Научтруд
Войти

Средневековая История и историография в творчестве Василия Григорьевича авсеенко: киевский период его научной деятельности (1860-1864)

Научный труд разместил:
Vyacheslav
30 мая 2020
Автор: указан в статье

УДК 94 (100) "653": 930.1 (477) "18"

СРЕДНЕВЕКОВАЯ ИСТОРИЯ И ИСТОРИОГРАФИЯ В ТВОРЧЕСТВЕ ВАСИЛИЯ ГРИГОРЬЕВИЧА АВСЕЕНКО: КИЕВСКИЙ ПЕРИОД ЕГО НАУЧНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (1860-1864)

В первой половине 1860-х гг. медиевистика Киевского университета переживала период кадровых трудностей. Происходила смена поколений специалистов. Ведущим из них мог стать студент и приват-доцент университета В.Г. Авсеенко, который всего за 4 года (1860-1864) успел опубликовать 4 научные работы, посвященные средневековой истории и историографии Англии, Франции, частично Италии. Он первым в отечественной науке всесторонне охарактеризовал деятельность Томаса Мора и дал развёрнутую оценку причин, особенностей и последствий похода Карла VIII в Италию. В.Г. Авсеенко существенно расширил и конкретизировал массив знаний отечественной медиевистики о творчестве французского историка Ж. Мишле и английского учёного Г.Т. Бокля. Высокий уровень научной и методологической подготовки В.Г. Авсеенко надолго обеспечил бы ему роль ведущего медиевиста Киевского университета, если бы он не стал заложником острой внутрифакультетской борьбы и мишенью сведения личных счетов.

6о-е годы XIX в. занимают особое место в российской истории. Общеизвестно, что это было время беспрецедентных по своему размаху прогрессивных реформ, небывалого общественного подъёма, успехов самых разных отраслей науки, в том числе медиевистики. Однако некоторые из указанных научных достижений в силу самых разных причин оказывались, по сути, невостребованными. Так, в истории медиевистики Киевского университета Св. Владимира первую половину 6о-х следует считать пятилетием упущенных возможностей. Несмотря на всеобщую либерализацию, начало издания собственного научного журнала «Университетские известия», введение прогрессивного университетского устава 1863 г., который значительно расширил возможности подготовки профессорских стипендиатов, в целом, кадровые проблемы в области медиевистики в эти годы в Киевском университете так и не были решены. Созданный по новому уставу институт приват-доцентов не стал одним из способов решения этой проблемы, а острые личные столкновения, которые сотрясали в 1860-е годы историко-филологический факультет, заставили навсегда покинуть его одного из первых университетских приват-доцентов В.Г. Авсеенко (1842-1913) на самом пике

<-> Т~| <->

его исследовательской активности. В дальнейшем он станет известным писателем и публицистом, автором популярных романов1, редактором газеты «Киевлянин» и главной газеты Российской империи - «Санкт-Петербургских ведомостей». Однако к исследованиям проблем зарубежного средневековья В.Г. Авсеенко уже никогда не вернётся. Потеря киевской медиевистики обернулась ценным приобретением для

С.И. ЛИМАН

Харьковская государственная академия культуры

e-mail: limans@ukr.net

1 См.: Авсеенко В.Г. Сочинения: В 12 т. СПб., 1905-1908.

Серия История. Политология. Экономика. Информатика. 2010. № 13 (84). Выпуск 15

общероссийской журналистики и литературы, однако, в истории этого вынужденного перевоплощения расставлены далеко не все акценты.

Творчество В.Г. Авсеенко как историка-медиевиста ещё не стало предметом специального изучения. Краткие биобиблиографические сведения о нём содержатся в мемуарах А.В. Романовича-Славатинского2, в «Биографическом словаре профессоров и преподавателей университета св. Владимира (1834-1884)»3, в известном историографическом труде В.П. Бузескула4. Основные положения историософских взглядов В.Г. Авсеенко контекстно показаны в монографии С.П. Стельмаха5 и статье О. Сидоренко6. Анализ обращений В.Г. Авсеенко к средневековой истории и историографии отдельных стран представлен в ряде наших публикаций, в том числе в монографии7. Таким образом, целиком очевидно отсутствие комплексного подхода к изучению всего научного творчества учёного. Попытка такого анализа впервые предпринимается в рамках данной статьи. Её цель - анализ всех граней творчества В.Г. Авсеенко в области медиевистики в киевский период его научно-педагогической деятельности.

Василий Григорьевич Авсеенко родился в 1842 г. в Московской губернии в дворянской семье. В скором времени семья переехала в Киев, культурно-языковой и бытовой «полонизм» которого в 50-е - начале 6о-х гг. XIX в. неоднократно подчёркивался в мемуарной литературе8. Здесь, в Киеве, прошли годы его учёбы: в 1859 г. В.Г. Авсеенко окончил первую гимназию, а в 1863 г. - историко-филологический факультет университета Св. Владимира. Этот факультет считался в то время лучшим факультетом университета, хотя, по собственному признанию В.Г. Авсеенко, он, как уроженец центральной России, несказанно удивлялся «невероятному акценту» большинства киевских профессоров9.

Годы учёбы В.Г. Авсеенко в университете пришлись на бурное время. Первые либеральные реформы. Отмена крепостного права. Польское восстание 1863 г. и ожесточённая борьба с польским национализмом и сепаратизмом со стороны православных жителей Киевской губернии. Все эти события формировали активную гражданскую позицию В.Г. Авсеенко и во многом способствовали тому, что уже на втором курсе университета он опубликовал в популярном столичном журнале «Русское слово» свой первый научный очерк «Томас Мор». Столь серьёзному увлечению студента наукой не помешало и бытующее в дореформенном общественном сознании представление о незавидном положении отечественной профессуры10. Как раз в 1860 г., когда вышла первая публикация В.Г. Авсеенко, в «Русском вестнике» появилась по-луанонимная статья «Несколько слов о положении профессоров в наших университетах», подписанная «Н. Л-в». В ней прямо говорилось: «ряды учёных, посвящающих себя профессорскому званию, редеют... Какая возможность предаться обширному, капитальному труду, когда большая часть времени уходит на то, чтобы устроить своё

2 Романович-Славатинский А.В. Моя жизнь / / Вестник Европы. 1903. № 5. С. 186.
3 Биографический словарь профессоров и преподавателей университета св. Владимира (1834-1884). К., 1884. С. 11-12.
4 Бузескул В.П. Всеобщая история и её представители в России в XIX - начале XX вв. Л., 1929.
5 Стельмах С. Історична думка в Україні XIX - початку XX ст. К., 1997. С. 91, 93, 100.
6 Сидоренко О. Розвиток медієвістики в університеті Св. Володимира кінця 40-х - 6o рр. XIX ст. у зв’язку із становленням позитивістської методології // Вісник Чернігівського державного педагогічного університету. 2002. Вин. 15. С. 45.
7 Лиман С.И. Идеи в латах: Запад или Восток? Средневековье в оценках медиевистов Украины (1804 - первая половина 1880-х гг.). Харьков, 2009. С. 153-154, 254-257, 270-271.
8Лучицкая М.В. Воспоминания / / Українознавчі студії та мемуари Івана і Марії Лучицьких. К., 2007. С. 251; Романович-Славатинский А. В. Моя жизнь... №l. С. 167.
9 Авсеенко В.Г. Школьные годы. Отрывки из воспоминаний, 1852-1863 гг. // Исторический вестник. 1881. Т. 4. С. 717.
10 См.: Татищев С.С. Император Александр II. Его жизнь и царствование. СПб., 1903. Т.2. С. 274.

Ч. 1. С. 97.

Серия История. Политология. Экономика. Информатика. 2010. № 13 (84). Выпуск 15

ежедневное существование?»11. Однако положение профессорско-преподавательского состава русских университетов существенно улучшилось после введения в 1863 г. нового университетского устава12. Устав увеличивал на 67 % число преподавателей с соответствующим увеличением сумм на их содержание13. Так, профессорские оклады выросли с двух до трёх тысяч рублей в год14.

Учителем В.Г. Авсеенко в университете был профессор кафедры всеобщей истории В.Я. Шульгин15. Известный учёный, прекрасный лектор и всесторонне образованный преподаватель16, В.Я. Шульгин, по отзывам В.Г. Авсеенко, был «настоящим руководителем исторического семинария», проводимого им в рамках учебного процесса17. Такие, новаторские для того времени формы работы студентов с историческими источниками, предложенные В.Я. Шульгиным, способствовали формированию ранних исследовательских навыков у студентов. Отметим, что одновременно с В.Г. Авсеенко студентом В.Я. Шульгина был и знаменитый в будущем историк и общественный деятель М.П. Драгоманов.

К тому времени, когда В.Г. Авсеенко окончил университетский курс, он успел опубликовать четыре научных очерка, посвящённых различным проблемам средневековой истории и историографии. Такого старта молодого учёного история региональной медиевистики ещё не знала! Было очевидно, что университет мог получить блестящего медиевиста. Согласно новому университетскому уставу 1863 г. вводился институт приват-доцентов. Звание приват-доцентов могли получить выпускники университета, окончившие его со степенью кандидата и «представившие диссертацию (pro venia legendi) по тому отделению факультета, в которых они намерены преподавать»18. Соискателями этого звания одновременно выступили В.Г. Авсеенко и его сокурсник М.П. Драгоманов. Однако драматизм ситуации заключался не в их личном соперничестве, а в острой вражде их учителей и старших коллег. Об этой вражде В.Г. Авсеенко подробно написал в своих мемуарах:

«Кафедру всеобщей истории разделял с Шульгиным профессор Александр Иванович Ставровский. Это был совершенный антипод Виталия Яковлевича, и, как следует антиподу, очень его недолюбливал... Так как я был рекомендован совету Шульгиным, то нерасположение Ставровского к последнему перенеслось и на меня, и я очень хорошо понимал, что на окончательных экзаменах он не будет ко мне снисходителен. Может быть, им руководило и другое соображение, чисто практического свойства: он дослуживал срок и должен был баллотироваться на добавочное пятилетие. Если бы к тому времени явился кандидат на кафедру всеобщей истории, шансы быть избранным для него очень сократились бы.»19.

Что же представляло из себя творчество В.Г. Авсеенко к моменту окончания им университета, и насколько велики были его шансы не только получить должность приват-доцента, но и стать штатным преподавателем кафедры всеобщей истории?

Публикации В.Г. Авсеенко охватывали средневековую историю и историографию Англии и Франции, частично Италии. К началу 1860-х гг. история и историо-

11 Н. Л-в. Несколько слов о положении профессоров в наших университетах / / Русский вестник. 1860. Ноябрь. Кн. 2. С. 108-109.
12 Эймонтова Р.Г. Университетская реформа 1863 г. // Исторические записки. 1961. Т. 70. С. 173; Новицкая Т.Е. Реформы Александра II // Вестник Московского университета. Сер. 11: Право. 1998. №6. С. 50.
13 Воробьёв В.А. К истории наших университетских уставов / / Русская мысль. 1905. №12. С. 6.
14 Глинский Б.Б. Университетские уставы (1755-1884) // Исторический вестник. 1900. №2. С. 723.
15 Формулярный список В.Я. Шульгина // Государственный архив города Киева. Ф. 16. Оп. 465. Д. 4750. Л. 144 (об.).
16 Некролог В.Я. Шульгина / / Университетские известия. 1879. №2. С. 9.
17Авсеенко В. Г. Школьные годы...С. 718.
18 Общий Устав и штаты императорских Российских университетов / / Университетские известия. 1863. №7. Прибавление 1. С. 20.
19 Авсеенко В. Г. Школьные годы. С. 720-721.

Серия История. Политология. Экономика. Информатика. 2010. № 13 (84). Выпуск 15

графия Англии были слабо изучены в отечественной медиевистике, и киевскому учёному пришлось стать пионером в разработке отдельных проблем.

Сказанное относится, прежде всего, к первой по времени публикации В.Г. Авсеенко - очерку «Томас Мор» (1860). По своему содержанию очерк был преимущественно биографическим. Вместе с тем автор представил общую историческую ситуацию Англии XVI в. и кратко проанализировал содержание главных трудов своего героя.

В первую очередь показательны оценки историком английского абсолютизма и Реформации. Если в лекциях известного харьковского медиевиста М.М. Лунина Генрих VII и Генрих VIII охарактеризованы как прогрессивные короли, которые «довершили падение феодализма»20, то В.Г. Авсеенко не жалел самых чёрных красок для изображения правления первых Тюдоров. «Скупой и наглый деспот» Генрих VII21, «своенравный., жестокий., капризный., никогда не отступавший ни перед какими злодеяниями» Генрих VIII22 - такими предстают под пером киевского учёного венценосные современники и соплеменники Томаса Мора. Это противоречило известным положительным жизнеописаниям этих королей во многих трудах средневековых английских авторов, включая самого Томаса Мора23, а также Френсиса Бэкона24. В то же время многие выводы В.Г. Авсеенко, сделанные по результатам правления Генриха VIII, созвучны с преимущественно отрицательными выводами прославленного московского медиевиста Т.Н. Грановского25.

Совершенно однозначные, хотя и крайне негативные оценки главных творцов английского абсолютизма, представленные в очерке В.Г. Авсеенко, выглядят контрастом рядом с той противоречивой характеристикой, которую дал он своему герою. Здесь оценки зачастую диаметрально противоположные: «суровый противник деспо-тизма»26, «благородный и возвышенный»27, «строгий и неподкупный»28, - такой Томас Мор предстаёт одновременно с Томасом Мором, чуждым «нравственного принципа»29, заискивающим в стихах перед Генрихом VIII30, всячески добивающимся расположения этого «деспота»31 и т.д.

Но наиболее резко киевский медиевист высказался о творчестве Томаса Мора. Его «Утопия» «не имеет никакого социального значения», - доказывал В.Г. Авсеенко. - «Наряду с небольшим количеством здоровых мыслей, взятых напрокат у классиков, в этом незаконном детище философии XVI в. стоят самые грубые, самые безобразные принципы, соединяющие в себе всё, что способно заковать человеческое общество в самую узкую форму развития»32. Эмоциональный тон киевского учёного прекрасно отражал идейную борьбу в российском обществе в последние предрефор-менные месяцы, а, говоря об «отвратительном цинизме» Мора в вопросе о допустимости рабства и деспотизма центральной власти, В.Г. Авсеенко, скорее всего, имел в виду николаевский режим и современное ему крепостное право. Отметим, однако,

20 [Лунин М.М.] Новая история: Лекции проф. М.М. Лунина, записанные студентом А. Барыше-вым / / Отдел рукописей Центральной научной библиотеки Харьковского национального университета им. В.Н. Каразина. Д. 404/с. Тетр. 1. Л. 16.
21 Авсеенко В.Г. Томас Мор / / Русское слово. 1860. №11. С. 39.
22 Там же. С. 49, 60.
23 Мор Т. Утопия / Пер. с латин. и коммент. А.И. Малеина. М.; Л., 1947. С. 39.
24 Бэкон Ф. История правления короля Генриха VII / Пер. с англ. В.Р. Рокитянского и А.Э. Явру-мяна / / Бэкон Ф. История правления короля Генриха VII. М., 1990. С. 5, 44, 88, 142-143; Бэкон Ф. О достоинстве и приумножении наук / Пер. с латин. Н.А. Фёдорова / / Бэкон Ф. История правления короля Генриха VII. М., 1990. С. 163; Бэкон Ф. История правления короля Генриха VIII / Пер. с англ. В.Р. Рокитянского / / Бэкон Ф. История правления короля Генриха VII. М., 1990. С. 169-170.
25 Грановский Т.Н. Лекции по истории средневековья. М., 1987. С. 137-139.
26 Авсеенко В.Г. Томас Мор... С. 39.
27 Там же. С. 55.
28 Там же. С. 56.
29 Там же. С. 38.
30 Там же. С. 39.
31 Там же. С. 51-52.
32 Там же. С. 46.

что в «Утопии» и помимо допустимости рабства, встречаются положения, бросающие вызов репутации идеального общества. Среди них - оправдание войны за расширение пространства против народов, не желающих принимать законы утопийцев; признание нормой подкуп и плату за убийство правителей чужих стран; количественная регламентация одежды; принятие церковного сана женщинами и др.33. В то же время вопрос о степени влияния на «Утопию» Мора трудов Платона и Августина остаётся, по сути, открытым до сих пор. Уже Е.В. Тарле считал их влияние, хотя и весьма существенным, но второстепенным, а современное Мору экономическое развитие Англии -главным34. Нет единства мнений в историографии и по вопросу об историческом значении «Утопии». Многие зарубежные авторы преуменьшали это значение35 и делали это в духе В.Г. Авсеенко.

Роль знакового представителя уже современной ему английской науки В.Г. Авсеенко показал в своём большом очерке «Идеализм и материализм в истории» (1863). В нём на основе сравнительного анализа работ бельгийского ученого Лорана и английского ученого Бокля киевский медиевист выяснил не только суть их методологических противоречий, но и высказал свою собственную историософскую позицию. Английский позитивист, представитель географической школы в социологии, автор работы «История цивилизации в Англии» Г.Т. Бокль заслужил в целом высокий отзыв В.Г. Авсеенко, который считал его передовым историком современности. Бокль, - писал В.Г. Авсеенко, - называет регулирующим началом истории «явления природы физической и природы человеческой», помещает это регулирующее начало истории «в самом объекте истории», и в этом заключается его «главнейшая капитальнейшая заслуга»36. Таким образом, было вполне чётко указано на очевидные успехи и рост влияния английской медиевистики с середины XIX в. Эта тенденция, подмеченная В.Г. Авсеенко, в настоящее время является уже хрестоматийной37. Отметим также, что именно эта работа В.Г. Авсеенко привлекала внимание современных украинских исследователей истории позитивизма, по мнению которых киевский учёный, хотя и разделял многие положения Г.Т. Бокля, в историософском плане допускал соединение прежних идеалистических концепций исторического процесса с новыми позити-вистскими38. От себя добавим: синтетичность историософских воззрений составляла характерную черту развития отечественной медиевистики 1860-х гг.39. Довольно ёмко высказался на эту тему и сам В.Г. Авсеенко: «Если что особенно характеризует историческую науку в её нынешнем развитии, то это именно царствующий в ней произвол личных воззрений и субъективной логики.»40.

Изучение «личных воззрений» европейских учёных на историю В.Г. Авсеенко продолжил в работе «Публицисты нового времени» (1863). В структурном плане она состояла из трех очерков, которые посвящены знаковым представителям французской науки: философу и политику М. Ройе-Колляру, социологу А. Токвилю и известному медиевисту Ж. Мишле.

В оценке научного наследия Ж. Мишле В.Г. Авсеенко демонстрировал более критический подход, чем М.Н. Петров - автор первого в Российской империи обоб-

33 Мор Т. Утопия ... С. 119, 121, 180, 203.
34 Тарле Е.В. Общественные воззрения Томаса Мора в связи с экономическим состоянием Англии его времени. СПб., 1901. С. 167, 188.
35 Самсонова Т.Н. Об изучении «Утопии» в новейшей буржуазной историографии / / История социалистических учений. М., 1986. С. 252.
36 Авсеенко В.Г. Идеализм и материализм в истории. По поводу сочинений Лорана и Бокля / / Отечественные записки. 1863. №7. С. 28.
37 См.: Гутнова Е.В. Историография истории средних веков. М., 1985. С. 216.
38 Сидоренко О. Розвиток медієвістики в університеті Св. Володимира кінця 40-х - 60 рр. XIX ст. у зв’язку із становленням позитивістської методології / / Вісник Чернігівського державного педагогічного університету. 2002. Вип. 15. С. 45; Стельмах С. Історична думка в Україні XIX - початку XX ст. К., 1997. С. 91.
39 Лиман С.И. Идеи в латах: Запад или Восток?. С. 153, 157.
40 Авсеенко В.Г. Идеализм и материализм в истории. №5. С. 8.

Серия История. Политология. Экономика. Информатика. 2010. № 13 (84). Выпуск 15

щающего труда «Новейшая национальная историография в Германии, Англии и Франции»41. Так, киевский исследователь выделил два периода деятельности Ж. Мишле и отмечал, что если до 1843 г. Ж. Мишле предстаёт перед нами как серьезный историк, то с 1843 г. он «сбился на памфлет и начал обращаться с наукой в высшей степени легкомысленно»42. Из всех трудов по истории средневековья, написанных Ж. Мишле, В.Г. Авсеенко назвал «замечательным в научном отношении» лишь один - «Историю Франции». «Мы имеем право даже усилить строгость этого отзыва, сказав, что из 14-ти вышедших до сих пор томов «Истории Франции» только первые шесть, посвященные средним векам, заслуживают внимания, как серьезный научный труд; остальные же тома, начиная с «Эпохи возрождения», скорее относятся к области беллетристики, чем истории», - отмечал киевский ученый43.

Принципиальное несогласие В.Г. Авсеенко вызывали такие черты творчества Ж. Мишле, как «пристрастие к фразе», «анекдотизм», излишний субъективизм, а также «неумеренный крикливый патриотизм, который бьет у него из каждой страницы и иногда переходит в какой-то непостижимый бред»44. К несомненным достоинствам творчества французского медиевиста В.Г. Авсеенко относил стремление искать источник исторических явлений «в природе масс и оттеснять в тень личности», изучение в первую очередь «внутренней жизни народа», гуманистический подход к характеристике исторических деятелей, при котором оценка их личных, нравственных, человеческих качеств значит больше, чем их общественные заслуги45. В отличие от М.Н. Петрова, по мнению которого французский медиевист был представителем «гуманитарной школы»46, В.Г. Авсеенко не стал причислять Ж. Мишле ни к одной из существующих исторических школ. «Мишле замечателен тем, - отмечал киевский исследователь, - что усвоил себе вполне независимое положение среди французской историографии»47. Следует подчеркнуть, что эти выводы В.Г. Авсеенко в целом были приняты в конце XX в. крупным специалистом по историографии истории средних веков Е.В. Гутновой48.

В.Г. Авсеенко стремился остаться верным своим оценкам творчества французского историка в очерке «Итальянский поход Карла VIII и его влияние на Францию» (1863). Этот очерк стал диссертацией на право получения звания приват-доцента (pro venia legendi). В ней киевский исследователь явно пытался избежать крайностей, за которые критиковал ранее Ж. Мишле. Сам В.Г. Авсеенко стремился не столько раскрыть политическую и военную стороны этого похода, сколько показать, как в результате знакомства с передовой культурой Италии довершилось «внутреннее перерождение Франции, начатое хитрой политикой Людовика XI»49.

Эта работа В.Г. Авсеенко была опубликована раньше капитальных монографий известных французских авторов Ф. Делаборда и А. Лемонье, непосредственно посвящённых истории похода Карла VIII50. Для её написания В.Г. Авсеенко использовал широкий круг источников (официальные акты, мемуары Филиппа де Коммина, летопись Франческо Гвиччардини, дневник Иоганна Бурхарда и т.д.). Основной научной монографией, которой пользовался киевский историк, была «История Фран-

41 Петров М.Н. Новейшая национальная историография в Германии, Англии и Франции. Харьков, 1861. С. 299.
42 Авсеенко В.Г. Публицисты нового времени: Ройе-Коляр, Токвилль, Мишле // Отечественные записки. 1863. №10. С. 411.
43 Там же.
44 Там же. №10. С. 412, 413, 415, 416.
45 Там же. №10. С. 412, 415.
46 Петров М.Н. Новейшая национальная историография в Германии, Англии и Франции. С. 299.
47 Авсеенко В.Г. Публицисты нового времени. №10. С. 414.
48 Гутнова Е.В. Историография истории средних веков. С. 160.
49 Авсеенко В.Г. Итальянский поход Карла VIII и влияние его на Францию / / Университетские известия. 1863. №4. С. 1-2.
50 Delaborde F.H. L’Expedition de Charles VIII en Italie. P., 1888; Lemonnier H. Les guerres d’Italie. La France sous Charles VIII, Louis XII et Francois I (1492-1547). P., 1911.

ции» Ж. Мишле. Именно его влиянием следует объяснить один из главных выводов В.Г. Авсеенко о том, что в новом политическом движении 2-й половины XV в., «как и во всех вообще политических переворотах Западной Европы, инициатива и первенствующая роль принадлежат Франции»51. Схожую мысль выражал и современник тех событий Макиавелли52. В современной историографии во многом идентичную точку зрения разделяют Ю.Е. Ивонин и В.Г. Циватый. Так, по мнению Ю.И. Ивонина, «борьба между Францией и Габсбургами за гегемонию в Европе - главный узел международных противоречий» позднего средневековья53. В.Г. Циватый считает франкоиспанское соперничество за преобладание в Италии «главной осью, вокруг которой строили свою внешнюю политику все государства» того времени54.

При изображении внутреннего состояния Франции в этот период В.Г. Авсеенко охарактеризовал государственную деятельность Людовика XI преимущественно чёрными красками. В то же время задачи французского короля киевский медиевист понимал достаточно определённо: «Расчётливый, холодный, кровожадный Людовик XI был как будто создан для того, чтобы затопить в крови последние обломки феода-лизма»55. Его главную цель ученый видел в укреплении центральной власти. При этом, признавая его успех и отмечая, что «Франция вышла политически обновленной из суровых рук Людовика XI», В.Г. Авсеенко допустил очень расплывчатую, по сути, неточную формулировку, а именно: «Людовик XI ничего не создал и ничего не разрушил полностью»56.

Очерк В.Г. Авсеенко, несмотря на большой объем, не грешил излишней описа-тельностью. Автору удалось четко выделить периоды правления Карла VIII, показать борьбу двух партий при дворе, установить причины похода в Италию. Между истинными причинами похода в Италию и борьбой партий при дворе В.Г. Авсеенко справедливо заметил существенную связь. При этом во многих средневековых источниках, в частности, в трудах И. Бурхарда и Ф. де Коммина, причины похода объяснялись внешнеполитическими вызовами и наследственными правами Карла VIII57.

Следует согласиться с мнением киевского историка о том, что влияние итальянской культуры на французскую не было результатом одного похода Карла VIII. «Оно было следствием целого ряда франко-итальянских войн», - замечал В.Г. Авсеенко58. Но, признавая, что в научной, художественной и политической сфере это влияние способствовало дальнейшему укреплению центральной власти и имело, таким образом, положительный смысл, ученый в то же время полагал, что из Италии французы принесли испорченность нравов и фаворитизм59. Между тем началом женского фаворитизма во Франции следует считать появление при дворе отца Людовика XI, Карла VII, Агнессы Сорель, а это произошло задолго до описанных автором событий.

Выделим ещё один дискуссионный момент в рассуждениях В.Г. Авсеенко. Сам поход Карла VIII он считал «дурно рассчитанным», плохо подготовленным и «не-удавшимся» мероприятием60. Однако в заключении своей работы автор, по сути, противоречит себе: «Война, перенесённая за пределы государства и сама в себе нахо-

51 Авсеенко В.Г. Итальянский поход Карла VIII и влияние его на Францию. № 4. С. 6.
52 Мак’явеллі Н. Державець / Пер. з іт. А. Перепаді] / / Мак’явеллі Н. Флорентійські хроніки. Державець. Харьков, 2007. XIX. С. 467.
53 Ивонин Ю.Е. Становление европейской системы государств. Англия и Габсбурги на рубеже двух эпох. Минск, 1989. С. 5.
54 Ціватий В.Г. Франко-іспанські відносини кінця XV - початку XVI століття. Автореф. дис....канд. іст наук. Запоріжжя, 1995. С. 14.
55 Авсеенко В.Г. Итальянский поход Карла VIII и влияние его на Францию. № 4. С. 9.
56 Там же. № 4. С. 12.
57 Бурхард И. Дневники о римских городских делах / Пер. Н.Т. Цветкова, Д.Д. Шамрай / / Инфес-сура С., Бурхард И. Дневники. Документы по истории папства XV-XVI вв. М., 1939. С. 165; Коммин Ф. де. Мемуары / Пер., ст. и примеч. Ю.П. Малинина. М., 1986. VII. I. С. 265 и др.
58 Авсеенко В.Г. Итальянский поход Карла VIII и влияние его на Францию. № 5. С. 35.
59 Там же. №5. С. 42, 45.
60 Там же. №4. С. 1, 18.

Серия История. Политология. Экономика. Информатика. 2010. № 13 (84). Выпуск 15

дившая необходимые денежные средства, перестала опустошать Францию»61. Прибавим к этому, что хотя традиция считать поход Карла VIII плохо подготовленным идёт ещё от современников этого события62, в современной медиевистике встречаются противоположные утверждения, базирующиеся на изучении более широкого круга нарративных источников63.

Научные публикации В.Г. Авсеенко, несмотря на некоторые спорные положения, свидетельствовали о том, что выпускник Киевского университета может с полным правом получить должность приват-доцента. Оставалось убедить в этом членов совета историко-филологического факультета. Согласно университетскому уставу, условием получения звания приват-доцента должна была стать публичная защита диссертации pro venia legendi. В условиях, когда острые личные столкновения двух профессоров кафедры всеобщей истории В.Я. Шульгина и А.И. Ставровского годами выплёскивались через край, а сам В.Я. Шульгин как раз за несколько месяцев до защиты диссертации В.Г. Авсеенко покинул университет, эта защита могла стать способом сведения личных счётов.

«Ставровский, назначенный в число оппонентов., заранее торжествовал, рассказывал, что у него приготовлено более 100 возражений», - писал в своих мемуарах В.Г. Авсеенко64. «Сухой и холодный автор ”Похода Карла VIII в Италию”, Авсеенко, держал себя на диспуте чрезвычайно импозантно - не то Гизо, не то Шульгин, -вспоминал впоследствии в своих мемуарах А.В. Романович-Славатинский. - Когда он читал свою вступительную лекцию, я немало удивлялся, что он, довольно стройный и красивый, мог так уподобляться горбатому и невзрачному Шульгину: он так же держался на кафедре, так же поправлял свои большие очки, так же жестикулировал. Может быть, за это уподобление факультет к нему не благоволил, что сказалось на диспуте в обращении с ним Ставровского. Это неблаговоление, может быть, и было причиною, что Авсеенко не долго сидел на кафедре, и что из него не вышло академического человека»65.

Несмотря на благополучный итог диспута и присуждение В.Г. Авсеенко должности приват-доцента, его научно-педагогическая деятельность была очень непродолжительной. В «Обозрениях преподавания в университете Св. Владимира» его лекции по всеобщей истории значатся лишь в первом полугодии 1S64-65 учебного года (по 1 часу в неделю)66. Раздел всеобщей истории здесь не указан. Эти сведения полностью соответствуют и тексту мемуаров самого В.Г. Авсеенко: «Я читал лекции всего один семестр. Факультет, можно сказать,. поступил в полную власть Селина и Ставровского. Мне за мои лекции не назначили никакого вознаграждения, не признали их обязательными для студентов и отвели для них такой час, когда все стремятся обедать. Со всеми этими условиями я помирился бы, потому что аудитория моя всё-таки была полна, но вопрос для меня заключался в том - каким же образом я буду держать магистерский экзамен при таком составе факультета? Очевидно, судьба моя совершенно была в руках Ставровского., и я принял приглашение генерал-губернатора Анненкова разделить с Шульгиным труды по редакции «Киевлянина»67.

Он оставался редактором газеты «Киевлянин» в течение 1S64-1S65 гг. В 1S66 г. перешёл на должность мирового посредника в Киевском уезде. С 1869 г. В.Г. Авсеенко жил в Санкт-Петербурге. В этот период он много и плодотворно работал и как писатель, и как публицист. Критик либеральных идей и сторонник консервативного курса, он работал в изданиях «Заря» и «Русский мир», а в 1883-1896 гг. являлся ре-

61 Там же. №5. С. 49.
62 См.: Коммин Ф. де. Мемуары ... VII. 1. С. 265.
63 См. напр.: Ціватий В.Г. Франко-іспанські відносини кінця XV - початку XVI століття. С. 19-20.
64 Авсеенко В.Г. Школьные годы. С. 722.
65 Романович-Славатинский А.В. Моя жизнь. № 5. С. 186.
66 Обозрение преподавания в университете св. Владимира в первое полугодие 1864-65 учеб. года // Университетские известия. 1864. № 8. С. 10.
67 Авсеенко В.Г. Школьные годы. С. 722-723.

дактором консервативных «Санкт-Петербургских ведомомостей». Это было очевидным признанием его яркого публицистического и организаторского таланта. С 1905 г. В.Г. Авсеенко стал сотрудником издательства А.Ф. Маркса, но до воплощения в России коммунистических идей его однофамильца Василий Григорьевич не дожил. Ему посчастливилось тихо закончить свою жизнь в последний мирный год «серебряного века» России.

Таким образом, недолгая научная деятельность В.Г. Авсеенко в Киевском университете Св. Владимира (1860-1864) была исключительно плодотворной для этого относительно малопродуктивного периода развития отечественной медиевистики. Молодой учёный успел опубликовать 4 работы, посвященные средневековой истории и историографии Англии, Франции, частично Италии. Он первым в отечественной науке, ещё до появления известной диссертации Е.В. Тарле, всесторонне охарактеризовал деятельность Томаса Мора и дал критическую оценку английскому абсолютизму XVI в. В диссертации на получение звания приват-доцента В.Г. Авсеенко первым среди медиевистов Российской империи дал развёрнутую оценку причин, особенностей и последствий похода Карла VIII в Италию, предвосхитив появление известных монографий французских авторов Ф. Делаборда и А. Лемонье. В.Г. Авсеенко существенно расширил и конкретизировал массив знаний отечественной медиевистики о творчестве французского историка Ж. Мишле и английского учёного Г.Т. Бокля. В методологическом плане В.Г. Авсеенко разделял многие прогрессивные положения позитивистских подходов Г.Т. Бокля, хотя в целом историософские основы его творчества являются синтетичным отражением позднегегельянских и раннепозитивистских доктрин, присущих многим представителям отечественной медиевистики в переходные 1860-е годы. Биографический характер своих работ В.Г. Авсеенко сочетал с весьма острой критической манерой изложения. Со всей уверенностью можно сказать, что высокий уровень научной подготовки В.Г. Авсеенко, безусловно, надолго обеспечил бы ему роль ведущего медиевиста Киевского университета Св. Владимира, если бы молодой учёный не стал заложником острейшей внутрифакультетской борьбы и мишенью сведения личных счётов.

MEDIEVAL HISTORY AND HISTORIOGRAPHY IN WORKS BY VASILIY GRIGORIEVICH AVSEENKO: KIEV PERIOD OF HIS SCIENTIFIC ACTIVITY (1860-1864)

Kharkov State Academy of Culture

S.I. UMAN

In the first half of 1860s the medievistics in Kiev University suffered lack of qualified personnel. The generations of scholars were changing. Their leader might become student and associate professor of the University, V.G. Avseenko, who within only four years (1860-1864) managed to publish four articles devoted to medieval history and historiography of England, France, partly Italy. He was the first in Russian science to characterize comprehensively the deeds of Thomas More and to give a wide evaluation of the reasons, peculiarities and consequences of Charles VIII’s campaigns in Italy. V.G. Avseenko substantially expanded and particularized the Russian medievistics block of knowledge relating to the works by French historian Jules Michelet and British scientist Henry T. Buckle. High level of scientific and methodological preparation of V.G. Avseenko might secure him the status of leading medievalist in Kiev University, but for his becoming a hostage of fierce struggle within the faculty and a target for settlement of personal scores.

Научтруд |