Научтруд
Войти
Сайт продается: mail@nauchtrud.com

Пропагандистская работа в ОСОАВИАХИМе накануне Великой Отечественной войны

Автор: указан в статье

Игорь ОРЛОВ, Андрей ГОРЛОВ

ПРОПАГАНДИСТСКАЯ РАБОТА В ОСОАВИАХИМЕ НАКАНУНЕ великой отечественной войны

Вынесенная в эпиграф цитата наглядно отражает общую установку правящего режима на поддержание советского общества в состоянии «дежурной готовности» на случай грядущей войны. Однако сегодня все более становится очевидным, что за проблемой «власть и народ» в годы Великой Отечественной войны скрывается весьма широкий спектр общественных настроений, среди которых присутствует не только патриотизм, но и определенное недовольство части населения1. Немаловажную роль в формировании столь мозаичной картины, безусловно, сыграла пропаганда предвоенных лет.

В современной российской историографии вопросы пропагандистского обеспечения внешнеполитического курса СССР в условиях начавшейся Второй мировой войны, в том числе в литературе, кино, театре и в средствах массовой информации, наиболее глубоко рассмотрены В. А. Невежиным2.

Тем не менее вне сферы исторических исследований оказалась оборонная и культурно-массовая работа, включавшая существенные пропагандистские элементы. В частности, речь идет о деятельности такой массовой оборонной организации, как ОСОАВИАХИМ3, перед которым в условиях начавшейся Второй мировой войны встала задача усиления работы по подготовке резерва различных военных специальностей. Впрочем, работа по перестройке работы общества содействия обороне, авиационному и химическому строительству шла довольно неспешно. Только с марта 1940 года были введены новые программы военного обучения, в значительной степени изменившие его содержание. Сущность заложенной в них концепции заключалась в том, чтобы перейти от подготовки значкистов к комплексному обучению будущего бойца по различным предметам подготовки — политической, строевой, огневой, тактической, физической, химической, санитарной и т. п. К лету 1941 года учебу по новым программам проходили 2,6 млн. человек4, которые, несомненно, стали специалистами более высокой квалификации, нежели предыдущие значкисты. Однако этого было недостаточно для 12-миллионной организации. Архивные документы свидетельствуют о том, что в последнем предвоенном году было выпущено 22 тыс. летчиков, 100 тыс. шоферов и 6 тыс. специалистов военно-морского дела5. К сожалению, в силу «валового» подхода к обучению населения в подавляющей массе это были специалисты низкой квалификации,

1 Симонцева Е. Н. Изучение советского тыла в историографии Великой Отечественной войны. Историография и история социально-экономического и общественно-политического развития России в новейшее время. Иваново, 1995, стр. 134
2 Невежин В. А. Синдром наступательной войны. Советская пропаганда в преддверии священных боев, 1939-1941 гг. М.: АИРО-ХХ, 1997
3 Речь идет о гражданах, состоящих в рядах общества, призванных для прохождения лагерных сборов и учебы на военно-учебных пунктах, а также обучающихся в аэроклубах, школах и кружках в системе ОСОАВИАХИМА
4 История Второй мировой войны. Т. 3. М., 1974, стр. 405

аспирант МГУС 5 ГА РФ. Ф. 8355. Оп. 1. Д. 208. Л. 18,25; Ф. 5447. Оп. 1. Д. 54. Л. 53, 55

ОРЛОВ

Игорь

Борисович — д. и. н., проф. ГУВШЭ

ГОРЛОВ Андрей Сергеевич —

получившие только начальную военную подготовку1.

Не лучше дело обстояло и с военнополитической подготовкой как кадров общества, так и обучавшихся в лагерях и на военно-учебных пунктах, возложенной на созданные в 1939 г. Политотдел Центрального совета и политические сектора при областных, краевых и республиканских советах ОСОАВИАХИМА2. Руководитель ОСОАВИАХИМА П. П. Кобелев3 1 апреля 1940 г. в докладе VIII Пленуму Центрального совета общества «Об итогах работы за 1939 г. и плане работы ОСОАВИАХИМА на 1940 г.» подчеркнул, что «товарищ Сталин неустанно напоминает нам о факте капиталистического окружения и учит нас умению делать из этого факта все необходимые выводы». Правда, выводы лежали далеко в стороне от прямых функций оборонно-массовой организации. На первое место выходили «огромная победа над иностранными разведками» и «большая очистительная работа» в ОСОАВИАХИМЕ по разоблачению врагов народа, «пытавшихся своей вражеской деятельностью обессилить оборонное общество трудящихся»4.

В кратком обзоре состояния пропаганды марксизма-ленинизма в организациях ОСОАВИАХИМА в 1939 г. особо подчеркивалось, что «Краткий курс» «вооружает наши кадры не только знанием боевого прошлого коммунистической партии и советского государства, но и... повышает большевистскую бдительность партийных и непартийных большевиков». Но при этом в работе ОСОАВИАХИМА отмечались значительные недочеты в постановке партийной пропаганды и прежде всего «предоставление дела поли-

1 Гошуляк В. В. ОСОАВИАХИМ: страницы истории 1929 — июнь 1941 гг. Историография и история социально-экономического и общественно-политического развития Россия (вторая половина XIX

— первая половина XX в.). Сб. научн. ст. Пенза, 1997, стр. 146—157

2 С 1935 г. в ОСОАВИАХИМЕ существовал институт комиссаров и политруков
3 Кобелев Павел Прокофьевич (1897—1971)

— генерал-лейтенант авиации, председатель ЦС ОСОАВИАХИМА в 1938—1948 гг. Был утвержден в этой должности в ноябре 1938 г. взамен снятого с этого поста «врага народа» бывшего секретаря ЦК ВЛКСМ П.С. Горшенина. С начала войны и до декабря 1941 г. П.П. Кобелев воевал на Северо-Западном и Ленинградском фронте, одновременно занимая должность председателя ЦС ОСОАВИАХИМА. В 1949 г. был уволен из армии по болезни

4 ГА РФ. Ф. 8355. Оп. 1. Д. 197. Л. 2—3

тического самообразования самотеку». В частности, в Куйбышевском аэроклубе работа по изучению «Краткого курса» с мая прекратилась вообще. В Могилеве ряд работников общества до конца года изучили только первую и вторую главы «Краткого курса». В некоторых областях и республиках наблюдались попытки всю вину за слабую работу по организации марксистско-ленинской учебы кадров ОСОАВИАХИМА свалить на райкомы партии. Например, в Ярославской области некоторые политруки и комиссары основной упор сделали на прослушивание лекций, организованных райкомами и горкомами, не занимаясь самостоятельным чтением и не конспектируя прочитанного материала. Показательно, что из 110 работников ОСОАВИАХИМА, работающих в городе Чкалове, серьезно изучали «Краткий курс» только 27 человек.

Понятно, что все эти недостатки автоматически переносились на политическую работу с призванными на сборы и в учебные лагеря членами ОСОАВИАХИМА. Тем более что в Иркутской, Мурманской и Сталинградской областях, Абхазской АССР и других регионах партийная пропаганда полностью была сведена к политическим занятиям в лагерях и на военно-учебных пунктах. Обзор партийно-политической работы в лагерях ОСОАВИАХИМА в 1939 г. помогает раскрыть механизм организации политзанятий и политинформаций, которые проводили политруки и групповоды, выделенные из числа начальствующего состава, главным образом членов и кандидатов ВКП(б) и комсомольцев, прибывших на сборы. Политическая работа в лагерях проходила в самых разнообразных формах: политинформации, общелагерные и ротные собрания, митинги, вечера вопросов и ответов, беседы и читки газет, вечера художественной самодеятельности и концерты, организация сдачи норм на оборонные значки, выпуск лагерных и ротных стенных газет и боевых листков. Политинформации были строго регламентированы в распорядке дня лагерей5 и проводились комиссарами и политруками в целом регулярно. Только в лагерях Ростовской области в 1939 г. были отмечены срывы политинформаций. Однако

5 По 30 минут утром и только в гомельских и полтавских лагерях — вечером после занятий ввиду позднего получения газет

на практике качество политинформаций оставалось низким. В Киевском аэроклубе Москвы политрук Васин за 15—20 минут «сумел» изложить «О Дне печати, о войне в Норвегии, о выступлении Чемберлена, о политике США, о голландской Индии». Аналогичное положение имело место в аэроклубе Киева, где политрук Нерослин в течение 15 минут «разъяснил» о причинах поражения Польши, о прекращении работы комиссии по уточнению границ МНР и Манчжоу-Го, об англо-японских отношениях, о положении в Абиссинии, об отношении США к войне в Европе и о войне в Китае. Отчеты фиксировали, что по Ленинградской области политруки и комиссары темы политинформации подбирали случайно и наспех, готовились плохо и ограничивались только чтением газет.

В лагерях, конечно, были развернуты и другие виды массовой политической работы. Например, в Московской области за сборы только 1-й очереди было просмотрено 14 кинокартин и проведено несколько вечеров художественной самодеятельности. В Рязанской области было показано 6 кинокартин и организовано

3 вечера самодеятельности. В лагерях Орджоникидзевского края просмотрено 7 кинокартин. Кроме того, были организованы концерты силами Государственной филармонии и клуба «Строитель», а также
4 вечера проведено своими силами.

Зато откровенно «хромала» организация политических занятий, перед проведением которых, как правило, с групповодами и политруками должен был проводиться инструктаж комиссарами лагерей. Однако в Куйбышевской области, по данным Политотдела ЦС ОСОАВИАХИМА, комиссары лагерей контроль над политзанятиями осуществляли слабо, не проверяли у групповодов конспектов и на политзанятиях присутствовали крайне редко. В Ивановской и Могилевской областях на политзанятиях отсутствовали наглядные пособия и карты. А в Смоленской области самостоятельное изучение материалов XVIII съезда партии свели к групповой читке ротой в 150 человек. С переходом на аэродромы почти во всех аэроклубах города Москвы проведение политзанятий было вообще прекращено.

Не лучше обстояло дело и с наглядной агитацией. Если в Серпуховском

лагере Московской области боевые листки выпускались ежедневно, то в Алма-Атинском лагере даже стенные газеты готовились нерегулярно. В Вешенском и Миллеровском лагерях Ростовской области выпускались только общелагерные газеты, а в Сталинградском областном лагере и в лагере «Вырица» боевые листки делались не на стрельбищах и тактических занятиях, а после стрельб, отчего теряли мобилизующую ценность. Некоторые газеты были немассовыми, так как в них участвовал только командно-политический состав. Да и сами статьи нередко публиковались большими, бессодержательными и скучными.

Самым слабым местом в системе политической подготовки было отсутствие политических занятий с начальствующим составом. В лагерях Мурманской области нерегулярно проводился инструктаж политруков и групповодов, которые зачастую проводили занятия без конспектов. Работа групповодов политруками и комиссарами контролировалась слабо, в силу чего имели место факты неправильного толкования вопросов на занятиях. Например, групповод лагеря «Мончегорск» Нахалов на вопрос о природе фашизма ответил: «Фашизм — это высшая стадия капитализма». И это при том, что контрольно-поверочные политические занятия в лагерях Марийской АССР и ряде других регионов показали: бойцами лучше усвоены темы по международному положению, нежели программные темы1.

Неудивительно в силу этого, что обзоры политико-морального состояния содержали не только довольно обширный перечень проявлений недисциплинированности, пьянства и коллективного неисполнения приказаний, но и фиксировали откровенно антисоветские высказывания и выступления.

Отмечались в лагерях и выступления баптистов, которые отказывались брать оружие и становиться в строй. Так, уроженец Киевской области боец Я. Г. Приходько при попытке комиссара разъяснить соответствующие статьи Конституции заявил: «Я верующий и для меня это не закон, и таким законам я подчиняться не буду. В моем сердце

1 ГА РФ. Ф. 8355. Оп. 6. Д. 48. Л. 48, 53—54. Д. 52. Л. 45—53

есть Христос, которому я подчиняюсь». Житель Каменец-Подольской области С. Ф. Пригодин также отказался выполнять воинские обязанности, заявив: «Для меня все равно, какая страна: СССР или Япония, — была бы работа». На все попытки воздействовать на него отвечал, что у него «есть Христос». В Саратовской области боец пулеметной роты П. Ф. Жариков открыто выразил нежелание в случае войны убивать противника, считая это злом1.

Не все советские граждане однозначно отнеслись и к «освобождению» Западной Украины и Западной Белоруссии. Например, бойцы роты шоферов Орджоникидзевского края, отправляемой по частичной мобилизации в сентябре в кадровые части, писали: «Мы счастливы, что на нас выпала радостная почетная задача встать на защиту и освобождение украинского и белорусского народа от польских панов-угнетателей». Тогда как командир запаса Кузьмин (Краснодарский лагерь), исключенный ранее из партийных рядов, прочитав речь Молотова о помощи Западной Украине и Западной Белоруссии, заявил: «Проводили политику мира, а сами захватываем чужую территорию». Когда политрук с ним по этому поводу стал беседовать, сказал: «Наши коммунисты, как попугаи, повторяют то, что вверху решат и скажут 5—6 человек»2.

В период «зимней войны» с Финляндией ОСОАВИАХИМ направил в действующие части Красной армии сотни снайперов. Добровольно ушли на фронт несколько летчиков аэроклубов. Кроме того, организации ОСОАВИАХИМА прифронтовой полосы оказывали повседневную помощь частям Красной армии — набивали патроны в пулеметные ленты, расчищали от снега аэродромы и помогали в организации расквартирования войск. Организации ОСОАВИАХИМА передали в Красную армию 1449 служебных собак, главным образом ездовых и 730 почтовых голубей3. Отчасти это было результатом проведенной политическими секторами работы по повышению дисциплины и организованности в орга-

1 ГА РФ. Ф. 8355. Оп. 6. Д. 48. Л. 58—59, Д. 52. Л. 55—61, 177—178, 180, 185—186
2 Там же. Д. 52. Л. 160—170
3 Там же. Д. 48. Л. 11

нах ОСОАВИАХИМА, и значительно укрепило политико-моральное состояние работников ОСОАВИАХИМА.

Существенные подвижки произошли и в сфере кадрового обеспечения. Так, к 1 апреля 1940 г. были приняты на политработу 3085 человек или 81% по отношению ко всему штатному числу политсостава ОСОАВИАХИМА4. Ниже приведен статистический портрет нового пополнения.

По партстажу

1917—1920 год 191 человек
1921—1925 год 220
1926—1928 год 523
1919—1932 год 1316
1933—1937 год 185

С 1938 года 1.116 Кандидатов ВКП(б) 125 человек

Членов ВЛКСМ 15 человек

По образованию Общее:

Начальное 2527 человек

Среднее 1159

Высшее 63

Политическое:

Военно-политические академии 20 человек

Военно-политические училища 80 человек

Комвузы 316 человек

Совпартшколы 535 человек

ВКСХШ 170 человек

Различные курсы 961 человек

Не имеют специальной политической

подготовки 1680 человек

Военное:

Военные академии 21 человек

Военные училища и школы 519 человек

Различные курсы 204 человек

Не имеют специальной военной подготовки 3020 человек5

Бросается в глаза наличие среди политработников большого числа молодых коммунистов с партстажем с 1938 года — 1291 человек (вместе с кандидатами) или 34,4%. Бесспорно, что подавляющее большинство из них не имели достаточного опыта партийно-политической работы. Обращает

4 Без учета политработников Карело-Финской ССР, Якутской АССР, Запорожской и Житомирской областей УССР
5 ГА РФ. Ф. 8355. Оп. 6. Д. 48. Л. 3—4

№ Название города, области, края, республики Проведен о бесед, лекций, докладов на оборонны е темы Присутст во-вало на докладах Г беседах, лекпиях Проведен о киносеансов на оборонны е темы Присутст во-вало на киносеансах

1 Город Ленинград 8.621 631.292 240 19.654
2 Московская область 4.42Я Сведений нет Я80 Сведений нет

Я Пензенская область 910 41.625 Сведений нет

4 Пермская область 1.417 71.668
5 Челябинская область 584 55.603
6 Ростовская область 1.500 Сведений нет 247 25.296
7 Башкирская АССР Сведений нет 67.500 Сведений нет 18.000
8 Удмуртская АССР 245 14.83Я
9 Водный транспорт 34Я и так лалее 16.772 —// —

на себя внимание тот факт, что уровень общеобразовательной и политической подготовки многих политработников был, мягко говоря, невысоким. Например, 67% политработников имели низшее образование, а 44,6% из них не имели специальной политической подготовки. Кроме того, 75% политработников не получили специального военного образования, а зачастую даже элементарных военных знаний.

Несмотря на «сталинский призыв» в политорганы ОСОАВИАХИМА, не хватало инструкторов политсекторов (некомплект 16,8%), комиссаров отделов ОБП и ПВХО (25,7%), комиссаров школ и клубов (16%), лагерей (39,4%) и особенно политруков школ (41,9%). И это при том, что политрук считался центральной фигурой во всей политико-воспитательной работе с призванными на сборы и несмотря на постоянные призывы «боль-

ше помогать ему и больше руководить им»1.

В 1940 учебном году Политотдел ЦС ОСОАВИАХИМА пересмотрел программы политзанятий в сторону ознакомления обучающихся с военной присягой и Законом о всеобщей воинской обязанности, морально-политическим обликом бойца Красной армии и задачами укрепления советской воинской дисциплины, состоянием и задачами Красной армии и Военно-морского флота, а также с текущими событиями. Кроме того, одно из центральных мест в системе политического воспитания заняла такая гибкая и злободневная форма политработы, как политинформация. Организации ОСОАВИАХИМА активно включились в подготовку и проведение политической кампании по выборам в местные Советы.

1 Там же. Оп. 1. Д. 197. Л. 40

Ряд организаций ОСОАВИАХИМА существенно расширили эту деятельность, о чем свидетельствуют данные по ряду регионов за I квартал 1940 г. За этот период:

1. Новосибирской областной организацией ОСОАВИАХИМА проведено лекций, докладов и бесед:

а) на международные темы 198 с охватом 24418 человек,

б) на оборонные 37 с охватом 7665 человек,

в) о 22-й годовщине Красной армии 693 с охватом 19983 человек,

г) по текущей политике 147 с охватом 11752 человек.

2. По Ленинградской области проведено:

а) докладов и бесед о 16-й годовщине со дня смерти Ленина в количестве 261 с охватом 6950 человек и несколько экскурсий в филиал-музей Ленина,

б)докладов и бесед о 22-й годовщине Красной армии в количестве 1070 с охватом 29 900 человек и в 6 районах были организованы выставки с материалами

о Красной армии и Военно-морском флоте.

3. По Кировской области было проведено лекций и докладов на разные темы в количестве 2383 с охватом 105670 человек и бесед — 3596 с охватом 74875 человек.

Большую роль в проведении политико-массовой работы сыграли созданные в селах и городах дома и хаты обороны. Из числа наиболее подготовленных членов и кандидатов партии были выделены внештатные инструкторы-агитаторы, которые систематически вели политико-воспитательную работу не только с членами ОСОАВИАХИМА, но и с остальным насе-лением1.

Важной составляющей пропаганды становилось политобеспечение не только значимых политических праздников и событий, но и регулярно проводимых спортивных праздников и соревнований. О размахе массовой политической работы, проводимой организациями ОСОАВИАХИМА, свидетельствуют, вчас-тности, данные политдонесения началь-

1 ГА РФ. Ф. 8355. Оп. 6. Д. 48. Л. 55—57

ника Политотдела ОСОАВИАХИМА полкового комиссара Рязанова Л. З. Мехлису и А. А. Андрееву о проведении в ноябре 1939 г. VI Всесоюзных химических соревнований2.

Впрочем, сохранялись и многие недостатки прошлого года. Так, только единичные политсекторы выполнили указания Политотдела в области учета низовой печати и укрепления руководства газетами. Многие газеты продолжали выходить крайне нерегулярно. В отчетах отмечался «низкий идейный уровень большого количества стенгазет, боевых листков и стартовок, выражающийся в том, что печать слабо связывает практические вопросы, освещаемые в газетах, с политическими событиями в жизни страны». Крайне бледно пропагандировался опыт передовиков учебы и работы. Недостаточно освещались вопросы политической работы и опыт марксистско-ленинского самообразования кадров. Критика в стенгазетах большей частью распространялась на бытовые вопросы. Более того, слабое руководство газетами приводило к тому, что редколлегии видели задачи критики в том, чтобы по каждому поводу «критиковать» начальствующий состав. Например, политсектор Винницкого областного совета привел в своем обзоре следующий факт. Стенгазета ВУПа «Боевая подготовка» поместила стихи, в которых командиры представлены в весьма карикатурном виде: «Строевою подготовкой все ребята ноги бьют, а комвзводы за прилавком пиво пьют»3. Но ведь массовыми репрессиями власть сама провоцировала подобное критическое отношение к командному составу армии и флота. А ориентация на «массовый охват» трудящихся политической пропагандой вела к тому, что многие вопросы не решались вообще либо решались с безвозвратной потерей времени. Только глубокое чувство долга перед Родиной и патриотизм советских людей позволили нашей стране сражаться с исключительным упорством.

2 Там же. Д. 86. Л. 3
3 Там же. Д. 48. Л. 60—63
Другие работы в данной теме:
Научтруд |