Научтруд
Войти

Иностранный туризм как инструмент внешней политики СССР в 1930-е годы

Автор: указан в статье

ТУРИЗМ И МИГРАЦИИ

ВЕСТНИК МГУС №2 (2) / 2007

самым посещаемым иностранными туристами регионом страны. Организатором путешествий по Крымской АССР для зарубежных гостей в 1931-1941 гг выступало Государственное (позже - Всесоюзное) акционерное общество «Интурист». Его маршрутная политика строилась таким образом, что вояжеры из-за рубежа могли познакомиться лишь с Южнобережным и ЮгоЗападным Крымом. При этом им демонстрировался стандартный набор наиболее известных природных и историко-культурных памятников, а также отдельные объекты социалистического строительства, связанные

с реальными или мнимыми достижениями советской национальной политики и курортного строительства в республике. В то же время состояние и развитие соответствующей инфраструктуры «Интуриста» в Крыму, предназначенной для обслуживания иностранцев, оставляли желать лучшего. Край древних развалин и новых санаториев оставался своеобразной «пропагандистской периферией», лишь добавлявшей некоторые новые штрихи к общей картине советской действительности, полученной иностранцами в Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове и других крупных городах страны.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1 Иоффе А.Е. Интернациональные, научные и культурные связи Советского Союза (1928-1932). - М., 1969. - 200 с.; Кузьмин М.С. Деятельность партии и советского государства по развитию международных научных и культурных связей СССР (1917-1932 гг.). - Л., 1971. - 149 с.; Немоляева М.Э. Ходорков Л.Ф. Международный туризм: вчера, сегодня, завтра. - М., 1985. - 176 с. и др.
2

Орлов И.Б., Крессова М.Д. Иностранный туризм в СССР в конце 1920-х

- начале 1930-х годов: проблемы становления «freemen industry» // Проблемы истории сервиса: здравоохранение, культура, досуг: Сб. статей. - М., 2004.

- С. 159-169; Орлов И.Б. Становление института гидов-переводчиков в СССР (1929-1939 гг.) // Soviet and Post-Soviet Revue. - California, 2004. - Vol. 31.

- № 2. - P 205-227; Его же. Рождение и первые шаги «Интуриста» // Социальное развитие России: состояние, проблемы, перспективы: Материалы Всероссийской научно-практической конференции. - Майкоп,

2005. - С. 199-206.

Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. Р-9612. Оп. 1. Д. 2.

Л. 1-2.

4
5
6
7
8 9
10
11
12

Государственный архив г. Севастополя (ГАГС). Ф. Р-250. Оп. 1. Д. 1. Л. 10-12; Д. 3. Л. 50.

Государственный архив Автономной Республики Крым (ГААРК). Ф. Р-652.

Оп. 4. Д. 25. Л. 1-2; Д. 927. Л. 3.

ГАРФ. Ф. Р-9612. Оп. 1. Д. 6. Л. 1, 10.

Там же. - Д. 10. Л. 2.

Там же.

Come to the Crimea! Land of sunshine, fragrance and health. [M], [1931]. - P. 19-20. Visit the USSR. - M., [1933]. - P. 2, 18-48.

Cruises in the USSR. [M.], [1939]. - 24 p.

Генеральная инструкция по обслуживанию иностранных туристов в СССР.

13
14
15

[М.], 1937. - С. 111-112.

Seeing the Soviet Union. [M.], [1933]. - P. 43.

Подсчитано по: ГАГС. Ф. Р-250. Оп. 1. Д. 8. Л. 22; Д. 73. Л. 168; Д. 141. Л. 6. ГАГС. Ф. Р-250. Оп. 1. Д. 112. Л. 9.

16
17
18
19
20 21 22
23
24
25
26
27

Там же. Д. 5. Л. 77-77об.

ГААРК. Ф. Р-652. Оп. 4. Д. 745. Л. 10-11.

ГАРФ. Ф. Р-5283. Оп. 8. Д. 185. Л. 48-48об; ГАГС. Ф. Р-250. Оп. 1. Д. 112. Л. 41-42. Социалистическая реконструкция Южного берега Крыма: Материалы районной планировки. - Симферополь, 1935. - С. 227.

Курортные известия. - 1937. - 21 ноября.

ГАГС. Ф. Р-250. Оп. 1. Д. 75. Л. 18; Д. 142. Л. 5.

ГААРК. Ф. Р-652. Оп. 9. Д. 339. Л. 1-3.

ГАРФ. Ф. Р-9612. Оп. 1. Д. 10. Л. 33.

ГААРК. Ф. Р-613. Оп. 1. Д. 999. Л. 18-19.

Там же. Ф. Р-652. Оп. 4. Д. 745. Л. 11об.

Гости пролетариата СССР: Декларации, заявления, письма, отчеты иностранных рабочих делегаций, побывавших в СССР. - М., 1932. - С. 30. Источники для составления таблицы: ГАРФ. Ф. Р-9612. Оп. 1. Д. 55. Л.

3, 7; ГАГС. Ф. Р-250. Оп. 1. Д. 8. Л. 22; Д. 53. Л. 174; Д. 73. Л. 168; Д. 104.

Л. 214об.; Д. 141. Л. 6; Д. 167. Л. 117-118; ГААРК. Ф. Р-663. Оп. 6. Д. 51. Л.

2; Всесоюзная здравница. - 1936. - 14 августа. Архивные материалы, обработанные автором в 2004-2006 гг., позволили несколько уточнить цифры, приведенные в более ранней статье: Попов А. Использование количественных данных для определения характера иностранного туризма в СССР (до 1941 года) //1сторичн i полiтологiчнi до^дження. - Донецьк.
28
29

- 2004. - № 2. - С. 181-186.

ГАГС. Ф. Р-250. Оп. 1. Д. 142. Л. 7об.

Куликова Г.Б. Под контролем государства: пребывание в СССР иностранных писателей в 1920-1930-х годах // Отечественная история. - 2003. - № 4.

- С. 58.

30
31
32
33
34

ГАГС. Р-250. Оп. 3. Д. 2. Л. 89-90.

Там же. Оп. 1. Д. 173. Л. 24, 32; Оп. 3. Д. 3. Л. 23.

См.: Посетите СССР [М.], 1940. - 52 с.

ГАРФ. Ф. Р-9612. Оп. 1. Д. 66. Л. 23; ГААРК. Ф. Р-613. Оп. 1. Д. 999. Л. 21. ГАРФ. Ф. Р-9612. Оп. 1. Д. 75. Л. 8-9.

УДК 902

Иностранный туризм как инструмент

внешней политики

Государственный университет

Характеризуя советскую действительность в 1930-е гг. профессор Университета Калифорнии (Санта Крус) Петер Кенез назвал Советский Союз «пропагандистским государством». В этом определении отражена специфическая черта рассматриваемой эпохи - высокая роль пропаганды, которая проявлялась как во внутренней политике, так и во внешней. В этой связи примечательным явилось принятое 11 апреля 1929 г. постановление Совета Труда и Обороны, в соответствии с которым было образовано государственное акционерное общество по иностранному туризму в СССР (ГАО «Интурист»).

Как отмечается на официальном Интернет-сайте «Интуриста», главная задача ГАО состояла в «привле-

СССР в 1930-е годы

Стукал

Высшая школа экономики, г. Москва

чении и обслуживании иностранных туристов и экскурсантов в СССР, продаже билетов, перевозке иностранных туристов... обеспечении их помещением для проживания, организации продажи сувениров и предметов искусства, культурном обслуживании».1 Однако получение «Интуристом» права работы за рубежом, проведения там рекламных акций и открытия представительств не могли не придать функционированию этой организации специфического политического подтекста. Он, однако, проявился не сразу, планомерно проступая как в деятельности сотрудников организации, так и в отчетах и планах ГАО.

Год рождения «Интуриста» ознаменовался такими знаковыми событиями, как обвал на Уолл-стрит 25 ок-

115

ВЕСТНИК МГУС №2 (2) / 2007

ТУРИЗМ И МИГРАЦИИ

тября 1929 г. и последовавшие затем экономический кризис и Великая депрессия. «Погружение в экономическую пропасть» (Э. Хобсбаум ) сопровождалось значительными изменениями в сознании людей. Они затронули жизненные установки европейцев, окончательно разрушив пошатнувшуюся в результате первой мировой войны надежду на дальнейшее процветание Европы. Это создало предпосылки для возникновения в обществе глубокого пессимизма. Как отмечает Э. Хобсбаум, «Великая депрессия утвердила интеллигенцию, политиков и обычных граждан в мысли, что в мире, в котором они живут, что-то в корне неправильно»3. В сознании человека, лишенного веры в завтрашний день и утратившего средства к существованию, неизбежно возникает идейный вакуум (который, однако, довольно быстро заполняется радикальными убеждениями). Значительная часть населения европейских стран и США отторгалась привычной ей социальной системой. Это отчуждение способствовало выходу на авансцену коммунизма и фашизма - двух идеологических течений, которые обещали своим последователям положить конец их душевному дискомфорту и, что не менее важно, решить наиболее острые социальные проблемы. Идейное напряжение западной интеллигенции и широких слоев населения между этими двумя крайними идеологиями предопределило в значительной степени политические изменения в мире в 1930-е годы.

В этом контексте на Западе изменялось отношение к Советскому Союзу. Это был «загадочный процесс, когда люди умирающей и слабеющей культуры начинают восхищаться жизнеспособностью и самоутверждением культуры, находящейся на подъеме»4 Впрочем, никакой загадки в этом процессе не было: в предлагавшемся коммунизмом проекте социальной инженерии человек обретал прочную нишу в социальной системе, стабильность, ощущение безопасности - базовые потребности человеческой психики, утраченные с наступлением хаоса Великой Депрессии. У человека вновь появлялся смысл жизни. Все это в глазах европейцев и американцев придавало Советскому Союзу особую привлекательность, которая особенно усиливалась в результате прихода к власти в Германии А. Гитлера в 1933 г.

В самом Советском Союзе начавшаяся индустриализация поставила задачу улучшения имиджа СССР на Западе, привлечения в Союз кадров инженерно-технической интеллигенции. Низкий уровень экономического развития СССР, сумевшего лишь ко второй половине 1920-х годов выйти на довоенный уровень сельскохозяйственного производства и неумолимо отставшего от промышленного развития европейских стран, обусловил стремление советского руководства привлечь зарубежные технологии к ускоренной модернизации страны.

Необходимость использования достижений иностранных государств предопределила те акценты, которые первоначально были официально расставлены в деятельности «Интуриста». Из ранних документов, относящихся к первому году работы организации, можно сделать вывод о доминировании экономических мотивов в работе ГАО. Так, в записке члена Правления «Интуриста» Т.С. Хозяинова «О проблемах развития иностранного туризма в СССР» от 22 сентября 1929г. отмечалось: «Иностранный туризм в наших условиях можно считать как особую отрасль хозяйства как са-

мый простой и выгодный экспорт. В самом деле, мы продаем туры СССР за границей за иностранную валюту... Кроме того, туристы, находясь в СССР, совершая купленный ими тур, покупают всевозможные антикварные, кустарные и другие вещи, за которые также уплачивают иностранной валютой. иностранный туризм способствует установлению и укреплению культурно-экономической связи».

Сугубо экономический подход к иностранному туризму неуклонно оттеснялся на второй план политической составляющей в деятельности «Интуриста». Этот процесс можно проследить по трем направлениям: кадровая политика, реклама и методы обслуживания.

Уже в докладе председателя правления «Интуриста» коллегии Наркомвнешторга от 1932 года подчеркивается: «по Московскому отделению на 1 февраля с.г партпрослойка - 18%, вместе с комсомольцами - 42%, причем идет работа по увеличению партийно-комсомольской прослойки»6 Это указание свидетельствует о значительной роли, придававшейся политической грамотности сотрудников данного ГАО. В дальнейшем кадровая политика руководства «Интуриста» будет характеризоваться еще большим вниманием к политической «пригодности» сотрудников. В частности, в материалах отчета организации за 1935 г. указывается: «В части основных обслуживающих и соприкасающихся с иностранными туристами кадров. где требуются особенно политически-выдержанные работники (курсив мой. - Д.С.), Правление стремится закрепить проверенных людей в постоянный штат. чтобы в периоды затишья туристического движения поднимать их политическую и деловую квалификацию». Гиды-переводчики, привлекавшиеся «Интуристом» для работы с зарубежными визитерами, снабжались специальными рекомендациями о том, каким образом можно создать у иностранцев положительный образ СССР По словам руководителя ВОКСа А.Я. Аросева, «.переводчики играют роль заградительных отрядов, которые идут впереди колонны. Иностранцы свои первые впечатления об СССР получают от переводчиков»8 То есть они выступали в качестве одного из ведущих каналов презентации СССР

Реклама также являлась постоянным объектом внимания руководства «Интуриста». В отчете организации за 1936 г. отмечалось, что «культпоказ» - это «важнейший участок, имеющий основное политическое значение»9 В значительной части внутренних служебных документов «Интуриста» указывались недостатки использовавшихся методов представления СССР за границей и существовавших рекламных материалов. Затрагивался также вопрос о путях и методах совершенствования советской рекламы. В докладе (4 марта 1937 г.) заместителя председателя правления «Интуриста» А.М. Зайднера о поездке в Скандинавию автор отдельно останавливается на форме и содержании рекламы, отмечая: «.если мы пропагандируем поездку в Советский Союз за границей, то мы должны отойти от газетной рекламы, и перейти на брошюры и фолде-ры и различные буклеты, в которых можно дать более обширные данные, например, о народном образовании, о национальном вопросе, чтобы народ это читал и воспринял бы идею советской власти»1.0 Слова А.М. Зайднера свидетельствуют о понимании руководством «Интуриста» тех политических и социальных аспектов,

116

ТУРИЗМ И МИГРАЦИИ

ВЕСТНИК МГУС №2 (2) / 2007

которые выгодно (с точки зрения тех или иных слоев населения западных стран) отличали СССР Показательно, что ставка в рекламных материалах делалась не на комфортабельность условий проживания в гостиницах «Интуриста», не на высокое качество сервиса, а на аспекты, теоретически имеющие лишь отдаленное отношение к туристическому делу, но способные превратиться в визитную карточку страны и отвечающие задаче пропаганды достижений советского строя. В тезисах к материалам по третьей пятилетке (за 1937 г.) специально подчеркнуто, что «содержание показов должно... строиться на показах достижений социалистического строительства во всех областях народного хозяйства, культуры и быта соц. общества и определяться решениями ЦК партии и правительства на каждый отрезок времени 3-й пятилетки»1.1 А в уже упоминавшемся докладе А.М. Зайднер отметил: «Целью нашей рекламы является пропаганда идеи советской власти.»!2

Повышенное внимание к содержанию рекламных материалов со стороны руководства СССР (что уже само по себе примечательно) дополнялось цензурой Главлита. Это было обусловлено пониманием того, что «правильно поставленная и художественно оформленная реклама является одним из основных движущих факторов развития иностранного туризма в СССР и популяризации СССР за границей»1, а также признанием того, что она является «в ряде стран единственным источником правильной непосредственной информации о социалистическом строительстве и его достижениях».14

Реклама, осуществляемая «Интуристом», таким образом, расценивалась как средство одновременной деи рестереотипизации образа СССР Распространение рекламной информации позволяло разрушать ложные, порой сказочные представления европейцев и американцев о Советском Союзе. Так, в докладе председателя ревизионной комиссии ГАО «Интурист» о результатах ознакомления с донесениями гидов отмечалось, в частности: «.одна из компаний интуристов из Америки [рекомендовала брать] с собой бумажные салфетки, ваксу и туалетное мыло, в полной [убежден]ности в отсутствии этих предметов в СССР».5 Ярким примером целенаправленного конструирования ложного образа СССР являются франкистские кампании в Испании во время и после Гражданской войны 1936-1939 гг. Отечественный исследователь применительно к началу 1940-х гг. отмечает: «Можно утверждать, что Россия и русские упоминаются на страницах периодики часто, значительно чаще других наций и стран. Практически каждый номер местных изданий содержит от одной до трех статей с тенденциозной информацией о русских (в виде репортажа, новостей, полемического очерка)».6

При этом продуцирование ложных представлений об СССР началось еще в рассматриваемый период. В романе Риккардо Леона «Roja y gualda», опубликованном в 1934 г., русские ассоциируются с ужасами республиканского правления: «.когда Красный Зверь уже был у власти, стали ежедневным законом поджог, воровство, убийство, все виды насилия и террора».7

В полной мере задаче разрушения бытовавших на Западе стереотипов относительно СССР соответствовала ориентация советской пропагандистской машины на максимально широкий охват аудитории, что являлось объектом постоянных забот руководства «Ин-

туриста». Так, причиной недовольства председателя Правления ВАО «Интурист» В.А. Курца зданием их представительства в Риме было его неудобное расположение, в результате чего «главная волна [прохожих. - Д.С.] проходит мимо»18 Сосредоточенность на массовости иностранного туризма вкупе с его политизированным характером предполагала особую технологию обслуживания гостей СССР

Для характеристики методов обслуживания иностранных туристов удачным представляется термин «техника гостеприимства», введенный американским исследователем П. Холландером. В «технике гостеприимства» исследователь выделил два основных компонента: своего рода обхаживание визитера с целью «добиться того, чтобы гостю психологически было очень трудно испытывать и выражать негативные чувства по отношению к хозяевам и стране, которую они посещают, а также критиковать их»1 9 , и «выборочное представление реальности», т.е. демонстрация лишь того, что создаст у туристов приятные впечатления.

Второй компонент был хорошо отработан: организовывались специальные выставки, призванные показать советскую действительность с наилучшей стороны. К таким «потемкинским деревням» относилась, в частности, выставка «Охрана матери и материнства», посвященная успехам советской медицины, системы дошкольного воспитания и закону об абортах. Зачастую организовывались встречи со специально подготовленными рабочими, которые были призваны донести до иностранных гостей Vox Populi, благоприятный для имиджа государства. В материалах Комиссии Совета Труда и Обороны по вопросам иностранного туризма, например, отмечается: «Мы считаем, однако, необходимым и для этих групп расширить посещение социально-культурных учреждений и допускать встречи и разговоры с рабочими, отдыхающими в домах отдыха, санаториях и т.п. Несколько опытов таких встреч в нынешнем году дали самые блестящие результаты, рабочие держались превосходно.»20 Характерна также деталь, подчеркнутая редакцией газеты «Комсомольская Правда» в публикации, посвященной визиту в СССР Р. Альберти и М.-Т. Леон: «.испанские писатели рассказали, что в каждом доме, куда они заходили, они могли видеть карту Испании и план города Мадрида»21. Очевидно, что посещения домов «обыкновенных» советских граждан также были тщательно спланированы.

Что касается обхаживания визитера, то этот аспект характеризуется двойственностью, интерпретация которой принципиально важна для понимания роли иностранного туризма как инструмента внешней политики СССР

Выше уже отмечалась ориентация советской пропагандистской машины на широкий охват аудитории. Однако наиболее пристальное внимание обращалось на тех иностранных граждан, которые впоследствии могли бы способствовать еще большей популяризации СССР Во многом с этим была связана принятая в «Интуристе» практика классификации гостей СССР на две категории: туристы, заинтересованные лишь в получении новых впечатлений; «вторая группа - это небольшие сравнительно группы от 1-50 чел., производящие углубленные поездки по всей стране. В большинстве случаев эти группы, возвращаясь на родину, выступают у себя с лекциями, статьями, брошюрами и даже книгами, при чем основной тон этих выступлений

117

ВЕСТНИК МГУС №2 (2) / 2007

ТУРИЗМ И МИГРАЦИИ

благожелательный»22

Это в значительной степени объясняется тем, что наряду с разрушением ложных представлений, как уже было отмечено, активно создавались новые, не более правдивые, но теперь уже в выгодном свете изображавшие СССР Рестереотипизация образа Советского Союза рассматривалась как одна из основных задач рекламы. По архивным документам прослеживается неуклонно возраставшее внимание руководства «Интуриста» к влиянию деятельности акционерного общества на западное общественное мнение. В материалах отчета ВАО за 1935 г отмечалось: «вследствие ознакомления туристов с достижениями социалистического строительства, за границей появился ряд книг, брошюр и статей в буржуазной печати о Советском Союзе, большое количество туристов выступало с докладами и отчетами о своих поездках, что несомненно явилось положительным фактором в выполнении основной политической задачи Интуриста - формировании общественного мнения в капиталистических странах в пользу СССР»23 (курсив мой. - Д.С.) Прямая связь между развитием массовости иностранного туризма и ростом его политической значимости заметна в подготовленных сотрудниками «Интуриста» тезисах к материалам по третьей пятилетке, где замечено: «Одновременно с количественным ростом инотуризма, росло и его политическое значение, как фактора, влиявшего на формирование общественного мнения в капиталистических странах в пользу СССР».4

В контексте общей политической установки на конструирование положительного имиджа Советского Союза в зарубежном общественном мнении становится объяснимым стремление привлечь в СССР деятелей культуры и науки, от которых, собственно, и исходили наиболее восторженные отзывы о посещении Советского Союза. Положительная оценка, дававшаяся ими происходившим в СССР процессам, была особенно ценна в условиях внутренних трудностей, известия о которых негативно сказывались на зарубежном общественном мнении. Многого стоили слова Сиднея Вебба25 произнесенные после посещения им в 1934 г. (!) колхоза «Путь Ленина» и колхоза им. Ленина: «Какой гнусностью представляется после этого распространение легенды о голоде и нищете в СССР»26 Знаменательно высказывание Б. Шоу о голоде в СССР в 1930-е гг: «Я никогда не питался так хорошо, как во время моей поездки по Советскому Союзу». И если Б. Шоу (как и С. Вебба, хотя и с существенными оговорками) трудно назвать сторонним, незаинтересованным наблюдателем, то немецкого журналиста Зибурга сложно заподозрить в сознательном искажении действительности, когда он заявил: «Я поражен энтузиазмом и оптимизмом советской молодежи. Я вижу как Ваша страна под руководством Его (указал на портрет Ленина) быстрыми шагами строит будущее вашей страны»27

Однако помимо VIP гостей (по классификации «Интуриста» - вторая категория) СССР посещали иностранцы первой категории, т.е. люди, не планировавшие (а зачастую просто не имевшие возможности) по возвращении из Союза заниматься просоветской пропагандой. Условия, в которых оказывались туристы этой категории, свидетельствуют об указанной выше двойственности: это был далеко не тот комфортабельный отдых, который находили в СССР VIP-гости.

Хотя в отчетных материалах акционерного обще-

ства регулярно отмечалось, что «...вопросы улучшения качества обслуживания интуристов. являлись одним из центральных пунктов работы руководства «Интуриста»^8 в этой сфере сохранялись значительные проблемы: «.иностранцы ночевали в ванных комнатах, в коридорах, или вынуждены были ночевать на вокза-лах»2, «в большинстве случаев помещения грязные, с несвежим бельем. нет ванн, уборные настолько загрязнены, что ими невозможно пользоваться.»30 Недовольство туристов вызывали также условия проезда по территории СССР (порой поезда и пароходы были слишком старыми, некомфортабельными и грязными, встречались жалобы на наличие клопов) и качество еды. Проблема питания иностранных туристов особенно возрастала в условиях голода в стране. И если наиболее видным представителям западной интеллигенции оказывались услуги самого высокого качества, в том числе в сфере питания, то рядовые туристы не избегали проявлений существовавших в Советском Союзе острых проблем. Это, бесспорно, сказывалось на общем впечатлении туристов, часть которых давала негативные оценки СССР и строила скептические прогнозы в отношении будущего страны: «Россия стремится произвести на свет новую цивилизацию, но такие попытки несут за собой большие трудности и великие пертурбации, всегда гибельные»31 С учетом того, что в структуре иностранного туризма доля интеллигенции (принимавшейся не как VIP-гости) составляла около 35-40%, беспокойство «Интуриста» по поводу улучшения качества обслуживания становится вполне понятным.

Для того чтобы сгладить возможные враждебные выпады в адрес страны и завоевать симпатии наиболее видных представителей культурный элиты Европы и Америки, последним оказывался особый прием, решения по которому принимало Политбюро32

Огромная роль, придававшаяся мнению видных западных деятелей культуры, видна по тому перечню представителей советской элиты, с которыми организовывались встречи иностранных VIP-гостей. Среди них - Н.И. Бухарин, К.Е. Ворошилов, Л.М. Каганович, Л.Б. Каменев, В.М. Молотов, Л.Д. Троцкий, ГГ. Ягода. В особых случаях устраивались встречи с И.В.Сталиным. Это был признак чрезвычайного внимания к гостю, своего рода «козырная» технология гостеприимства советской «культурной дипломатии». По словам В.М. Бережкова: «Сталин любил и умел пускать иностранцам пыль в глаза. Умел «вождь народов» и накапливать достаточно средств, чтобы обхаживать тех, кого хотел привлечь на свою сторону»33 Показателен эффект, который оказал пышный прием в СССР и встреча с И.В. Сталиным на французского писателя А. Барбю-са. Во многом под впечатлением от увиденного и испытанного в Советском Союзе «под отеческой опекой Совета народных комиссаров» (Р Роллан) А. Барбюс пишет апологетические произведения об СССР, среди которых «Россия» и «Сталин».

Для осмысления деятельности «Интуриста» и оценки значимости туристов из-за рубежа для советского руководства необходимо выявить причины заинтересованности режима в укреплении неформальных связей СССР с иностранными гражданами. Для обозначения этих специфических неформальных связей американский исследователь Ф. Баргхорн ввел специальный термин - «культурная дипломатия». Под ним

118

ТУРИЗМ И МИГРАЦИИ

ВЕСТНИК МГУС №2 (2) / 2007

историк подразумевал «манипуляцию культурными фактами и деятелями культуры для целей пропаганды».34 Это понятие кажется вдвойне удачным, так как оно не только отражает сложность и многоплановость методов «технологии гостеприимства», но и указывает на включенность этих технологий в систему советской дипломатии с вполне осознанной целью.

В 1920-е гг. эта цель была довольно очевидна и состояла во всемерном приближении мировой революции, для чего необходимым представлялось непрерывное обращение к общественному мнению на Западе с известиями о победах большевиков в деле строительства самого справедливого общества. В то время это была «уловка», аналогичная той, к которой прибег еще Т Мор при написании своей «Утопии»: создать картину счастливой жизни на фоне несправедливого и жестокого реального мира. Для большевиков таким реальным миром выступали страны Европы, глубокий кризис которых должен был подчеркиваться и доводиться до сознания широких масс Коминтерном. В этот период пропагандистская машина принципиально отличалась от той, которая существовала в 1930-е гг.: очевидна внешняя революционная направленность пропаганды, которая сама носила не столько рекламный, сколько стереотипизирующий и антитезный характер. Показательно, что ВОКС было создано лишь в 1925, а «Интурист» - в 1929, т.е. тогда, когда задача осуществления мировой революции была отодвинута на второй план (говорить о ее полном исключении из повестки дня было бы неправильно). Наличие структур, призванных заниматься распространением положительного образа страны в самых широких классах (в том числе по марксистской теории, враждебных пролетариату) посредством налаживания культурных связей и туризма, слабо вписывалось во внешнеполитическую доктрину 1920-х гг.

Ситуация в корне изменилась в рассматриваемый здесь период. Ставка на «построение социализма в одной отдельно взятой стране» сделала необоснованными чрезмерные траты на активизацию зарубежного революционного движения. В связи с этим необходимым представляется определить, в чем же состояли те интересы, которые преследовало руководство СССР, продолжая расходовать значительные финансовые средства на внешнюю пропаганду.

Одна из причин заинтересованности в положительном образе Советского Союза на Западе состояла в стремлении создать за рубежом своеобразную группу влияния, ориентированную на способствование продвижению интересов СССР на мировой арене. Реализация поставленных внутриполитических задач, претворение в жизнь лозунга о построении социализма была возможна лишь в условиях стабильности в отношениях СССР с другими странами и отсутствия угрозы боевых действий. Опасность нагнетания обстановки и создания иллюзии приближающейся войны показал кризис хлебозаготовок в конце 1927 г, когда крестьяне, опасаясь приближающейся войны, избегали сдачи хлеба. Но гарантировать мир с капиталистической Европой сугубо дипломатическим путем представлялось маловероятным. В этой связи необходимым оказывалось налаживание неформальных путей достижения

внешнеполитических целей. Таким путем явилось включение в механизм согласования межгосударственных интересов пятой стороны - общественности. Четырехугольник внешнеполитических связей двух стран (помимо двух взаимодействующих стран сюда включаются также Лига Наций и Коминтерн) переформатировался в пятиугольник за счет появления нового фактора.

Специфика той системы двусторонних отношений, к выстраиванию которой стремился СССР, обладала весьма важной особенностью - нестабильностью и повышенной изменчивостью. Так, по замечанию американского историка Питера Файлина, признание Ф.Д. Рузвельтом Советского Союза в 1933 г. было вызвано в значительной степени тем переломом, который произошел в массовом сознании, в восприятии СССР3? Однако заключение советско-германского пакта и агрессия против Финляндии в конце рассматриваемого периода нанесли столь мощный ущерб положительному образу СССР, что, например, в Великобритании он, по замечанию отечественного исследователя, не восстановился в полном объеме даже в годы Великой Отечественной войны.3 6

Непостоянство нового звена в двусторонних отношениях порождало необходимость, по меньшей мере, в стабильно осуществляемой внешней пропаганде, подпитывающей благожелательное отношение к СССР за рубежом. Шли поиски наиболее эффективной модели презентации страны, в результате чего большая роль была отведена, как это указывалось выше, зарубежным деятелям культуры и науки. Помимо этой категории иностранных туристов повышенное внимание оказывалось иностранным политическим деятелям, приглашавшимся в страну (речь идет, в первую очередь, о деятелях коммунистического движения; в их число входили иногда социалисты). Политические деятели привлекали внимание советских руководителей по нескольким причинам. Во-первых, они имели возможность препятствовать антисоветским демаршам своих стран. В этой связи показателен пример леди Астор (член Парламента Великобритании от консервативной партии), посетившей СССР совместно с Б.Шоу и встретившейся с И.В.Сталиным. По возращении леди Астор в течение нескольких лет отстаивала интересы СССР в Парламенте.37

Общественные деятели и просто влиятельные люди (особенно в деловых кругах) также были важной составляющей в системе презентации Советского Союза самими иностранцами. Так, американский юрист Милтон «убедился в неправильности имеющихся у него сведений [об угнетенности крестьянства в СССР - Д.С.]... что является крупнейшим фактором его дальнейшей работы по содействию признанию СССР Аме-рикой»38

В завершение нужно отметить, что провалы в деятельности «Интуриста», бесспорно, случались. Наиболее яркий пример этого - книга «Возвращение из СССР», принадлежащая перу французского писателя, лауреата Нобелевской премии (1947) А. Жида. Однако отдельные неудачи не могли явиться препятствием для использования иностранного туризма в качестве инструмента внешней политики СССР

119

ВЕСТНИК МГУС №2 (2) / 2007

ТУРИЗМ И МИГРАЦИИ

ПРИМЕЧАНИЯ:

1
2
3
4
5
6
7
8

Официальный сайт АО «Интурист» (http://www.intourist.ru/news.spx?news=h1). Хобсбаум Э. Эпоха крайностей: Короткий двадцатый век (1914-1991). - М.: Издательство Независимая Газета, 2004. - С. 97.

Хобсбаум Э. Эпоха крайностей: Короткий двадцатый век (1914-1991). - М.: Издательство Независимая Газета, 2004. - С. 115.

Холландер П. Указ. соч. - С. 66.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.1.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.8.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.34.

Куликова Г.Б. Под контролем государства: пребывание в СССР иностранных писателей в 1920-1930-х годах!/ Отечественная история. - 2003. - № 4.

9
10
11
12
13
14
15

- С. 57.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.41. ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.58. ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.57. ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.58. ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.34. ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.34. ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.9.

16
17
18
19
20 21

Давиденко М.Д. Образ русского как нечистой силы в национал-католической Испании / Пограничные культуры между Востоком и Западом: Россия и Испания. - СПб.: ИРЛ РАН, 2001. - С. 500.

Там же. - С. 496.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.18.

Холландер П. Указ. соч. - С. 75.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.2.

Рафаэль Альберти и Мария-Тереса Леон о своем пребывании в СССР // Комсомольская правда. - 1937. - №90.

22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.2.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.34.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.57.

С. Вебб - видный английский экономист, историк и политический деятель, автор (совместно с супругой Беатрис Вебб) книги «Советский Союз - новая цивилизация?», опубликованной в СССР (но без вопросительного знака в заглавии).

Голубев А.В. «Основная цель его приезда...» Отчет сотрудников ВОКСа о пребывании в СССР деятелей науки и культуры Великобритании // Исторический архив. - 1996. - № 3. - С. 138.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.6.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.40.

Там же.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.9.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.9.

См.: Куликова Г.Б. СССР 1920-1930-х годов глазами западных интеллектуалов // Отечественная история. - 2001. - №1. - С. 5.

Бережков В.М. Указ. соч. - С. 193.

Barghoorn F.C. The Soviet Cultural Offensive. The Role of Cultural Diplomacy in Soviet Foreign Policy. - Princeton, 1960. - P. 10.

Холландер П. Указ. соч. - С. 149.

См.: Голубев А.В. Интеллигенция Великобритании и «новая цивилизация»

(Из истории советской культурной дипломатии 1930-х гг.) // Россия и внешний мир: диалог культур. - М., 1997. - С. 270.

Голубев А.В. Интеллигенция Великобритании и «новая цивилизация» (Из истории советской культурной дипломатии 1930-х гг.) // Россия и внешний мир: диалог культур. - М., 1997. - С. 264.

ГАРФ, ф. Р-9612, оп.2, д.9.

УДК 930

“Русская военная эмиграция во Франции 1920-1930 гг.: проблемы адаптации

С.А. Сотников

ГОУВПО «Московский государственный университет сервиса»

Образование российской военной диаспоры во Франции имело ряд специфических черт, обусловленных характером процесса формирования российской военной колонии, его интенсивностью, направленностью миграционных потоков, количественным и качественным составом беженцев, их ментальностью, наличием воинских организационных структур.

В целом генезису русской военной эмиграции во Франции присущи все основные типологические черты, характерные для других регионов мира; в то же время для французской ветви российской эмиграции характерно лидерство в административно-организационном отношении. «Русский Париж» с его системой центральных воинских организаций политических партий стал в 1920-1930-е гг. реальным центром российского военного зарубежья.

Поскольку истоки российской эмиграции «первой волны» берут начало в событиях революции и гражданской войны, то формирование российской военной эмиграции во Франции в 1920-е гг. как процесс испытывало влияния, характерные для развития военнополитических событий в России: фазы, стадии и эмиграционные потоки во Францию находились в прямой зависимости от хода гражданской войны 1917-1920 гг, политики большевиков внутри Советской России и т.д.

Понятие «военная эмиграция» включает в себя: в социальном плане - бывших военнослужащих российской императорской армии и белых военных формиро-

ваний периода Гражданской войны, а также членов их семей и молодежь, проявившую тенденцию к объединению и продолжению войны. В организационном отношении - военные общества и союзы, диверсионные группы, РОВС. В идейно-политическом - программу эмигрантского «активизма», принадлежность к военной культуре воинскую ментальность и т.д.

В первые послереволюционные годы - во время Гражданской войны и сразу после ее завершения - внешние миграционные проц

Другие работы в данной теме:
Научтруд |