Научтруд
Войти

Армянская интеллигенция Российской империи в общественной жизни Северного Кавказа (конец XVIII - начало ХХ века)

Научный труд разместил:
Ianmand
30 мая 2020
Автор: указан в статье

УДК 323. 329 = 19 (470. 6)

АРМЯНСКАЯ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В ОБЩЕСТВЕННОЙ ЖИЗНИ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА (КОНЕЦ XVIII - НАЧАЛО XX ВЕКА)

© 2009 г. Б.Т. Ованесов

Ставропольская государственная медицинская академия, ул. Мира, 310, г. Ставрополь, 355017, postmaster@stgma. ru

Stavropol State Medical Academy, Mir St., 310, Stavropol, 355017, postmaster@stgma. ru

Россия во время Кавказской войны была крайне заинтересована в заселении Северного Кавказа, не только близкими по этническому, но и по религиозному признакам народами. Рассматривается вклад армян, переселившихся в пределы Северного Кавказа, в дело экономического и культурного развития края, а также та положительная роль, которую они играли в деле сближения народов с Россией.

During the Caucasian War Russia was extremely interested in populating the North Caucasus with people who were not only close to it ethnically but also practiced the same religion. Armenians contributed much to the economic and cultural development of the region and played an important role in establishing closer relations between the North Caucasian peoples and Russia.

Сложные процессы межнациональных, конфессиональных отношений народов, населявших Северный Кавказ в период XVIII - начала XX в., усугублялись интересами крупных противоборствующих государств. Политика Ирана, Турции и России за овладение Закавказьем (Южным Кавказом) и Северным Кавказом, богатых сырьевыми ресурсами, хорошими климатическими условиями тяжело сказывалась на жизни коренного населения. Военно-политическая, экономическая и религиозная экспансия противоборствующих государств стала причиной значительного оттока части населения с родных мест и одновременного притока людей различных национальностей из других регионов, в основном из пределов Российской империи.

Основной целью данной статьи является освещение той роли, которую сыграла армянская интеллигенция в общественной и культурной жизни Северного Кавказа конца XVIII - начала XX в.

Проводя в жизнь восточную политику, царское правительство было заинтересовано в переселении армян на Северный Кавказ по причинам негативного отношения армянского народа к восточным деспотическим государствам, близости армян и русских по

религиозному признаку, многовековых навыков армян в земледелии и кустарном производстве, способности их вести широкую торговлю во многих регионах России, Закавказья, Османской империи, Ирана и в европейских государствах.

Следует отметить достаточно высокий уровень грамотности среди армянских купцов, знавших многие языки народов Северного Кавказа, а также иранский, турецкий и ряд европейских. Вклад армян, переселившихся в пределы Северного Кавказа, в дело экономического и культурного развития сыграл положительную роль.

Анализ торговой деятельности армянских купцов свидетельствует о том, что она способствовала взаимному общению и сближению народов России, Закавказья и Средней Азии. Торговые люди, побывав в России, отмечали, что армяне были сторонниками русской ориентации, а экономические связи являлись одним из факторов, подготовивших присоединение Закавказья и Средней Азии к России [1].

Деятельность армян на Северном Кавказе привела к развитию внутренней и внешней торговли. В условиях патриархального хозяйства горцев под влиянием армян, проводивших в жизнь современные по тому времени

формы взаимоотношений среди населения, появились товарно-денежные отношения в обществе. Но их деятельность не ограничивалась только торговлей. Полученный капитал они вкладывали, как правило, в строительство фабрик, заводов, в различные отрасли развивающейся промышленности. Не последнее место занимало стремление способствовать созданию учебных заведений и культурных центров.

С целью закрепления на местах компактного проживания армян в городах и селениях Северного Кавказа Грамотой императора Павла I были утверждены армянские суды: «В 28 день октября 1799 года Грамотой учредить в их селениях Армянского суда по примеру су-ществующаго такового Суда в Кизляре» [2].

Основными их функциями являлись внутреннее самоуправление, решение спорных вопросов, сбор налогов и регулирование хозяйственной жизни. С этой целью в армянских судах утверждались канцелярии с предоставлением им прав, определенных «Высочайшей Грамотой», и судопроизводство проводилось соответственно пунктам, изложенным в ней. Особый акцент сделан на уважительном отношении Кизлярского окружного начальства к решениям, выносимым армянским судом [2].

В пунктах Грамоты отмечено: подтвердить указами от 4 января и 15 апреля 1799 г. в империи право на свободное отправление армянами исповедания их христианской веры с дозволением в городах и селениях строить монастыри, церкви, колокольни, другие церковные здания «с отправлением в оных по законам их всех Церковных служб и духовных чиноположений, завися по делам духовным единственно от власти Армянского Патриарха Луки, пребывающего в монастыре Эчмиад-зин, и наместника его, находящегося в Империи нашей, архиепископа Иосифа, а также с умножением Армянских судов "и расправою, кроме уголовных дел" и быть под апелляциею Губернского Правления и Управляю-щаго Губерниею...» [2].

Значительный приток на Северный Кавказ военных частей, мирного населения, вынуждал административные органы искать пути комплектования грамотных людей для делопроизводства. Исключительно низкий образовательный уровень населения задерживал укрепление российской государственности в многонациональном крае. Обеспечение армии и административных учреждений аппаратом чиновников, способных полноценно осуществлять делопроизводство в области развивающейся экономики, торговли на уровне денежных отношений, стало жизненно важной проблемой для государства. Открытие фабрик и заводов на Северном Кавказе вызывало необходимость контроля администрации над их деятельностью.

Приток делопроизводителей извне, миссионерская деятельность православной церкви в деле образования детей и частные школы не могли обеспечить административные учреждения грамотными кадрами, создать условия для формирования местной интеллигенции.

В этой связи 17 марта 1803 г. был издан высочайший указ с постановлением об открытии в губернских городах гимназий, а в уездных - училищ [3].

Министерство народного просвещения своей первоочередной задачей на Кавказе считало обеспечение школьным обучением детей служивших в крае офицеров и чиновников из России и не вторгалось в область организации народного образования для местного населения.

Уже в 1810 г. стали поступать рапорты на имя Кавказского губернатора М.Л. Малинского, внесшего значительный вклад в дело развития народного образования на Кавказе, в которых указывались суммы денег, собранных в пользу открытия учебных заведений.

1 февраля 1812 г. во время созыва дворян Кавказской губернии вновь на повестке собрания прозвучало предложение о пожертвовании на устройство губернской гимназии и уездных училищ в г. Кизляре и Моздоке. На нем было решено обучение в этих учебных заведениях проводить так, чтобы юношество изучало «азиатские языки, для коих учители должны получать жалование по исчислению по 650 руб. от сих годов.», в том числе и армянский.
14 января 1820 г. открылось Кизлярское уездное училище. Оно состояло из 3 классов - одного приходского и двух уездных. Занятия вели 4 штатных и один внештатный преподаватели. В училище на 1852 г. числилось 73 ученика, из них детей дворян - 13, лиц духовного звания - 5, канцелярских служащих - 1, купцов - 9, мещан - 41, казаков - 4.

В формулярном списке о службе и достоинстве чиновников армянского происхождения Кизлярского уездного училища за 1847 г. представлены: коллежский секретарь дворянин А.С. Калантаров - почетный смотритель Кизлярского уездного училища, 38 лет, армяно-григорианского вероисповедания, жалований и никаких окладов содержания не получал; состоящий по установлении в 4 классах И.С. Телешев - учитель приготовительного класса Кизлярского уездного училища, 30 лет, вероисповедания армяно-григорианского. Получал жалование 142 руб. 85 коп. серебром, из мещан, по окончании курса в Московском Лазаревском институте восточных языков он был уволен с аттестатом 30 января 1841 г.; коллежский секретарь И.Г. Сукиасов - учитель армянского языка Кизлярского уездного училища 33 лет, армяно-григорианского вероисповедания, получал жалование 15 руб. 76 коп. серебром. Обучался в Московском Лазаревском институте восточных языков. До 1836 г. был г. попечителем Харьковского учебного округа, а затем по прошению его определен учителем армянского языка в Кизлярское уездное училище. В 1845 г. министром народного просвещения утвержден в чине губернского коллежского секретаря со старшинством.

В 1861 г. в Кизляре кроме уездного училища функционировало три частных школы, из них две армянских: школа домашнего учителя гражданина Кучубекова, состоявшая из 26 учеников. Из них детей дворян - 9, купцов - 13, мещан - 4. В школе домашнего учителя гражданина Исаакова находилось 19 детей, из которых детей обер офицеров - 1, лиц духовного звания - 1, купцов - 10 и мещан - 7. В этих двух школах дети обучались первоначальному чтению, русской и армянской грамоте. По

данным отчета, посещение в них было хорошее и содержание опрятное.

Назначенные предметы по уставу образования училища Кавказского учебного округа 1853 г. преподавались по руководствам, одобренным департаментом Министерства народного просвещения. Языки же армянский и татарский читались по руководствам, изданным институтом восточных языков Лазаревых [4].

Значительное количество дворян и учителей Северного Кавказа, занимавших административные посты, вышли из стен Московского Лазаревского института восточных языков.

Институт восточных языков в Москве был основан старинным армянским знатным родом Лазаревых. Как гласит институтская летопись, днем рождения учебного заведения можно считать 10 мая 1814 г. «В сие время с полною и блистательною церемониею освящено место и положен камень основания огромному учебному заведению по распоряжению достопочтеннейшего основателя и попечителя Иоакима Лазаревича Лазарева и при многочисленном стечении публики» [5, с. 142]. Род Лазаревых известен с XIV в. На протяжении длительного времени они занимали важные государственные должности при дворе персидских шахов. Но в связи с нестабильным положением в условиях политического и экономического гнета в 1750 г. Лазаревы эмигрировали в Россию. В конце XVIII в. Иван Лазаревич Лазарев выполнял наиболее сложные и ответственные поручения дипломатического и финансового характера как правительства, так и самой императрицы Екатерины II, а затем и Павла I. Род Лазаревых стал одним из самых богатых в России.

Лазаревский институт восточных языков выпускал учителей и образованных чиновников, лиц, желавших занимать должности по армяно-григорианскому управлению. С 1844 г. институт стал готовить чиновников для Кавказского края, а с 1849 г. получил права лицея исключительно для изучения восточных языков. Род Лазаревых оказал неоценимую услугу армянской науке, помогая и содействуя ей в выполнении ее культурно-просветительской задачи.

Большое число учителей и чиновников, окончивших Лазаревский институт, успешно работали в пределах Северного Кавказа.

Основанный родом Абамелик-Лазаревых Институт восточных языков дал возможность многим представителям русской интеллигенции занять достойное место в культурной и политической жизни страны, вырастил плеяду выдающихся армянских деятелей [5].

Общественная жизнь на Северном Кавказе, в частности армянского населения, стала непрерывно развиваться. Она не замыкалась в пределах региона, а носила общероссийский масштаб. Армянская общественность проявляла активность в различных сферах жизни. Примером этому может служить обращение Моздокского общества в 1860 г. в правительственные инстанции с просьбой о разрешении им открыть клуб по примеру других регионов России с целью «развеять однообразную жизнь, проводимую уединенно в домах, сблизиться с сословием русских и иметь общее место для развлече-

ний и коммерческих переговоров» [6, с. 484]. Они просили открыть клуб на правилах, установленных для Ставропольского клуба. Наместник Кавказа А.И. Барятинский дал разрешение на открытие клуба в Моздоке [6].

Город стал приобщаться к культурной жизни. Часто проводились музыкальные вечера, организуемые горожанами. Так, в марте 1874 г. в зале гостиницы «Тифлис» состоялся концерт Клементины Жованини из Баварии, которая исполнила армянский романс «Цыцернак» (Соловей), балетные сцены и др. Зрители встретили ее «чересчур шумно и неумеренно», бесконечно вызывая на «бис» [7].

Приобщение к культуре требовало и соответствующего повышения образовательного уровня населения Моздока. Многонациональный состав города формировался под влиянием русской культуры. Однако царское правительство и администрация города понимали важность сохранения национальных традиций общества как в культуре, так и в образовательном процессе. Всякое запрещение или подавление национального самосознания могло привести к нежелательным последствиям.

В ведомости об учебных заведениях Ставропольской Дирекции училищ за 1848 г. отмечено, что Моздокское уездное училище открыто 2 мая 1820 г., на содержание которого по штату было положено 1720 руб. серебром в год.

По социальному положению обучающиеся распределялись следующим образом: дети дворян - 4, купцов -12, мещан - 28, лиц духовного звания -1; итого 45 детей. А в 1848 г. обучалось уже 108 детей [8].

Из формулярного списка о службе и достоинствах чиновников за 1847 г. следует, что смотрителем Моздокского уездного училища был коллежский регистратор И.М. Серебряков, 45 лет, армяно-григорианского вероисповедания, жалований и никаких других окладов содержания не получавший. На службу поступил в Киз-лярское управление переводчиком, «награждением канцеляристом» за благотворительность в пользу бедных во время неурожаев в 1834 г., получил монаршее благоволение Указом Правительствующего Сената в 1841 г., за выслугу лет произведен в коллежские регистраторы со старшинством. Согласно прошению его, уволен от должности переводчика со старшинством и утвержден почетным смотрителем Моздокского уездного училища с обязательством жертвовать в пользу училища по 100 рублей серебром в год.

Среди учителей нижнего, или начального, класса Моздокского уездного училища необходимо выделить «состоящего по установлению в XIV классе» Н.Г. Калу-стова, 26 лет, армяно-григорианского вероисповедания, получавшего жалование 141 руб. 45 коп. серебром. Он обучался в Лазаревском институте восточных языков. Согласно прошению, в 1840 г. был определен учителем приходского параллельного класса в Ростовское уездное училище. По прошению, Пятигорским окружным начальником в 1842 г. назначен в Георгиевскую городскую ратушу исполняющим должность столоначальника. В 1844 г., по прошению, был определен учителем нижнего начального класса в Моздокском уездном училище.

Сверх своей обязанности с 29 июля 1849 г. исполнял должность учителя армянского языка, а потом - должность библиотекаря, содержателя магазина предметных учебных пособий и архивариуса Моздокского уездного училища.

В следующем документе указано, что штатный смотритель, титулярный советник Моздокский житель из армян Д.А. Серебряков, 36 лет, при похвальном, честном и безупречном поведении, распоряжаясь собственным хозяйством и торговыми делами, с благоразумием и выгодою, в случаях, требовавших особенного содействия, оказывал всегда готовность и усердие к пользе общественной и поручения от Моздокских обществ, неоднократно на него возложенных, исполнял. Со свойственною «ему ревностию, а наипаче отличить себя усердным содействием» в 1820 г. при «учинении» общественного постановления «о взносе 25 рублей с каждого ученика в пользу училищ г. Моздока и в нынешнем 1826 г. июля 1-го при постановлении общества о ежегодном взносе пятисот рублей на таковой же предмет сделав по отличном своему в минувших годах пользу Моздокских учебных заведений соответственно от себя пожертвования наличными деньгами свыше 1500 рублей, в удостоверение чего и дано свидетельство» [9, л. 3].

2 марта 1829 г. из Министерства народного просвещения на имя директора училищ Кавказской области поступило сообщение о награждении Моздокского гражданина из армян Давида Серебрякова медалью «за многие пожертвования, сделанные им в пользу тамошних училищ». Г. Товарищ Министерства народного просвещения уведомил его превосходительство, что «Государь император по предложению комитета Г.Г. министров Всемилостивейше пожаловать соизволил Моздокскому жителю из Армян Давиду Серебрякову серебряную медаль с лентою исполняющему должность начальника Кавказской области для отдачи по принадлежности» [9, л. 7, 7 об.].

В 1840 г. в Моздоке некоторое время ссыльный декабрист А.П. Беляев, побывав в «общественной школе» моздокских армян, отметил, что армяне города обучают своих детей в школах. «Из любопытства» он и его попутчики задали армянским школьникам ряд вопросов по арифметике, географии, русской грамматике «и убедились, что учат их или учили тогда с толком» [10].

Ранее Моздокский гражданин Тушмалов, основал в своем городе армянскую школу [11].

С самого возникновения г. Георгиевска в 1777 г. в него были переселены и армяне. При выходе из Александровских (северных) ворот направо располагался базар, за ним - Мещанская слободка, рядом с ней - армянские поселения с церковью и лавками. Неблагоприятные климатические условия, пожары нанесли Георги-евску непоправимый ущерб, что стало причиной упразднения его как губернского города, а затем и уездного. Культурному развитию города способствовали открытие в нем библиотеки и типографии. Были представлены правила для кавказского отделения библейского общества. Для него выписывалась литература на славян-

ском, грузинском, армянском, арабском, турецком, персидском, татарском, калмыцком и других языках.

В конце XVIII - начале XIX в. наступил тяжелый период в истории армянского народа. Это было связано со смертью Екатерины II и восхождением на трон Павла I, который перенес свою внешнеполитическую активность в Европу. Павел I отозвал часть войск из Закавказья, новому же главнокомандующему русскими войсками графу И.В. Гудовичу поручил ограничиться оборонительными действиями.

В связи с активной поддержкой русской армии армянским населением и угрозой физического уничтожения Дербентских и Мушкурских армян 28 октября 1799 г. была подписана Жалованная грамота Павла I, в которой «милостивейше дозволяется основать оный на месте старого Маджара и наименовать городом Святого Креста».

Переселение армян во вновь образованный город протекал болезненно. Несмотря на это в г. Святого Креста был воссоздан магистрат, получивший название армянского суда. Он руководствовался «Судебником», составленным в середине XVIII в. в Астрахани на основе армянских традиций.

Особое внимание обращалось на развитие культурной сферы, в частности, на организацию работы учебных заведений. В начале XX в. во всех семи начальных училищах Святого Креста, несмотря на смешанный национальный состав обучающихся (кроме церковноприходского училища), преподавался и армянский язык, который с охотой изучали и многие русские дети.

Новые явления в социально-экономической жизни позволили армянскому обществу в 1874 г. поднять вопрос о перенесении уездного центра из с. Прасковеи в г. Святого Креста. Только 14 января 1911 г. министерство внутренних дел уведомило ставропольского губернатора о том, что император 29 декабря 1910 г. утвердил постановление Совета министров о переносе уездных учреждений из с. Прасковеи в г. Святого Креста с преобразованием его из заштатного в уездный город и с переименованием Прасковейского уезда в Святокре-стовский.

Динамично развивающийся город привлек внимание акционерных обществ. В городе предстояло провести выборы в городскую думу на четырехлетний срок (1914-1917 гг.). В результате голосования в первую городскую думу было избрано 16 человек, в числе которых 13 армян. Победу одержала банковская группа, возглавляемая А.З. Калабековым [12].

Последующие события вплоть до октябрьского переворота свидетельствовали о значительной помощи населения города армии, особенно в тех отраслях, которые были связаны со снабжением продовольствием и военным снаряжением.

Останавливаясь на деятельности ставропольской гимназии, которая была основана одной из первых на Северном Кавказе, следует сказать, что учащиеся в ней получали глубокие знания. Зажиточные люди города и губернии армянского происхождения оказывали значительную материальную помощь учебным заведениям Ставрополя. 2 декабря 1878 г. в Ставрополе был образован комитет общества содействия распространению на-

родного образования. Из списка членов общества на 1881/1882 учебный год значатся действительными членами из армян Е.К. Попов, Х.К. Бабаев, А.Б. Баронов.

Избранный дворянством Ставропольской губернии и утвержденный «Государем Императором в должность Почетного попечителя Ставропольской гимназии помещик Пятигорского уезда Гавриил Степанович Каланта-ров, армянского происхождения, в течение трех лет пребывания в этой должности сделал значительные пожертвования гимназии.

Жена потомственного почетного гражданина г. Ставрополя Екатерина (по армянски Кегецик Карабегян) Попова в 1886 г. завещала после своей смерти вложить в Государственный банк Таганрогского отделения 20 000 рублей, на проценты от которых должны были содержаться в Ставропольской Александровской женской гимназии две воспитанницы армянского происхождения и две русского.

25 апреля 1908 г. Губернским по делам об обществах и союзах присутствием был внесён в реестр Дамский кружок общества вспомоществления недостаточным учащимся и бедным армянам в г. Ставрополе. Учредителями кружка выступили жены представителей интеллигенции и промышленников Н.К. Казарова, П.К. Ан-петкова и И.Н. Муратова [13].

М. Краснов в «Исторической записке о Ставропольской гимназии», пишет, что «летом 1842 года армянин Аладжалов разрыл курган около Мамайки (подгорной части Ставрополя): описание этого кургана и добытых там древностей было составлено учителями Кавказской гимназии Н.Е. Артюховым и П.Н. Хицуновым...» [3, с. 17]. Как следует из списка имен лиц, упомянутых М. Красновым, Аладжалов указан как археолог. Такие раскопки в архивных и литературных источниках на Ставрополье упоминаются впервые.

Значительным событием в г. Ставрополе стало открытие частной музыкальной школы. Основателем её и директором стал армянин И.Е. Попов. Он окончил Московское филармоническое училище по классу теории музыки у известного профессора Н.Д. Кашкина.

Перу И.Е. Попова принадлежат симфония до-минор, Армянская рапсодия, Восточная сюита, Испанские танцы, увертюра «Иван Грозный» и многие другие произведения, а также книга «История армянской музыки».

Широкой известностью пользовался летний театр М.С. Пахалова, построенный в 1909 г., на сцене которого выступали российские и зарубежные артистические труппы. Известный ставропольский предприниматель Б.Д. Бедросов стал пионером открытия в 1911 г. первого на Северном Кавказе стационарного кинематографа «Биоскоп», им же была арендована земля на Ярмарочной площади для аэродрома, и с этого аэродрома Бедро-сова в 1911 г. впервые в Ставрополе в воздух поднялся аэроплан.

Армавир, образованный как аул в 1839 г., к концу XIX в. становится одним из главных промышленных и торговых центров на Северном Кавказе. До 1860 г. население Армавира состояло почти сплошь из армян и на-

считывало 3485 душ (1715 муж. пола и 1770 жен. пола). Первая армянская школа была открыта в 1848 г., а в

1875 г. армавирским обществом вынесено решение о преобразовании сельского училища в двуклассное. В
1876 г. общество избрало двух попечителей: для мужских училищ - Я.М. Каспарова и женского - Е. Джагу-пова.

Развивалась и культурная жизнь Армавира. 24 июля 1879 г. был утвержден «Устав Армавирского Общественного Собрания», в котором, в частности, определены общие положения: 1. Общественное собрание имеет целью доставить членам своим и их семействам возможность проводить свободное от занятий время с удобством, в приятности и полезно. 2. С этой целью собранию представляется: устраивать для своих членов и их гостей балы, маскарады, танцевальные, музыкальные и литературные вечера и драматические представления, выписывать книги, газеты и др. периодические издания, а также приглашать лиц - специальных по разным наукам для чтения лекций... [14].

Из этого следует, что в культурной жизни Северного Кавказа армавирское население занимало одно из ведущих мест. И как пишет Ф.А. Щербина: «Но строго говоря, разве армавирцы не вправе сетовать на то, что с ними не так заботливо, как с другими инородцами и их соотчичами, поступлено было, несмотря на их заслуги перед новым их отечеством и несомненную культурную роль в нем?» [15].

Если обратиться к различным источникам, в которых представлены фамилии армян, владевших престижными заведениями культурного назначения, можно перечислить лишь некоторую часть из них: это первоклассная гостиница «Метрополь» М.А. Цатурова, гостиница «Москва» А.А. Амирханова в г. Екатеринодаре, и др.

Интеллигенция армянского происхождения была также представлена значительным числом в списке дворян и почетных граждан многих городов.

Таким образом, приведённые факты позволяют нам прийти к неоспоримому выводу о том, что переселившиеся на Северный Кавказ армяне сыграли важную роль в общественной и культурной жизни региона конца XVIII - начала XX в.

Литература

1. Юхт А. Восточная торговля России в 30-40-х годах XVIII века и роль в ней армянских купцов // Изв. обществ. наук (Ереван). 1956. № 8. С. 43-62.
2. Постановление и переписка с Кавказским областным правлением об учреждении армянского суда Дербентско-Малахолинском Кизлярском округе в с. Караджалах // ГАСК. Ф. 79. Оп. 1. Д. 975. Л. 10-21.
3. Краснов М. Историческая записка о Ставропольской гимназии. Ставрополь-Кавказский, 1887.
4. ГАСК. Ф. 15. Оп. 2. Д. 2215. Л. 73, 73 об., 74.
5. Амирханян А. Тайны дома Лазаревых. М., 1992.
6. АКАК. Т. XII. Тифлис, 1860.
7. Терские ведомости. 1874. № 13, 26 марта.
8. ГАСК. Ф. 15. Оп. 2. Д. 3419. Л. 6 об., 7.
9. Там же. Оп. 1. Д. 159.
10. Моздок / Г.В. Адамов [и др.]; под ред. А.Г. Кучие-ва. Владикавказ, 1995. С. 73.
11. Журнал Министерства народного просвещения. Ч. СШ. СПб., 1871. С. 100-101.
12. Северокавказский край. 1914. 19 сент.

Поступила в редакцию

13. ГАСК. Ф. 68. Оп. 2. Д. 5230. Л. 1, 1 об., 12, 18, 18 об., 19 об., 31.
14. ГАКК. Ф. 454. Оп. 2. Д. 3634. Л. 28-43.
15. Щербина Ф.А. История Армавира и черкесо-гаев. Екатеринодар, 1916. С. 184.
24 апреля 2009 г.
Научтруд |