарности рабочие всех типографий Ростова и Нахичевани-на-Дону отказались выполнять заказы типографии Яковлева и поддержали бастовавших материально. Так печатники объединенными усилиями решили свои насущные вопросы, владельцы были вынуждены уступить.

Наемные работники, несмотря на постоянные репрессии, применяемые органами местной власти и владельцами промышленных и других заведений, продол-

жали отстаивать свои социальные права. К ним присоединялась значительная часть демократической интеллигенции для совместных выступлений против полицейского произвола. В общественном движении участвовали студенты Новочеркасского политехнического института, учащиеся гимназий, некоторые учителя, врачи, фармацевты и др. Они создавали легальные общества, кружки: литературные, спортивные, музыкальные по образованию рабочих, рукоделию для женщин и другие, где нелегально велась и антиправительственная пропаганда.

Образование - важнейшая составная часть рабочего вопроса. Уровень образования (во многом за счет воскресных школ и самообразования) повышался, но был далеко не достаточным. Во время забастовок в списке требований рабочие выдвигали постройку школ. Например, металлурги Сулинского завода и шахтеры Ры-ковского рудника потребовали от хозяев построить школу и библиотеку на 500 мест, ежегодно выделять по 300 р. на приобретение книг [18].

Студенты, которых обеспечивали родители, и даже не имевшие средств на обучение, стремились получить образование в столичных вузах России и старейших университетах Европы. Это давало возможность расширить базу образования и углубить разнообразные знания. Среди наиболее способной молодежи эта традиция сохранилась. В условиях XXI в., когда Россия вступила в Зону европейского образования, возросла роль университетов в развитии культурных ценностей, мобильности граждан с более широкой возможностью их трудоустройства. Образовательное сотрудничество важно в укреплении мирных демократических обществ, содействует в принадлежности к общему социальному и культурному пространству [19]. Таким образом, вопросы образования молодежи уже в начале XX в. были в центре внимания не только интеллигенции, но и передовых рабочих. Человечество стремится к созданию гармоничного общества.

В борьбе за удовлетворение различных требований экономического и политического характера рабочие и близкие по интересам слои общества использовали кампанию по выборам IV Государственной думы. В июне 1912 г. закончился срок полномочий III Думы. Летом и осенью проходила подготовка выборов в IV Думу. Ростовская большевистская организация после ряда арестов была ослаблена, но в сентябре она создала новую «Центральную» группу во главе с В.М. Каспаровым, В.Г. Кор-неевой. От фабрики Панченко, завода Лели, типографии Гордона и рудников в число уполномоченных вошли большевики [20].

Меньшевики (Б.С. Васильев, А.С. Локерман) пошли на блок с кадетами. Донское охранное отделение в августе сообщало департаменту полиции: «С Васильевым как руководителем меньшевиков заключил договор представитель местной кадетской партии В.Ф. Зеелер, о том, что они составят блок на выборах в IV Государственную думу и проведут в выборщики своих членов» [21].

На областном собрании уполномоченных 4 октября в Новочеркасске обсуждались две избирательные платформы - меньшевиков и большевиков. Меньшевики требовали «полновластного народного представительст-

ва, созданного на основе всеобщего избирательного права, свободы коалиции» и т.д. Большевики выпустили «Наказ» донскому депутату с призывом «защищать интересы революционного пролетариата и всей демократии... не умалять требований революционного пролетариата» [22], что его деятельность, направленная на укрепление социал-демократии, будет поддержана рабочими. Предвыборные дискуссии были острыми. Уполномоченные должны избрать тех, кто поставит «рабочий вопрос» в новом составе Думы и будет добиваться его решения.

Требование введения 8-часового рабочего дня было включено в обе платформы, что рабочие приветствовали и надеялись решить этот вопрос в Думе. Из 90 уполномоченных, присутствовавших на собрании, за платформу меньшевиков проголосовало 14. Собрание избрало 3 выборщиков: С. Косиневского, В. Лаза и И.Н. Туляко-ва. Они заявили, что «стоят за большевистскую платформу» [23]. На областном съезде выборщиков депутатом в Думу был избран слесарь Сулинского завода Туляков, который вскоре перешел в меньшевистскую часть социал-демократической фракции Думы. Рабочие Донской области поддерживали связь с депутатами Г.И. Петровским и А.Е. Бадаевым, с помощью которых добивались решения своих проблем.

Одной из основных форм рабочего движения, направленного на повышение уровня жизни, образования и улучшения условий труда, быта являлись экономические и политические забастовки. В 1912-1914 гг. их число постоянно возрастало. Забастовки становились более длительными и упорными. Если в 1912 г., по официальным сведениям, в области имело место 26 забастовок, то в первой половине 1914 г. - 72. Впереди рабочего движения шли металлисты, шахтеры, печатники и другие категории трудящихся.

В декабре 1913 г. шахтеры Рыковского рудника 5 дней бастовали, предъявив 26 пунктов требований владельцам. На первом месте стояло постоянное требование 8-часового рабочего дня, которое могло быть удовлетворено в государственном масштабе. Шахтеры приветствовали большевистскую фракцию в Думе, внесшую этот законопроект на обсуждение. С аналогичными требованиями выступили шахтеры рудника Парамонова в апреле того же года. К ним присоединились 7 тыс. рабочих прилегающих шахт [24]. На подавление рабочих волнений направлялись воинские команды. Власти боялись размаха забастовок и распространения их на другие горные районы области. Предприниматели пошли на полное удовлетворение всех требований бастующих.

Накануне Первой мировой войны рабочее движение в Области войска Донского находилось на подъеме. В мае - июле 1914 г. оно достигло уровня всеобщей городской стачки в Ростове, использовалась такая форма борьбы, как выход на улицу: многотысячные собрания в Сулине, Таганроге, рудниках, митинги и демонстрации. 14 июля, несмотря на усиленные наряды полиции и воинских частей, находившихся в состоянии готовности, в знак солидарности с пролетариями Петербурга и Баку началась трехдневная всеобщая забастовка в Ростове и Нахичевани-на-

Дону. Остановились все крупные и мелкие предприятия города за исключением железнодорожных мастерских и табачной фабрики Асмолова [25].

В обстановке общенационального политического кризиса в стране, охватившего и Донской край как составную часть империи, рабочее движение находилось на уровне высокой организованности и сплоченности, был заметен рост политической сознательности народных масс. Решительно выдвигались и отстаивались социально-экономические и политические требования трудящихся, их правовое положение в обществе. Социал-демократическая фракция Думы добивалась постановки рабочего вопроса перед правительством. Но думское правооктябристское и ок-тябристско-кадетское большинство не ввело 8-часовой трудовой день и не решило другие проблемы рабочих.

Наемные работники выступали совместно с другими общественными силами, близкими по требованиям. Применялись разные формы легального общественного движения, защищавшего интересы трудового народа. Однако в условиях существования самодержавной монархии решить рабочий вопрос на уровне правительства полностью не удалось, хотя отдельные его стороны усилиями самих рабочих решались. Правительственная политика по отношению к наемным работникам сводилась к полумерам, кардинально она не менялась, что явилось одной из причин крушения монархии.

Литература

1. Матвеев Р. Ф. Профсоюзы и проблемы социальной защиты населения (опыт Западной Европы). Ростов н/Д, 2004. С. 12, 13.
2. Страхование рабочих в России и на Западе. Т. 1. Вып. 2. Петербург, 1913. С. 26.
3. Отчеты начальника юго-восточного горного управления за 1912 г. Новочеркасск, 1913. С. 4, 421; То же за 1914 г. Новочеркасск, 1915. С. 435.
4. Приазовский край. 1913. 10 июля.
5. ГАРФ (Государственный архив Российской Федерации). Ф. ДП. 7 д-во. 1913. Д. 837. Л. 32.
6. Там же. Ф. ДП. 00. 1913. Д. 5. Ч. 21. Л. 34.
7. Правда. 1913. 19 марта, 25 мая.
8. ГАРО. Ф. 8. Оп. 1. Д. 430. Л. 147.
9. Там же. Ф. 455. Оп. 3. Д. 417. Л. 2-47.
10. Октябрьская революция на Дону. Ростов н/Д, 1957. С. 57.
11. Логинов В. Т. Ленинская «Правда». М., 1972. С. 392.
12. ГАРО. Ф. 68. Оп. 1. Д. 2. Л. 7.
13. Правда. 1912. 27 июня; 1913. 20 марта.
14. За Правду. 1913. 21 нояб.
15. Правда. 1914. 12 марта.
16. ГАРО. Ф. 829. Оп. 1. Д. 447. Л. 154.
17. Северная Правда. 1913. 25, 28 авг.; 3 сент.
18. ГАРФ. Ф. ДП. IV. 1913. Д. 45. Л. 52.
19. Информационные материалы. Болонский процесс. М., 2005. С. 10.
20. ГАРФ. Ф. ДП. 1912. Д. 130. Ч. 45. Л. 29.
21. ГАРО. Ф. 826. Оп. 1. Д. 162. Т. 2. Л. 483.
22. ГАРФ. Ф. ДП. 00. 1912. Д. 5. Ч. 21. Л. 44, 45.
23. Там же. Л. 49, 50.
24. Там же. 1913. Д. 45. Ч. 2. Л. 17, 53.

Поступила в редакцию

25. Там же. 1914. Д. 45. Ч. 11. Л. 107, 109; Утро Юга. 1914. 15 июля.
30 марта 2007 г.
Научтруд |